Ирек Гильмутдинов – Переворот с начинкой (страница 3)

— Погодите, капитан, — Руми смотрел на него с недоумением. — Но как они могут употреблять нашу пищу?

— Их города сокрыты под гигантскими куполами, — ответил Марк, как о чём-то само собой разумеющемся. — Они живут в подводном царстве, но не в самой воде. Да, они способны плавать на немыслимых глубинах и дышать под водой, но их поселения существуют внутри воздушных полостей. Так что лучшего укрытия, чем это, не сыскать. Даже в ничейных землях беглеца можно выследить, но мало кто отважится сунуться во владения русалов. Тот, кто проявит излишнее рвение, уже не вернётся назад.

— Держи, — Бренор протянул кожаный кошель, чьё содержимое густо позванивало. — Здесь сотня золотых. Твоя задача — доставить нас к месту и дождаться нашего возвращения. Если мы не вернёмся — считай себя свободным от обязательств. Договорились?

— Договорились, — твёрдо ответил Марк, сжимая в ладони и довольно скалясь. Затем он резко развернулся к своей команде, и воздух наполнился отрывистыми, чёткими командами.

Величайшее изумление овладело отрядом, когда на палубу поднялся маг воды в одеянии, свидетельствующем о звании Мастера. Он воздел руки, и корабль окутал себя сферой пронзительно-синего сияния. Без единого всплеска судно начало плавно погружаться в пучину.

Какими бы отважными они ни были, сейчас, когда над ними сомкнулось двести метров холодной, давящей толщи, леденящая дрожь пробежала по спине у каждого. Команда, видя их напряжение, только добродушно посмеивалась — для них это было делом привычным.

— Мамочка, роди меня обратно, — выдохнул Большой Пуф, когда мимо их судна неспешно проплыло невообразимое морское чудовище, чей единственный глаз превосходил размерами Торгрима, что мог поспорить пузом с троллем.

— Мама, и меня заодно, — тихо, почти молитвенно, проговорил Руми, не отрывая взгляда от гигантского создания.

Глава 2

Добро пожаловать!

— Бежим! — крикнул я, устремляясь к лестнице.

И мы побежали. Я выцепил взглядом пожарный выход. Потому как по лестнице и лифту был не вариант. Судя по офису, место приличное, а значит, и охрана здесь присутствует не в виде дяди Феди, которому дома скучно перед телевизором, а вполне могут оказаться бравые парни, что занимаются спортом и у которых сильно чешутся кулаки. А мы очень похожи на тех, об кого эти самые кулаки можно почесать.

Открыв дверь с ноги, я выбежал на лестничную площадку. Глянув между пролётами и убедившись, что снизу никто не бежит пустился по ступеням вниз. В спину доносились крики: — Они туда побежали…

Спускались мы не долго, так как оказались всего на седьмом этаже судя по табличке на стене. Однако оказавшись на первом этаже у пожарного выхода мы замерли. Так как вход нам преградил здоровенный охранник с бычий шеей.

— Стоять! Кто такие? Почему без разрешения? — Постукивая резиновой дубинкой, он двинул на нас.

— Пошёл на х… — В дополнение Перчик показал ему неприличный жест. Мужик так опешил, что не воспользоваться этим никак нельзя было. Я сделал шаг и от всей души ударил тому меж ног. Охранник взвыл от боли и, схватившись за причинное место, упал на пол. Перепрыгнув тело, мы устремились на выход.

Оказавшись снаружи, я посмотрел направо, потом налево. Мы очутились, обычно в переулке. Сюда, видимо, подводят воду или ещё чего. Вот как раз сейчас к нам навстречу ехала машина причудливой формы. А так как проулок был узкий, мы устремились направо.

Время — день, и на улицах полно народу, прям реально полно. Выбежав на оживлённую улицу, я не махнул рукой, и уже через несколько секунд возле нас притормаживала машина со знакомыми шашечками и надписью «такси». Выглядела она как ГАЗ-М-20.

— Садимся! — прошептал я, открывая дверь.

— Здорова, шеф, нам бы в гостиницу где-нибудь подальше от центра города, да подешевле?

— Не вопрос, — он дёрнул за рычаг (видимо, включил счётчик), и мы двинули.

Наш экипаж мчался вперёд, а мы, позабыв о приличиях, не могли оторвать взглядов от окон. Возникло стойкое ощущение, будто я не просто путешествую, а листаю пожелтевшие кадры киноленты «Я шагаю по Москве». Причём ощущение это было двояким — и буквальным, и философским. Окружающий пейзаж до мельчайших деталей копировал стилистику Советского Союза. Но что поражало сильнее архитектурного сходства — так это всепоглощающая монохромность. Мир за стеклом был лишён какого-либо буйства красок, словно кто-то выкрутил насыщенность реальности до нуля. Прохожие были облачены в одежды скорбных, пыльных оттенков: безрадостное черное, выцветшее серое, болезненно-белое. Картина напоминала старинную чёрно-белую киноленту, и, не будь нашим транспортом ярко-зелёное такси, я бы в этом не сомневался и секунды.

