Ирек Гильмутдинов – Отражение (страница 47)

Я поднялся на заре, примерно в седьмом часу, вместе с орком, оставив Еву и Лирель нежиться в постелях. Комнату, что нам выделили — общую на всех — была одной из немногих, что отапливались. Остальные обитатели Щита такой роскоши не имели, и большинство спали в общем зале, свернувшись в мехах у тлеющих очагов.

Выйдя в главный зал, мы встретили там и Доброгнева. Помня предостережение Хамви, я решил говорить напрямую и открыто.

Кое-как достав из сумки пакет с ещё тёплыми пирожками, чесночной закуской и терпким травяным отваром, мы позавтракали, после чего владыка клана молча позвал нас следовать за ним. Настаивать на разговоре здесь и сейчас я не стал — всему своё время.

Мы прошли по извилистым коридорам до широкой лестницы, высеченной прямо во льду, и поднимались десять минут, пока не оказались на вершине стены. Отсюда простиралась бескрайняя ледяная пустошь, уходящая за самый горизонт. Для осколка мира этот кусок земли был неожиданно велик. «Хотя что я вообще знаю о них?» — мысленно усмехнулся я над собственной самоуверенностью.

— Кайлос, скажи, зачем вы сюда пришли? — не оборачиваясь, спросил Доброгнев, его голос терялся в свисте ледяного ветра.

— Закрыть обелиск и, если получится, спасти ваш народ, отправив в другой мир.

Этот план был продуман заранее. Все осколки были похожи, но пригодных для переселения миров ИИ знал не так много. На всякий случай он предоставил мне координаты трёх, с кратким описанием каждого. Так же с инструкцией как запустить артефакт. Откуда в нём это информация, он \не знал. Но дата её загрузки впечатляла. Почти тридцать тысяч лет назад.

— Это в твоих силах?

— Да. Я уже спас один народ, подарив ему новую жизнь, хотя те не совсем были того достойны.

Воцарилось молчание, каждый погрузился в свои мысли. Лёд под ногами потрескивал, словно живой.

— У нашего народа есть легенда, — наконец заговорил Доброгнев. — О том, что придёт человек и исцелит мир Хеймдраллира, подарив ему новую жизнь. Не думал, что доживу до этого дня, и уж тем более что он придёт в мой дом. Ты знаешь, что тебе делать, чтобы исцелить этот мир? — он повернулся, и наши взгляды встретились. В его глазах я увидел столько боли и надежды, что на сердце у меня образовался камень тяжелее ледяных гор.

— Нет, — честно ответил я. — Может, в вашей легенде есть подсказка?

— Есть, — его ответ удивил меня. — Иномирец должен найти «Ледяное Сердце Хеймдраллира» — артефакт, что поддерживает жизнь в этом осколке. Оно расколото на три части и сокрыто в самых гиблых местах наших земель.

Глава 21

Вставай рядом со мной.

Мы спустились обратно в главный зал, ибо стоять на ледяной стене под пронизывающим до костей ветром было удовольствием сомнительным.

Когда мы вернулись в зал, большинство обитателей крепости ещё спали, укутавшись в меха у потухших очагов. Похоже, после вчерашнего пиршества народ решил поспать. Да и скорее всего любят здесь поспать подольше. Ещё бы столько дармовой еды и выпивки. Мне не жалко, но в следующий раз я возьму с собой побольше еды и попроще. Для таких вот случаев.

Доброгнев, не теряя времени, усадил нас за стол и начал повествовать легенду целиком. Суть её сводилась к тому, что некто придёт, добудет Сердце и спасёт мир. Бла-бла-бла. Почему я так к этому отнёсся? Потому что воды в этом повествовании было — хоть мельницу строй. Он рассказывал часа два, расписывая каждую деталь витиеватым языком скальдов. В итоге я уяснил одно: меня ждёт череда смертельно опасных приключений. Но хочу отдать ему должно рассказчик из него знатный.

А именно: Сердце состояло из трёх осколков, которые предстояло отыскать и соединить. Вот будет обидно, если я пройду через все эти испытания, а окажется, что легенда — всего лишь выдумка какого-то менестреля от нечего делать. Но будем надеяться на лучшее и верить, что мироздание не столь жестоко в своих шутках.

Первое испытание, согласно преданию, ожидало нас в «Поющем гроте», что находился где-то у подножия Ледяного Хребта. Именно там, по легенде, и покоился один из фрагментов загадочного Сердца. Тянуть с поисками я не хотел, а потому, разбудив наших спутниц и потратив три часа на подгонку тёплой одежды (сборы же заняли всего двадцать минут), мы отправились в путь. С Доброгневом мы договорились, что если мне всё удастся, его клан придёт на помощь при прохождении дальнейших испытаний. Осталась сущая мелочь: сходить туда, не знаю куда, победить того, не зная кого, и найти то, не зная что. Фигня вопрос! Одна нога тут, другая — там.

