Ира Малинник – Ногицунэ (страница 2)
Это был не такой уж редкий случай. В Японии, где до сих пор считалось, что мужчины лучше умеют строить карьеру, их жены часто выступали в роли серых кардиналов и стояли за теми самыми решениями, которые превращали обычный бизнес в сенсацию. А после, на банкетах и приемах, эти блестящие умы играли бокалами шампанского, тихо смеясь над шутками мужчин и одаривая друг друга понимающими, проницательными взглядами.
Госпожа Окамото, казалось, поняла, о чем думает Айко. Губы женщины тронула едва заметная улыбка, которая тут же исчезла; будто мотылек вспорхнул с цветка.
Сузу принесла чай и ловко расставила приборы на небольшом кофейном столике, стоящем между гостями и хозяйкой дома. Сделав глоток великолепно заваренного маття13, Сато достал из нагрудного кармана блокнот с карандашом и произнес:
– Давайте начнем с недавних событий, а потом мы с детективом Танака зададим уточняющие вопросы. Итак: как именно вы обнаружили пропажу господина Окамото?
Госпожа Окамото чуть поерзала, но почти сразу выпрямилась, гордо вздернув подбородок вверх. Айко видела, как тяжело ей дается этот разговор, и прониклась к женщине еще большим уважением.
– Господин Окамото… Как бы правильно выразиться… Не всегда ночевал дома. Иногда он по несколько дней пропадал в своем офисе. Это прямо здесь, в нашем районе…
– Ювелирный в Гиндза-Вако? – не удержалась Айко.
– Прошу извинить мою коллегу за несдержанность, – Сато сердито скосил на нее глаза, но госпожу Окамото, казалось, позабавила проницательность девушки.
– Именно там. Полагаю, догадаться было не сложно, но, тем не менее, я впечатлена. Итак… О чем я говорила… Господин Окамото иногда ночевал на работе, особенно когда начинал новый проект. Я помню, несколько дней назад он постоянно упоминал в разговорах какую-то жемчужину…
– Жемчужину? Это не такая уж редкость, – Сато сделал пару заметок в блокноте.
– Да, но мне показалось, он был прямо-таки одержим ею. Мой муж – увлекающаяся натура, но жемчуг никогда не волновал его. Поэтому мне было странно видеть его таким взбудораженным.
На языке Айко вертелось несколько вопросов, но она терпеливо молчала, дожидаясь, пока госпожа Окамото закончит историю. Молчание помогает узнать куда больше, чем расспросы, этому Айко научилась еще в университете.
Госпожа Окамото тем временем продолжала:
– Несколько раз он беседовал по телефону с кем-то мне незнакомым – наверное, это был новый партнер или поставщик, я не совсем поняла. Господин Окамото ничего мне не рассказывал про этот проект, что было на него непохоже. Обычно он всегда делился со мной всеми планами.
Когда он не заночевал дома в первую ночь, я не особенно удивилась. Я даже не стала ему звонить, чтобы лишний раз не тревожить. Ближе ко второй ночи я заволновалась и несколько раз звонила ему, а также посылала Сузу к нему на офис. Там его тоже не оказалось, хотя рабочие клялись, что мой муж разгуливал по помещению буквально час назад. Но когда и на третью ночь я не смогла с ним связаться, я поняла: что-то не так. И тогда я заявила о пропаже.
Плечи женщины вздрогнули, и она спрятала лицо в ладонях. Сочувственно нахмурившись, Сато собирался задать следующий вопрос, но Айко его опередила.
– Госпожа Окамото, проведите нас в кабинет вашего мужа. Я считаю, ключ к его исчезновению – там.
Глава 2. Горсть рисовых зернышек
Когда Айко была совсем маленькой, они с мамой поехали навестить бабушку в Касаги – маленький посёлок в префектуре Киото. Мама ушла набрать воды из реки, а Айко осталась с бабушкой и ни с того, ни с сего, вдруг залилась слезами.
– Мама утонет, мама утонет! – причитала Айко, до смерти перепугав старушку.
Проходивший мимо сосед услышал плач девочки и зашел во двор спросить, все ли в порядке. Узнав, о чем говорит Айко, он тут же побежал к реке. Голова женщины погружалась под воду, а ее руки беспорядочно взлетали над водной гладью, как две раненые птицы.
Спустя полчаса, согреваясь горячим чаем и поглядывая на закутанную в одеяла мать Айко, сосед спросил девочку:
– Как же ты узнала, что мама тонет?
Айко сморщила личико, готовая снова заплакать:
– Не знаю. Оно само!
Этот эпизод всплыл в памяти Айко вслед за мыслью о кабинете господина Окамото. Она понятия не имела, что побудило ее спросить про кабинет. Просто она откуда-то поняла, что это – важно.
Потрясенный Сато собирался отчитать ее за неуважение, но госпожа Окамото резко поднялась со своего места и кивнула.
– О вас недаром ходит столько слухов, Танака-сан, – произнесла она. – Что ж, давайте проверим, насколько они правдивы. Прошу за мной.
– Слухов? – шепнула Айко.
– Потом, – процедил Сато.
“Все еще злится, что я влезла. Ох и не любит он мои “предчувствия”. Но прекрасно понимает, как они помогают делу”.
