Ирек Гильмутдинов – Опять 25. Финал (страница 51)
Сначала они застыли на месте, затем начали беспокойно озираться. Выхватив клинки, они принялись размахивать ими в пустом пространстве. Вскоре по сокровищнице разнеслись их отчаянные крики. Воины перешли от угроз к мольбам, а затем разрывались рыданиями. Каэльдрис Вейлорн наблюдал за происходящим с нарастающим недоумением. Финалом стало то, что оба почти одновременно вонзили кинжалы в свои виски.
— Что ты сделал? — прошипел маг теней.
— Я? — развёл я руками с наигранным удивлением. — Я вообще-то приготовился к честному поединку, а они вдруг... Ну, вы же видели.
— Ты подозрительно спокоен...
— Сильно заметно? — моя уверенность заставила его невольно кивнуть. — Что ж, видимо, мне стоит записаться в театральный кружок. Из меня вышел никудышный шпион. Хотя друзья говорят иначе. Врут, похоже.
Мой собеседник, будучи человеком проницательным, мгновенно осознал, что я — не тот, за кого себя выдаю.
Я скинул маскировочный морок, и на моём лице появилась улыбка.
— Ну, приветствую. Полагаю, ты — глава «Чёрного Полумесяца», а это — ваша сокровищница. Кстати, Криана… то есть Лейра Вейсгард — много рассказывала о ней. — Воздух в помещении стал ощутимо холоднее. — Что, сделка с некромантами оказалась столь выгодной? Как тебе спится-то после такого предательства?
Всё это время я небрежно подбрасывал в руке «Сердце Бездны». Благодаря артефакту, даже если бы он захотел скрыться, у него ничего не вышло бы — реликвия не только предотвращает сокрытие в тенях, но и блокирует саму возможность в них ступить. Потому шаг в тень для него более недоступен и вообще для кого бы то ни было радиусом двести метров.
Тогда он призвал два клинка из сгущённой тени и бросился на меня. Надо отдать должное — боец он оказался превосходным. Намного искуснее меня, что стало ясно, когда я пропустил два точных удара ногами: сначала в грудь, затем — в пах. Не самый благородный приём.
— Что же это ты, как последний крыса, бьёшь ниже пояса? — прохрипел я, выпуская в него разряд молнии.
Он парировал заклинание стеной из теней и попытался использовать тень для мгновенного перемещения у меня за спину. Но артефакт сработал безотказно — его буквально вышвырнуло из теневого пространства. В этот миг я обрушил на него Saxum Tormentum: россыпь острых камней, летящих с пулевой скоростью, отбросила его в дальний угол сокровищницы. Доспех его защитил, но сила удара была немаленькая.
«Pulvis Mors», — произнёс я вслух, с трудом выпрямляясь. От ударов всё ещё ломило «тело». Выпущенное заклинание создало облако мельчайшей минеральной пыли, острой как бритва, которая на огромной скорости принялась рассекать всё на своём пути, впиваясь в его плоть. Я быстро прервал действие плетения — как бы не перестараться. Он, конечно, архимаг, но теневая магия в прямом противостоянии малоэффективна. Её удел — убийство из засады. И всё же он сумел меня удивить: резко поднявшись, он метнул в меня несколько кинжалов, которые, словно управляемые снаряды, обошли защитную стену. Один из них я всё же пропустил. Как же мне не хватает опыта в настоящих схватках! А ведь в братстве меня ждут фанатики боевых искусств.
Вскрикнув от боли, я применил Catena Fulguris, опутав его молниевой сеткой. Вложив в заклинание достаточно энергии, я воспользовался передышкой, чтобы выпить зелье исцеления — и вовремя, ведь он уже начал высвобождаться из пут. Надо отдать ему должное. Силён, гад. Мало кто на такое способен.
— Неуч, — проговорил он и кинулся на меня.
Меня охватила ярость. Столько лет учёбы, а меня чуть ли не как соплю зелёную дубасят! Покрывшись в доспех из чистой тьмы — дабы не убить его случайно, — я продемонстрировал ему технику гномьего кулачного боя. Пробить мою защиту он не сумел, тогда как мои удары достигли цели. Особенно удачной получилась двоечка в лицо. Когда он рухнул, я нанёс финальный пинок в живот, и Каэльдрис, отлетев, со стоном боли выплюнул кровь.
— Так кто же ты? — просипел он, с трудом поднимая голову.
Чего это он решил поговорить? Или он как злодей в фильмах решил заговорить мне зубы? Я насторожился.
— Кайлос. Возможно, слышал это имя.
— Слышал... Но думал, ты исчез навсегда.
— Как видишь, нет. Жив, здоров и почти сохранил способность передвигаться. Но что это за манеры у тебя? С какой стати бить ниже пояса? Кто так делает? Вообще никакой мужской солидарности.
Присев на ближайший сундук, я наложил на него чары обездвиживания. Даже архимаг, истощённый до предела, ничем не отличается от простого смертного. Лишённый маны, он не мог оказать никакого сопротивления.