Спустившись в самый нижний ярус цитадели, мы оказались в широком круглом тоннеле, чьи стены были испещрены странными бороздами — явно вырытом не человеческими руками. По крайней мере, так мне показалось. Тоннель привёл нас к исполинским вратам из тёмного древа толщиной в добрый метр. Для их открытия использовались хитроумные механизмы с противовесами — так как обычный человек даже с десяток таких здоровых как Доброгнев, не смог ли бы сдвинуть их с места. С громким скрипом, словно протестуя против нашего ухода, врата медленно распахнулись, и мы оказались по ту сторону Стены, где нас встретил пронизывающий ветер и бескрайние ледяные просторы.

Покинув «Щит», мы отправились на одних санях. Вместе с нами отправились Хамви и Снорри Безумный Лёд, тот самый, что задавал вопросы, когда мы приехали. Он же первый, кто дрался с орком. Дубасили они друг друга минут десять, а после чуть ли не воспевали оды друг другу о том, какие они крутые бойцы.

Ехали мы часов шесть, после остановились, так как волкам нужно отдохнуть, да и смеркалось уже. Умом-то я понимал, что здесь не настоящее солнце, а лишь его жалкая копия.

Активировав палатку, котёл алхимика, я принялся за готовку ужина. Надоело мне что-то пирожки и прочее. А потому решил приготовить гороховый суп на копчёностях, да под хлебушек с чесноком и горчичкой.

Когда я принялся готовить, наши провожатые, и без того поражённые увиденным, сидели со мной рядом и следили за каждым моим шагом, впрочем, как и все остальные, ведь большую часть я готовил с помощью бытовой магии. Понятно, приходилось бить по рукам всем, кто хотел стащить кусочек, и грозить, что, если буду так продолжать, перестану готовить. Только это и подействовало. Ну ещё пакет с чипсами, хотя пять пакетов с чипсами. Пришлось раскошелиться, чтобы мне дали нормально приготовить задуманное.

Когда всё приготовил, я аккуратно разложил на стол приборы налили суп в тарелки и нарезал хлеб с салом. Достал горчицу и только после позвал к столу.

Хамви и Снорри не стали есть как свиньи. Может, наших девушек постеснялись, может, ещё чего. Они аккуратно, глядя на нас, повторяли работу со столовыми приборами. Зато, когда попробовали предложенные меню бутерброды с горчицей и салом, пришли в неописуемый восторг.

Едва я собрался пообещать им целую бутыль сей дивной приправы, как вдруг волки заскулили — низко, тревожно, по-звериному жалобно.

Да-да, те самые хищники, что были запряжены в наши сани и одним своим видом наводили ужас, теперь скулили от страха. Если что, это я для себя окрестил их волками — что это за порода на самом деле, мне было неведомо, но внешне они более всего походили именно на них. Кажется, я уже упоминал об этом. Мы, бросив ложки, выскочили из палатки. Кругом царила тьма, и скудного света луны едва хватало, чтобы разглядеть что-то в тридцати шагах, не более.

— Евушка, развей мрак, ничего не видно, — тихо произнёс я.

Она прошептала заклинание: «Lux Maxi», и из её кольца выпорхнул светящийся шар. Он завис в пяти метрах над нами и начал разрастаться, пока не достиг размеров фитбола, залив окрестности ярким сиянием на добрые двести шагов.

Я также заметил, как напряглись наши спутники из Щита. Их позы стали собранными, взгляды — острыми, как лезвия.

— Кто это может быть? — спросил я их, пока сам готовил защитное заклинание на случай худшего.

— Не будем загадывать, но если удача нам улыбнётся, то грумвер, — ответил Хамви, не отрывая глаз от темноты.

— А если нет?

— Дрёмагр, — мрачно произнёс Снорри, сжимая рукоять копья.

Когда из тьмы вышел грумвер, я совсем не разделял радости этих безумцев. Во-первых, размеры медведеподобного существа превосходили нашего бурого раза в три. Его когти были длиннее кинжалов, а вытянутая пасть, усеянная острыми зубами, почти не уступала им в длине. Местами на шкуре зверя виднелись костяные наросты, особенно в районе груди, словно природная броня.

— На магию как реагирует? Есть какая-то защита? — спросил я, не отрывая глаз от исполинского существа.

— Нет, — почти хором ответили они, отчего я мысленно расслабился. И совершил роковую ошибку, ту самую, что когда-то чуть не погубила меня в дуэли с Агатисом. Снова недооценил противника.

— Ева, твой левый фланг. Лирель, прикрой нас магией жизни. Вул’дан, мы с тобой в авангарде. А вы, — кивнул я Хамви и Снорри, — справа. Вперёд без команды не лезть. И ещё: у него есть уязвимые места?

— Глаза, — коротко бросил Снорри, проверяя ножи на поясе.

— И всё? Серьёзно? — они только молча кивнули, а после с радостными возгласами бросились занимать позиции, словно на праздник, а не на смертельный бой.

Когда хищнику оставалось до нас не более ста шагов, он перешёл в бег. С такой скоростью, что сам Усэйн Болт позавидовал бы. Лёд дрожал под его тяжёлыми лапами.