Ирек Гильмутдинов – Переворот с начинкой (страница 38)

— Здравствуйте, Юлия, меня зовут Кайлос Версноксиум. Я был господином вашего брата Лари. Даже не так, я был его другом, вот только уберечь его не смог.

— Здравствуйте, господин, — девушка встала и поклонилась. Противиться не стал, начал уже понемногу привыкать.

Далее я рассказал всё, что с ним произошло. На лице девушки выступили слёзы. Я подождал, когда она придёт в себя, дал ромашкового отвара, а после продолжил.

— Смотрите, мы вас доставим в Керон, далее вы вольны делать что хотите. Но у вашего брата есть дом и приличный счёт в банке. Где-то тысяч восемь-десять у него золотом было, может, больше. Точно не помню, не узнавал. Всё это теперь ваше.

— Вы, наверно, шутите, извольте, господин Версноксиум, — Юлия держала в руках платок и нервно теребила его.

— Нет. Он получал зарплату в районе ста золотых, если мне не изменяет память. У него была высокая должность. У меня вообще многие так получают.

Капитан, что сидел рядом со мной, вытаращил глаза. Он о таких деньгах и мечтать не мог, тем более что в месяц и на одного, а не на всю команду.

— Если вы согласитесь, то я могу вас взять на работу с тем же окладом. Дадите магическую клятву, подпишете договор. Мне очень нужны верные люди. С ними у меня сильная проблема. Кстати, на меня работает более тысячи человек или уже больше. Так что подумайте, если решитесь, то по возвращению сразу отправитесь вместе с нами.

— Вы не шутите? — наконец спросила она, видя, что я полностью сосредоточен и не смеюсь.

— Нет. Если у вас есть люди в округе, в которых вы уверены и которым нужна работа, пригласите, мы берём всех. С семьями тоже можно. Жильё для всех даём как деньги на первое время.

Она упала со стула прямо мне в колени, начав рыдать.

Я поднял её и усадил обратно.

— Не стоит этого делать. Я обычный человек, что просто заботится о своих людях как может. Мне нужно только одно: верность и более ничего. Любить меня или его не обязательно. За все деньги, что я даю, народ пашет по 14 часов в день, а то и больше. Вы всё узнаете, когда прибудете в столицу, или вон у моих спросите, они вам расскажут. Те, кто за вами пришёл, также работают на меня. И как вы видите они были готовы отправиться за вами куда угодно. И так со всеми кто на меня работает.

— Поняла, ещё раз благодарю, господин Кайлос.

— И помни, твой брат в лучшем из миров. Его душу провела лично богиня Морана. Проведи ночь в молитвах и воздай ей хвалу, лишним не будет.

Она кивнула и вышла наружу, а её место занял Марк.

— И так, что касается вас. Все обещания, данные вам моими людьми, будут выполнены. Если хотите, хоть сейчас.

— Нет, лучше, когда вернёмся.

— Как угодно. Так я возмещу вам потерю ваших людей, точнее, дам денег, что вы передадите их семьям, если есть таковые. Поверьте, со мной лучше не шутить и уж тем более не обманывать. Рано или поздно слухи до меня дойдут, что вы решили прикарманить деньги, и тогда отряд придёт за вами, а ваша душа не найдёт упокоения по крайне мере в ближайшие тысячелетия. Ясно?

— Ясно, — ответил он, ничуть не испугавшись, что мне очень понравилось.

— Отлично. Теперь, что мне требуется от вас. Там внизу два корабля. Ваша задача — осмотреть их, выбрать тот, который лучше, и после занять место капитана. Вы поведёте нас к водовороту.

— Что делать с теми, кто сейчас?

— Предложить выбор. Хотят жить — пусть валят, и да. Спросите у местных, если им корабль не нужен, сожгите его. Не хочу, чтоб они набрали подкрепления и приплыли сюда, дабы грабить местных. А дальнейшее… В принципе, что с ними будет дальше, вас не касается. Если вы согласны, я готов заплатить за всё это столько, сколько вам пообещали мои люди. Согласны?

— Да, меня всё устраивает.

— Судя по вам, у вас есть вопросы. Слушай, только недолго.

— Как мы можем устроиться к вам на работу?

— Легко. Я как раз собрался заняться морскими перевозками, так что капитаны мне будут нужны, и если вы встанете у самых истоков, то сами понимаете, когда всё завертится, вы, если сдюжите, будете очень богатым человеком. Как вам такое предложение?

— Больше, чем я ожидал.

— Вы не предали моих, не продали души, хоть и за деньги, но не побоялись отправиться в другой мир. Мне такие люди нужны. А теперь идите и займитесь кораблями, пока они там не поняли, что все мертвы, и не свалили в закат. А после приходите и пируйте, вы это заслужили.