— Итак, я пришёл к тебе по делу. Во-первых, меня интересует некий Орвакс Рубенков и его связь с Братством фанатиков, жаждущих мира без магии. Во-вторых... Хотя, пожалуй, начнём с первого.
В этот момент я сам замер. Попытка поднять руку оказалась тщетной. Вторая рука, сжимавшая артефакт, независимо от моей воли поднялась и выронила его. «Сердце Бездны» с глухим стуком ударилось о каменный пол, но не разбилось, хотя контроль над тенями с него исчез.
Что за чертовщина? Мой противник лежал обездвиженный, но на его лице застыла улыбка, не выражавшая ни капли отчаяния пленника. Затем моя собственная рука потянулась к кинжалу и попыталась вонзить его мне в горло. Лишь тогда я краем глаза заметил — моя тень была не одна. Рядом с ней стояла ещё одна, тёмная фигура, которая буквально вкручивала моей тени руку.
— Ах ты тварь! Со спины бьёшь! — выкрикнул я, выпуская в призрака луч смерти, который пробил ему грудь. Контроль над моим телом немедленно пропал, а архимаг теней был повержен. С такой раной не выжить.
— Чтоб тебя! — мерзавец не просто остался жив, но ещё и метнул в меня копьё, что смогло обойти мою наспех выставленную защиту. Только после второго луча, поразившего его в самое сердце, он наконец затих. Я же принялся отпаиваться зельями — копьё пробило мне бок насквозь.
Придя в себя, я приблизился к бездыханному телу и воздел руки, произнося древние слова:
— Exsurgere ex umbris! Os mortui, mihi quinque responsa!
Труп окутало зловещее зелёное сияние, и он медленно поднялся в воздух, его конечности неестественно вытянулись.
— Вопрос первый: Орвакс Рубенков связан с Братством «Смерть Абсолюта»?
— Да-а-а... — проскрипел загробным голосом Каэльдрис Вейлорн.
— Орвакс Рубенков — это Валтар Безгласный Палач?
— Нет...
— Где скрывается Валтар?
— В Изнанке...
— Как туда попасть?
— Через портал...
— Где находится этот портал?
— «Три Коня»...
Едва он произнёс эти слова, сияние угасло, и тело с глухим стуком рухнуло на каменный пол. «Три Коня»? Что за нелепица? Почему они никогда не могут ответить прямо?
Но размышлять было некогда. Двери сокровищницы с грохотом распахнулись, и внутрь ворвались четверо мастеров магии. Пришлось снова вступать в бой. Сражение оказалось изматывающим — я в очередной раз недооценил противника. Бойцы действовали слаженно, и только моё умение выстраивать защиту спасло мне жизнь.
При всём при том ситуация ухудшилась. Нет, я мог бы обратить их в прах, применив мощные заклинания, но была одна проблема: среди новых нападавших оказались дети — мальчики и девочки не старше двенадцати-шестнадцати лет. Поднять на них руку было невыносимо тяжело. Я дважды предлагал им отступить, усыплял, только бы не причинять вреда. Но в ответ они без колебаний убивали своих же раненых товарищей. В цитадели Безмолвных Клинков не было никого младше двадцати, но здесь — настоящие дети. В который раз я мысленно поблагодарил судьбу, что не взял с собой спутников. Такое зрелище не для чужих глаз.
С помощью магии тьмы я уничтожил тела, стёр все следы своих заклинаний и забрал всё, что представляло ценность в этом проклятом месте. Затем вышел наружу и, забрав одну из лошадей, отправился на постоялый двор. Мне нужно было восстановиться. Маги теней оказались очень неудобными противниками.
Глава 22
Корабль «Несущий Мир», следуя данному наказу господина Версноксиума, продолжал исследовать как известные так неизведанные земли. Он изучал небольшие поселения, не принадлежавшие ни одному королевству или империи, встречал редкие народы, избегавшие контактов с внешним миром. Экипаж неустанно искал следы некромантов — и, к тревожному удивлению, обнаруживал их всё чаще. К примеру, город, из которого команде удалось бежать неделю назад, оказался уже шестым, полностью павшим под натиском тёмных сил. Марку и его людям лишь по счастливой случайности удалось избежать потерь. Теперь же они всерьёз размышляли о возвращении, поскольку запасы провизии подходили к концу, а знакомые берега давно не попадались. Возникало ощущение, будто мир Керона — не круглая планета, как утверждал Кайлос, а бескрайняя плоская равнина, не имеющая границ.
Но затем они попали в шторм невиданной силы. Судно бросало из стороны в сторону, словно щепку, и уже пятый день стихия не утихала. Все попытки магов усмирить бурю оказались тщетны. Когда же шторм внезапно стих, корабль лежал на правом борту, выброшенный на песчаный берег. Измождённая команда с трудом выбралась на сушу, чтобы передохнуть после изнурительного путешествия.
— Капитан, что будем делать? — обратился к Марку один из матросов.
— Будем восстанавливать корабль, — угрюмо пробурчал тот, уже который час безуспешно пытаясь связаться с фамильяром господина Кайлоса.