Ирек Гильмутдинов – Опять 25. Финал (страница 50)

Каэльдрис Вейлорн усмехнулся, хотя его выражение лица больше напоминало оскал, нежели улыбку.

— Однако, полагаю, искусный артефактор без труда разгадает принцип действия этого чуда. Поскольку он не запечатан и все руны открыты для изучения.

На этом месте мой незваный собеседник нахмурился.

— Он при вас?

— О, что вы! — я рассмеялся с небрежной лёгкостью, словно он произнёс остроумную шутку. — Кто же станет носить подобные реликвии с собой? Карманники здесь встречаются на каждом шагу. Он находится в банковской ячейке. Здесь, в «ЧароБанке».

— Какую сумму вы за него хотите?

— Пятьдесят тысяч. И я не стану торговаться — прежде чем назвать цену, я поинтересовался мнением знатоков из «Адастрии».

— Тогда почему же вы не продали его там?

— Простите, уважаемый, но это уже не ваша забота, — мягко, но недвусмысленно дал я понять.

Я вытер губы салфеткой, оставил на столе пару медяков и начал подниматься.

— Удачи вам, господин Вейлорн. А мне пора заняться делами.

— Постойте. Предлагаю следующее: покажите мне артефакт, и если он действительно функционирует, я приобрету его у вас.

Я немедленно вернулся на место.

— Вот это по-деловому! Вот это я понимаю! Когда вы хотели бы это осуществить?

— Сейчас у меня нет иных дел, и если вы располагаете временем, я был бы рад сделать это немедленно.

— С превеликим удовольствием, — я стремительно поднялся и направился к выходу.

Мы проследовали в здание «ЧароБанка» и прошли в специальную комнату, где мне вынесли сданную ранее на хранение шкатулку. Внутри, на бархатном ложе, покоился сферообразный артефакт из полупрозрачного минерала, по поверхности которого бежали переливы молочно-белой энергии, оживляя бесчисленные руны, покрывавшие его до самого основания.

На самом деле этот артефакт я приобрёл у Балмора около трёх лет назад для защиты замка и своих заведений. Гномы производят подобные устройства исключительно для доверенных партнёров — изготовление требует колоссальных и редких ресурсов, что исключает их массовое производство. Артефакт действительно превосходен, однако против архимагистра теней он бессилен. Впрочем, маг подобного уровня вряд ли станет красться в чужие владения. Я давно заметил: чем могущественнее маг, тем меньше он стремится демонстрировать своё превосходство. За исключением, пожалуй, игр в бильярд или боулинг — там они превращаются в настоящих детей. Помню, во время турнира по боулингу, когда «Магический Совет» состязался против короля эльфов, императора Феникса, Элидии и Шаркуса и Элькраса Серебряного Листа, магический фон был столь интенсивен, что половина защитных артефактов в здании вышла из строя, едва сдерживая исходящую от них мощь. На кону стояла не просто победа — проигравшие лишались права посещать мой ресторан и клуб на две недели. Мне, конечно, это было невыгодно, но возражать против двух десятков сильнейших магов? Нет, я не настолько безрассуден.

— Вот он, — указал я потенциальному покупателю на «Сердце Бездны».

— Вы же не возражаете против проверки его функциональности? — спросил Каэльдрис Вейлорн, тщетно пытаясь сохранить маску безразличия. Но я видел, как его буквально передёргивало от волнения. Ведь перед ним было оружие, созданное против таких, как он. Дважды его защитные чары давали сбой, и я без труда распознал в нём мага теней. Он пытался владеть собой, но порой его природа прорывалась наружу — то ли от нетерпения, то ли от раздражения. Этого мгновения мне хватило, чтобы понять: передо мной архимаг Теней. Более того, он настолько жаждал заполучить артефакт, что лично явился на переговоры. У таких магов обычно для такого есть свои люди. Тот же Ридикус за покупками не ходит.

Интересно, кем он является? Главой «Чёрного Полумесяца» или, может быть, иного клана? Но он точно не просто человек. Магическая мощь, дорогая одежда, властный взгляд. Он точно кто-то важный.

Каэльдрис активировал своё кольцо и попытался раствориться в тени, отбрасываемой дверью от магического светильника. Однако вместо исчезновения он оказался у дверного косяка, оставаясь совершенно видимым для меня. Я же не смог сдержать довольной улыбки. В конце концов, я — торговец, и успешная демонстрация товара, доказавшая его подлинность и эффективность, лишала покупателя возможности сбить цену. Вот и делал вид, что радуюсь.

— Превосходный инструмент, — произнёс он, не скрывая восхищения.

— Без сомнения. И что особенно ценно — для его активации не требуется магических способностей. Заряда хватит на три столетия непрерывной работы, а последующая подзарядка обойдётся всего в несколько золотых монет.

— Вы утверждаете, что это единственный экземпляр?