Мой сон был полотном, сотканным из ярких и причудливых видений, что показались бы чудесами любому, не искушённому в технологиях, в мире которых ранее жил я. Я восседал в уютной кофейне, интерьер которой был стилизован под покои венценосных особ: мягкие кресла, обитые бархатом цвета сапфировой ночи, столики, украшенные позолотой, и мерцающие люстры, чей свет лился томно и торжественно. Вся эта роскошь смутно напоминала мне гравюры с видами Петергофа, пусть и в куда более скромном, почти бутафорском исполнении. Касса да телефоны на столах слегка портили картину. Что ж, не мне судить старания здешних дизайнеров. Куда приятнее было просто отдаться обволакивающему чувству уюта, ими созданного.

Я заказал тальятелле и чашку крепкого кофе, дополнив скромную трапезу ломтиком фисташкового торта. В тот миг, когда я приступил к десерту, в зале появилось божественное видение. Я немедленно поднялся, склонил голову в почтительном поклоне, принял с её хрупких плеч бежевое осеннее пальто и лишь затем вернулся на своё место.

Последовавшие десять минут текли неспешно: спутница сделала заказ, затем погрузилась в трапезу. Я же предался терпеливому ожиданию. Будь на её месте кто-то другой, то я бы уже засыпал его вопросами, но сейчас… Ничего, я мог подождать.

— Итак, Евгений, внимай, — нарушила она наконец молчание. — Этот осколок мира был вырван в самый критический момент, когда тень демонической чумы уже почти полностью поглотила его. То, что в летописях именуют «последним исходом», было отчаянной атакой остатков человечества. Они шли на верную гибель, предпочитая её рабству. Все они пали, но те, кто им поклонялся, уцелели и в миг консервации были перемещены в межпространственный карман, а оттуда — в сам артефакт. Однако связь с инфернальным планом не прервалась, и сколь бы мал он ни был, ручеёк душ всё же продолжал струиться в ту сторону. Демоны — народ жадин, они будут сражаться за каждую пылинку души, особенно если уверены, что она уже по праву принадлежит им.

Когда ты запечатаешь его, на тебя ополчится лорд-демон. Тот самый, коему служил Жнец Душ. И, вероятно, именно его он и пошлёт к тебе. И да, тот не умер — вернее, смерть прикоснулась к нему, но возрождение займёт у него годы, потому в ближайшее время нападения не жди. Но то, что оно случится, — в этом я тебе ручаюсь. Порождения бездны злопамятны до чрезвычайности.

А посему, к тому дню тебе надлежит возрасти в силе. До уровня… ну прям очень-очень сильного, — я лишь молча склонил голову. Что, в сущности, можно было возразить?

— Что до помощи тебе… Освободишь осколок — и награда не заставит себя ждать. Я уже намекнула Мирозданию, что именно следует вручить моему избраннику. За прежние победы ты не получал даров не по скупости его, — богиня взмахнула рукой, и в воздухе заискрилась тончайшая паутина смыслов, — пойми, негоже существам небесным без причины смущать покой смертных. За всё в этом круговороте бытия надлежит платить сполна. А ты пока не того масштаба фигура чтобы за тебя рисковать собой.

— Спасибо за честность, и я всё понимаю, — ответил я, сделав глоток ароматного кофе.

— Если наше текущее предприятие будет успешным, награда превзойдёт все твои ожидания, — с улыбкой произнесла моя собеседница и жестом подозвала официантку, чтобы заказать воду с лимоном. — У тебя, наверное, есть вопросы. Я так вкусно поела, что готова ответить на пару из них.

— Миллион вопросов, на самом деле, — не удержался я от шутки, — но, пожалуй, и так хорошо.

На что богиня ответила новой улыбкой:

— Время у меня пока есть. Спрашивай.

— Скажите, как вам удалось проявиться в Кероне? С миром откуда я явился всё ясно, но в иных реальностях… как? Я сколько не спрашивал о вас, но мало кто в курсе вообще. В книгах так же тишина.

— А здесь всё просто. Людские сердца жаждут веры — и в миг наивысшей нужды мы являемся к ним. Увы, со временем чаяний становится всё больше, и мы уже не в силах отозваться на каждый зов. Тогда вера угасает, а с нею таем и мы. Замкнутый круг. Но ты, воскресив меня в памяти, стал тем якорем, что вновь открыл мне путь в Керон. Хотя я и прежде бывала там. Как именно — не твоего ума дело.

— Почему я? — не удержался я.

— То есть ты желаешь знать, почему именно к тебе я снизошла и что из этого проистекает?

— Именно.

— Ты — погрешность в мироздании, если изъясняться знакомыми тебе понятиями. Узрев тебя, я возжелала узнать, какую роль отведёт тебе вселенское уравнение. Помнишь, как вспомнил меня в Хеймдраллире? Так я и последовала за тобой в Керон.

— Что обрету я, став первожрецом?

— Многое. Но об этом я направлю тебе подробное наставление, когда храм будет достроен. Замысел твой мне по нраву. Надеюсь, сил тебе хватит, дабы воплотить его.

— Прочие небожители не собираются пожаловать в наши края?

— Надеюсь, что нет, — в её глазах плеснулась безмятежная усмешка.

— И последнее: как поживает Лари?