Тем временем, хозяйка дома грациозно проплыла по небольшому коридору и остановилась у массивной деревянной двери.
– Прошу, – она распахнула двери и обвела помещение рукой. Айко и Сато ступили внутрь.
Кабинет одного из самых знаменитых ювелиров Токио был небольшим, но безупречно роскошным. Айко заметила, что он был разделен на несколько секций, огороженных друг от друга тонкими сёдзи14. По правую сторону от дверей располагалась “бизнес-зона”, как про себя назвала ее Айко. На столе, заваленном ворохом бумаг, блокнотов и ручек, стоял мощный ноутбук. Удобное кресло было чуть отодвинуто в сторону, словно его хозяин ненадолго отлучился. Также на столе лежал сотовый телефон: скорее всего, один из нескольких, которыми пользовался господин Окамото.
Левая половина комнаты была очевидно приспособлена для работы дома. На более широком столе лежали чертежи, наброски и документы с хаотичными расчетами. Среди бумаг Айко также заметила увеличитель, штангенциркуль, пару линеек и штихелей. Очевидно, пропавший мужчина мог допоздна засиживаться в этой комнате, увлеченно создавая очередное произведение искусства…
Завороженная этим хаосом, Айко медленно подошла к столу на левой половине. Она не могла толком объяснить, почему ее потянуло именно туда: она просто двинулась вперед, как сомнамбула.
Среди разбросанных инструментов и бумаг, что-то притягивало ее взгляд, но Айко никак не могла понять, что это было. Подходя к столу ювелира, она ожидала увидеть осколки камней или стружку драгоценного металла, поэтому ее взгляд отчаянно метался по деревянной поверхности в попытках зацепиться за знакомый разуму блеск.
– Быть не может… – прошептала Айко, наклоняясь ниже.
– Танака? Что там такое? – Сато инстинктивно шагнул вперед, прикрывая рукой госпожу Окамото.
– Что вы нашли? – выкрикнула женщина.
Айко услышала в ее голосе нотки вновь пробудившейся паники и поспешила успокоить хозяйку дома:
– Ничего страшного, госпожа, вам не стоит волноваться. Просто это… необычно.
Сато и госпожа Окамото приблизились к столу, и Айко указала на свою находу.
На столе были рассыпаны рисовые зернышки.
– Рис? – госпожа Окамото отреагировала первой. – Сузу!
Появившаяся в дверях служанка глубоко поклонилась:
– Госпожа?
– Ты трогала стол господина Окамото? – властно спросила женщина, и служанка вздрогнула.
– Нет-нет! Честное слово! По правде, я боялась заходить в этот кабинет…
– Почему? – Сато отреагировал на это признание, как охотничий пес делает стойку на птицу.
– Окамото-сан подумает, что я совсем глупая, – огромные глаза Сузу наполнились слезами. – Я не хочу, чтобы Окамото-сан ругала Сузу-тян. Я всегда стараюсь делать свою работу, вы же знаете!
– Успокойся, Сузу, и объясни, почему ты боялась кабинета моего мужа? – в голосе госпожи прорезались стальные нотки. – И если ты не объяснишь толково и спокойно, я и правда подумаю, что ты всего лишь глупая деревенская девчонка!
Сузу вновь глубоко поклонилась, а после затараторила:
– В тот день, когда господин Окамото впервые не пришел домой на ночь, я все равно пошла в его кабинет прибраться. И едва я вошла внутрь, я почувствовала…
Служанка запнулась, и Айко улыбнулась ей, желая подбодрить. Видимо, это помогло: Сузу шумно сглотнула и пробормотала:
– Я почувствовала запах цветущей сакуры. Такой сильный, будто сама богиня Инари благословила эту комнату в период ханами. Я испугалась и застыла на месте, а потом увидела, как стол… светится.
– Стол светится? – голосом госпожи Окамото можно было резать металл.
– Вот этот самый стол. Слабо светился, как лепестки вишни под лунным светом. Тогда я испугалась и убежала и больше не возвращалась в эту комнату. Простите, госпожа!
Женщина кивнула, и заплаканная служанка вылетела из комнаты. До Айко донеслись ее приглушенные всхлипы из коридора. Сато же, в замешательстве постукивающий карандашом по подбородку, раздраженно нахмурился.
– Госпожа Окамото, мы можем вернуться в гостиную и продолжить наш разговор там? Танака, осмотрите, пожалуйста, стол и соберите улики.
Сато и хозяйка дома вышли из кабинета, оставив Айко одну. Девушка глубоко вздохнула и собралась было доставать перчатки, но вдруг застыла. Ей в нос ударил знакомый с детства сладковатый запах… но этого же не может быть? Когда они заходили, в кабинете пахло затхлым воздухом, деревом и кожей.
“Откуда появился запах вишни?!”
Айко резко развернулась на месте, будто готовясь к тому, что за ее спиной стоит похититель ювелира. На мгновение ей показалось, что тени на стенах кабинета ожили и заплясали, а в самом помещении стало темнее. Она ощутила сзади на шее чье-то теплое дыхание, и волоски на всем теле Айко приподнялись, а руки покрылись гусиной кожей.