Ирек Гильмутдинов – Опять 25. Финал (страница 49)

Вместе с воронками в небе кружила моя стая — сотни воронов, отлитых из самой тьмы. Они впивались когтями в крылья фей, ослепляли их, разрывали их магические построения, становясь грозными союзниками орков.

Когда остатки армии фей, неся чудовищные потери, дрогнули и бросились в бегство, я сплёл последнее заклинание. «Imber Acherontis» — и с небес пролился дождь из живой кислоты, разъедающей плоть и плавящей металл что стеной пошёл на наших врагов. Несколько орков, что в ярости бросились в погоню, попали под его потоки, и я был бессилен их спасти — концентрация требовала всей моей воли. К счастью, вожди успели отозвать своих воинов, не дав им целиком ринуться в гибельную погоню.

Шесть часов. Шесть долгих часов потребовалось, чтобы битва была выиграна. Мой источник магии иссяк наполовину — я вложил в эти плетения столько силы, что ни один архимаг не устоял бы, а их здесь было немало. Срочно восполнив запасы из кристаллов, я с горечью подумал, что оставаться с полупустым источником в такие времена — непростительная роскошь.

Затем я призвал дар Мораны как её первожрец и наложил на орков чары умиротворения и восстановления душ. Я видел безумную ярость в их глазах — с этим нужно было что-то делать, иначе они ринутся в земли фей и сложат там свои головы. Так же феи не чурались бить по душам. Но я не могу вечно их защищать. У каждого своя роль: их — не пустить скверну на свои земли, моя — лишить Малкадора его приспешников.

И ещё одно наблюдение заставило моё сердце сжаться. Большая часть душ фей, освободившись, устремилась не туда куда я планировал, а в одну-единственную сторону — туда, где, как я помнил, раскинулась Империя Звёздного Неба. Выходит, некроманты перехватывают души. Значит, даже уничтожая их армии, мы лишь делаем их сильнее. Это открытие отдалось в душе горьким эхом. Но отступать некуда.

— Мир вашему стану, — бесшумно опустился я у шатра, где у походного алтаря расположились шаманы и маги. Воздух был густ от ароматов целебных трав и дыма священных благовоний.

— Приветствуем тебя, «Мерцающий во тьме», — старейший шаман Улгурис склонил голову в почтительном поклоне, и его примеру немедленно последовали остальные.

— Друг мой! — громовой раскат голоса Вул'дана разнёсся по окрестностям, и могучие руки обхватили меня в орчьих объятиях. — Явился как солнечный луч после ливня! Уж думали, кости наши навеки лягут в этой долине. Крылатые нечисти стали куда сильнее с поддержкой некромантов. А те, кто пал, восстают из мёртвых, чтоб ринуться в сражение теряя всякий страх. Ты и сам всё видел.

— Видел, — кивнул я, ощущая на себе взгляды собравшихся. — Видел вашу доблесть.

— Какими судьбами забрёл в наши края?

— Путешествую по свету, очищаю земли от скверны предательства.

— Благородное дело, — одобрительно крякнул орк. — Успел уже с кем-нибудь попрощаться?

— С «Безмолвными Клинками». Да заглянул к Сахиру — напомнить о цене, которую платят те, кто предаёт доверие.

— И как отреагировал монарх?

— Пытался убедить, что действовал ради блага подданных. Пустые слова. На деле же стремился сохранить собственную шкуру.

— Не будь чрезмерно суров, — вмешался Улгурис. — Ноша власти тяжела, а забота о народе — не пустой звук.

— Уважаемый шаман, что-то не припоминаю, чтобы гордый народ орков склонял голову перед некромантами. И он не должен был заключать подобные союзы.

— Юность говорит в тебе, — покачал седой головой старец.

— Поверьте, этот недостаток быстро исцеляется. А в военное время — и вовсе с поразительной скоростью.

— Мудрое наблюдение, — согласился шаман.

— Книги читаю, вот и запоминаю порой меткие слова, — я позволил себе лёгкую улыбку. — Времени в обрез, а дел невпроворот. Как ваши дела в целом?

— Пока держимся, — ответил Вул'дан, бросая привычный взгляд на мою сумку. — Наши земли всё ещё под нашим контролем.

— Прекрасные новости, тогда желаю вам удачи, мои друзья. Даст боги — свидимся в более спокойные времена.

— Не останешься на пир в честь великой победы? — в голосе орка слышалась надежда.

— Прости, друг мой, но пировать пока рано. Впереди ещё немало сражений.

Когда Кайлос улетел, Улгурис обратился к Вул’дану.

— О каком пире шла речь? Мы ж вроде не празднуем, коли битва на наших землях, а не врага.

— Ой, будто вы не поняли моего замысла, — горько усмехнулся Ночной Прилив. — Хотел друга упросить на настойку да пирожки с капустой и сочным мясом. Он бы наверняка увидев нашу скудную трапезу, поляну накрыл, да такую, что у-у-у-х. А так придётся вяленое мясо есть, а оно у меня вот где уже, — молодой орк провёл топором по горлу.