— Именно так. Отсюда и соответствующая цена. Ведь я не единственный претендент на долю — придётся поделиться с добросердечными гномами, оказавшими содействие в его приобретении.

— Но ранее вы упоминали, что получили его в дар от главы клана Рунирдов?

— Я не уточнял, от кого именно. Но вижу, вы осведомлены. Давайте не будем углубляться в детали и примем на веру мои слова.

— Что ж, — его тон стал ледяным.

— Как предпочитаете произвести расчёт — банковским переводом или наличными?

— Лучше наличными. Налоговая служба не дремлет, и мне бы не хотелось привлекать внимание к такой сумме, — мой выбор вызвал на его лице искреннюю улыбку. Он, вероятно, думал… Впрочем, понятно, что он думал.

Пора было закреплять успех.

— Если Вы не против, уважаемый Вейлорн, я предлагаю завершить сделку немедленно. Более того, я готов вам довериться и оставить артефакт у себя, пока Вы подготовите средства. Вам следует понимать — если с ним что-то случится, к вам нагрянут не самые дружелюбные визитёры с неприятными вопросами.

— Это излишне, мой новый друг, — он отмахнулся от моего прозрачного намёка с напускным легкомыслием, но в его глазах мелькнула тень опасения.

За пределами банка нас ожидала карета, запряжённая парой вороных скакунов. Заняв места в её кожаном салоне, мы покинули городские стены и направились в загородные земли. Почти три часа пути прошли в полном молчании — мой спутник не изъявлял желания беседовать, а я притворился погружённым в дрёму, сделав вид, что монотонная дорога меня усыпила. Когда экипаж наконец остановился, передо мной предстало поместье. Не сказать, чтобы огромное по здешним меркам, но более чем респектабельное — около полутора тысяч квадратных метров. Внутреннее убранство говорило о тонком вкусе хозяина: изящная мебель, подлинные полотна на стенах, слуги со спокойными лицами и доброжелательными улыбками. Рядом виднелись конюшни и ухоженный сад, что особенно удивительно для этих краёв, где зима царствует почти круглогодично. Всё объяснилось, когда я ощутил разницу температур: внутри усадьбы царили комфортные двадцать градусов, тогда как снаружи было не менее пяти ниже нуля. Определённо, работа климатических артефактов.

В гостиной мне предложили ароматный травяной отвар и свежеиспечённое печенье. Когда же я намекнул, что не прочь взглянуть на обещанное вознаграждение, мне вежливо предложили спуститься в подвал для окончательных расчётов, пообещав после этого доставить обратно в город.

Продолжая играть роль ничего не подозревающего купца, я следовал за хозяином, будто агнец, ведомый на заклание. Краем глаза я отметил в окне, проходя по коридору, забавную картину: карету уже распрягли — значит, обратной дороги не предвидится. Двое слуг следовали за нами по пятам, даже не пытаясь скрыть боевые кинжалы с магическими рунами на поясах.

Оказавшись в настоящей сокровищнице, что стало для меня неожиданностью, мне вынесли три сундука, доверху наполненных золотыми монетами — ровно ту сумму, о которой мы договорились.

Что за чертовщина здесь происходит? Неужели они в самом деле собираются со мной рассчитаться? Эй? Где же засада? Где удар в спину?

А-а-а… Фух. Я мысленно выдохнул с облегчением, когда тяжёлая дверь позади меня с глухим стуком захлопнулась. На мгновение я поверил в их честность — уж больно напоминали эту ситуацию с тем вежливым начальником стражи. Теперь всё встало на свои места: пока я склонялся над сундуками, меня заперли в подвале. Теперь мне «не суждено» отсюда выйти.

— Позвольте приступить к подсчёту? — осведомился я, делая шаг к сундукам. Словно всё хорошо.

— Боюсь, вам не доведётся воспользоваться этими сокровищами, Кшиштоф, — прозвучал ледяной ответ.

— И на каком же основании Вы сделали столь опрометчивое заявление?

— Видите ли, мы не можем позволить, чтобы кто-либо узнал о существовании этого артефакта в нашем владении.

— Так не проще ли его просто разбить?

— Нет, не проще. Он может нам пригодиться.

— Позвольте, — я нарочито нахмурил брови, — если вы замышляете нечестную игру, возмездие не заставит себя ждать.

— Полагаю, мы как-нибудь справимся с этой малой трудностью, — Вейлорн кивнул своим подручным. Судя по их ауре, оба были мастерами теневой магии.

— Постойте, — внезапно воскликнул я, — а если я одолею ваших стражников, вы отпустите меня с миром?

— Господин Кшиштоф, если вам удастся одержать над ними верх, я лично помогу донести эти сундуки до вашей кареты.

— Маг даёт слово?

Вместо ответа он лишь усмехнулся, а двое теневых мастеров начали сближаться со мной — чтобы через мгновение рухнуть замертво.

«Sibilus Mortis», — мысленно произнёс я, направляя заклинание на своих предполагаемых убийц.