Небесный свод, впрочем, оставался чистого лазурного цвета, и этот клочок нормальности несказанно радовал душу. Бросив взгляд на механические часы на приборной панели, я отметил про себя, что цифры здесь ничем не отличаются от тех, что привык видеть в нашем мире, и в моём прежнем. А с учётом того, что я видел местного админа и других людей, сидящих за компьютерами, здесь развиты технологии. Может, это отголоски прошлого. Поскольку это осколок мира, а не он целиком. Но всё равно здорово, что они сохранили их и не скатились в варварство как в мире Лаодитов или Хеймдраллира.

«Это значит, что мы сможем здесь много чего утащить к себе. Магнитофон, колонки вместо артефактных, телек, фильмы, компы электрогенераторы. Я от возбуждения готов был выпрыгнуть из автомобиля и бежать в магазин техники.

Нет пока не опустошу это мир и пока наши сумки не заполнятся по самое не хочу я отсюда ни ногой.

Собрав волю в кулак, я ценой невероятных усилий усмирил бушующий внутри вихрь эмоций. И в эту самую секунду мой взгляд упал на величественное здание, от которого мы стремительно удалялись. Сердце едва не выпрыгнуло из груди, а на губах застыло невысказанное ругательство… Обелиск. Тот самый Обелиск, что был сердцем этого места. Он возвышался в самом центре, а вокруг него, подобно каменному кокону, было выстроено то самое здание, из недр которого мы только что совершили побег. Теперь становилось ясным, каким образом мы очутились в той самой кладовой. Всё было по-прежнему связано с ним.

Как это и полагается, долго молчать он не смог. Я имею ввиду таксиста.

— А вы откуда такие красивые? — поинтересовался таксист, что представился Ваней. Он закурил, и по салону пошёл дым, но он, видя, как я сморщился, открыл окно.

— Из переулка.

— Это и так понятно, — усмехнулся, стряхивая пепел прямо на коврик у себя между ног. — Имею в виду ваши наряды.

— Мы… статисты. Снимаемся в кино, — мысленно я взмолился, чтобы эта наивная ложь не вызвала раздражения. Внезапно мелькнула тревожная мысль — а что, если в этом мире нет кинематографа? Или жанра фэнтези? — Фильм называется «Властелин Колец». Может, слышали?

— Хотел сказать, «Властелин Браслетов»? — уточнил водитель.

— Да-да, точно, оговорился, — поспешно кивнул я.

— Как же не слышать! Конечно, слышал! — голос таксиста внезапно оживился, в нём зазвенел неподдельный интерес. Похоже, пусть и случайно, я угодил в самое ядро его любимой темы.

— Все три части смотрел. Не думал, что будет продолжение.

Дальше он болтал без умолку, рассказывая свои любимые моменты из фильма. Так я узнал, что сюжет был вполне себе схож, только вместо колец, как это можно было догадаться, тут были браслеты. Болтал он минут двадцать, в итоге Перчик не выдержал и выдал:

— Слышь, водила. Хватит нам мозг выклёвывать, заткнись уже и веди баранку.

Иван повернулся и глянул на Санчеса с непонимающим выражением.

— Чего ты на него уставился? — проговорил раздражённо бельчонок. — На дорогу смотри, а то убьёшь нас.

Водила закричал: «МАМА!» — ударил по тормозам и вылетел из машины, скрываясь среди снующих прохожих.

— Ну спасибо, дружище. Удружил так удружил. И на чём теперь предстоит добираться? А главное мы не знаем маршрут? — проворчал я, сдерживая раздражение.

— Пойми, Кай, достал он со своими рассказами об орках. Да и голос у него был до невозможности нудный, — попытался оправдаться Перчик.

— Пожалуй, соглашусь с бельчонком, но всё же не стоило действовать столь резко, — произнёс Санчес, уже выходя из автомобиля.

Мы поспешно нырнули в ближайший проулок, поскольку к оставленному такси уже начал подтягиваться народ, привлечённый необычным зрелищем. Нас могли задержать — и беглый водитель, и наш подозрительный наряд, явно выделявшийся на фоне местных жителей, вызывали слишком много вопросов.

Петляя по узким улочкам меж домов битый час, мы не хотели выходить на центральные улицы, решив дождаться вечера. Нас вдруг окликнули.

— Эй, клоуны, а ну погодь.

Мы замерли и обернулись. К нам подошли трое. Выглядели они так себе. Я имею в виду, в плане одежды. Явно низшие слои общества. Ещё не бомжи, но уже где-то рядом. Лица пропитые, щетина, у двоих синяки.

— Не уважаемые, давайте сделаем друг другу приятно.

 — На хер пошёл, мы не из таких, — бросил я, сжимая кулаки.

Троица заржала.

— Слышь, юморист, ты не понял. Мы тоже не из таких. Кошелёк гони, и мы разбежимся, как в море корабли, — с этими словами он вынул нож.

— Это разве нож? — усмехнулся я, пародируя Данди и доставая меч из сумки.

Они сначала дёрнулись, а потом вновь заржали пуще прежнего.