— Ты вообще кроме еды о чём-то можешь думать?

— Да шаман, но только когда поем, — заржал Вул’дан и уселся медитировать.

Глава 21

Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.

Мой путь лежал в Нижний Город, или Нориэльск — второй по значимости город после столицы Айриндол, раскинувшийся у подножия гор на юго-западных рубежах. Я намеренно приземлился на окраине, дабы не привлекать излишнего внимания. В распоряжении у меня были лишь скупые сведения: название города и имя — Орвакс Рубенков, купец, чья слава гремела в кругах торговцев антиквариатом. Углубившись в расспросы, я с удивлением обнаружил, что наши заведения некогда закупали у него полотна и скульптуры. Полагаю, архимагистр Нивель мог бы рассказать больше, но его не оказалось на месте.

Здесь требовалась особая осторожность. Я хорошо помнил, на что способны осколки их артефакта, а уж целый реликт наверняка лишил бы меня сил. Рисковать было непозволительной роскошью, тем более что в этом городе меня ждало несколько дел. Сняв скромную комнату в постоялом дворе, я окутал себя маскировочным мороком и начал неспешно бродить по улицам, вживаясь в роль коллекционера, желающего сбыть «Сердце Бездны» — артефакт, способный поглощать тени. Такой предлог должен был помочь мне приблизиться к «друзьям» из «Чёрного Полумесяца», входившим в гильдию «Безмолвные Клинки», где некогда состояла Криана. Кстати, имея при себе её кольцо, я рассчитывал, что они сами выйдут на контакт. Но пока что следовало опробовать более тонкий подход. Моей главной целью был глава местного отделения — он мог знать, как подобраться к логову братства Смерти Абсолюта. Но больше всего меня занимала одна загадка: как удалось этой организации столь долго скрываться у всех на виду? Не уже ли и тут замешаны власть имущие? Ох, не хотелось бы мне обещаться с королевой. Судя как мне её описали, она близка к нашей королеве из сказки про Кая и Герду. Холодная, бесчувственная и безжалостна.

Почти три дня прошло, прежде чем со мной установили контакт. Всё это время я отнюдь не предавался безделью, а тщательно изучал местные товары, выискивая всё, что могло бы пригодиться нашему делу. Я скупал диковинные специи, редкие продукты и прочие любопытные вещицы, параллельно договариваясь о поставках через подставные фирмы, никак не связанные с моей основной компанией — дабы ни у кого не возникло соблазна насолить мне через них. Только Рома, Алатея и Майя ведали об истинном положении дел — кто есть кто. Остальные пребывали в блаженном неведении.

На четвёртый день, ближе к полудню, я расположился в таверне «Ледяной Свин», где кормили сносно. Воспользоваться своей едой и питьём было нельзя — это могло разрушить легенду. Именно тогда ко мне приблизился незнакомец: высокий, почти бесплотный силуэт с кожей, словно отлитой из матового серебра. Его глаза, подобные двум узким серпам, источали холодное лунное сияние. По тому, как засуетился трактирщик, я понял — передо мной персона весьма значительная.

— Добрый день, Кшиштоф Пшебижинский. Позволите составить вам компанию? — от его слов веяло таким леденящим холодом, что, будь я кем-то другим, мог бы и напрудить в штанишки. Воистину пугающий тип. Пришлось изобразить дружелюбие и сделать вид, будто я не ведаю, с кем имею дело.

— Разумеется, уважаемый…

— Каэльдрис Вейлорн.

— Уважаемый господин Вейлорн, присаживайтесь, буду рад беседе.

Он занял место напротив, но не спешил начинать разговор, а лишь пристально разглядывал меня. Я, пожав плечами, невозмутимо продолжил трапезу. Похоже, моё равнодушие его позабавило.

— Если у вас стеснённые обстоятельства, я могу вас угостить, — предложил я, отчего он слегка опешил. Видимо, такого поворота он явно не ожидал.

— Благодарю, но я не голоден. Мне сообщили, что вы желаете продать один редкий артефакт. Могу я осведомиться, откуда он у вас?

— Безусловно. Он был приобретён честным путём, если вас это беспокоит. Мне его продал один добрый гном. Правда, он уже не сможет это подтвердить, так как был казнён короной за измену. Но клянусь всем, что имею, — я не воровал его.

— Вам известно, как именно использовать этот артефакт и каково его предназначение? — продолжил допрос мой новый знакомый.

— Безусловно. Это защитное устройство против воров, тех, что пользуются магией теней. Ужасные личности, — я с отвращением поморщился. — Проникают в жилища без приглашения. А вот эта вещица не позволит им так просто пробраться в дом. Отныне ни один негодяй не сможет укрыться в тени — артефакт буквально вышвырнет его оттуда.

— Он у вас в единственном экземпляре?

— Именно так. Подобные реликвии невероятно редки. В этом случае он существует в мире в количестве одной штуки. Мастер, создавший его, скоропостижно скончался, унеся секрет изготовления с собой в могилу.