Ира Дейл – Предатель. Ты меня (не) заменишь (страница 24)

Света, без сомнений, хотела еще попились мне мозги, но я развернулся и ушел, надеясь, что Мила не узнает о моем идиотском поступке. Но ко мне на хвост села карма в виде подружки моей жены, которая терпеть не может мужиков.

Как я мог забыть, что Света живет в том самом отеле, где работает Лена? Вот как? Видимо, в тот день я был совсем не в себе, если совершил столько промахов.

Верхом моего идиотизма было то, что я даже не попытался все нормально объяснить Миле. Нет же, во мне взыграла гордыня, и я решила раззадорить немного свою жену, что привело к настоящей катастрофе.

Куда в тот делся мой знаменитый самоконтроль? Растворился в воздухе? Только такое объяснение я могу придумать. Любые оправдания вроде жуткой усталости и нехватки внимания — хрень собачья. И я это понимал, даже когда прошлый раз пытался объясниться с Милой, вот только ничего другого не в голову не пришло.

И видимо, донести толком свою мысль я нормально не смог. Потому что даже в моей голове все, что вылетало из моего рта, звучало, как обвинение Милы. А это последнее, чего я добивался. Ведь прекрасно понимаю, что если распадается брак — то дело никак не может быть в одном человек. Виноваты всегда двое, а в нашем случае, ответственность в основном лежит на мне.

Поэтому на этот раз шанс все правильно объяснить Миле упустить ни в коем случае нельзя.

— Давай сядем, — подталкиваю Милу к пледу, но она чуть ли не врастает стопами в крышу. Чтобы сдвинуть ее с места, нужно будет приложить немало усилий и, возможно, даже боль причинить, а это последнее, чего я хочу. Поэтому тяжело вздыхаю и заглядываю в испуганные глаза Милы. Испуганные. Твою же… — Мы просто поговорим, обещаю, — стараюсь говорить, как можно спокойнее.

Хотя единственное, чего мне сейчас хочется — схватить Милу, закинуть на плечо и утащить обратно в свою берлогу. Лишь бы не чувствовать себя таким… потерянным, как сегодня ночью.

Но после того, что я натворил, как никогда понимаю, что давление на поможет наладить отношения с женой, поэтому просто стою и жду вердикта.

И похоже, впервые в жизни… боюсь. Боюсь потерять человека, который стал настолько привычным, что я перестал его ценить, и начал это делать, только когда потерял.

— Хорошо, — слетает с губ Милы, и я сразу даже не верю, что слышу такое важное для меня слово. Кажется, что это ветер играет со мной, выдавая желаемое за действительное.

Вот только стоит почувствовать, как Мила расслабляется в моих руках, понимаю, мне несказанно повезло.

Нежная улыбка трогает мои губы.

Я снова пробую подвести Милу к поеду, и на этот раз она поддается. Даже усаживается первая, а я нехотя разрываю физический контакт, но устанавливаю зрительный, садясь напротив.

Почти не глядя на пакет, собранный для нас Артемом, вытаскиваю оттуда сэндвичи, почти такие же, которые я приготовил для Милы, устраивая наше первое свидание как раз на этой крыше, следом идет апельсиновый сок, пластиковые стаканчики, бумажный контейнер с нарезанными фруктами, и любимый Милен вишневый пирог. Все это расставляю между нами и по очереди открываю. Напоследок, разливаю сок по стаканчикам, для чего приходится ненадолго отвлечься от жены. Но я быстро справляюсь и уже через пару секунд снова заглядываю в печальные и немного отстраненные глаза жены.

Мила не выдерживает моего взгляда, и отворачивается. Смотрит вдаль, обнимая себя за плечи.

“Ладно, маленькими шажками”, — уговариваю себя и ставлю стаканчик с соком перед Милой.

Делаю глоток со своего — кисловатая жидкость разливается по языку, пока я пытаясь сообразить, с чего начать разговор, но Мила решает эту проблему за меня. Все еще глядя куда-то вдаль, тихо спрашивает:

— Если тебя меня не хватало, почему ты сказал, что Светлана шикарная, а меня… — тяжело сглатывает, — ты больше не хочешь? — подтягивает ноги к груди, обнимает колени, кладет на них голову.

Черт! А Мила умеет ударить в слабое место. Я думал поднять эту тему чуть позже. Но видимо, придется все-таки начать с главного.

Глубоко вздыхаю, ставлю стаканчик от греха подальше обратно на плед и признаюсь:

— Я решил тебя взбодрить.

Глава 38

Мила резко поворачивает ко мне голову.

Ее глаза широко широко распахнуты, рот приоткрыт.

Укол вины простреливает сердце. Я знаю, что идиот. Знаю, что поступил с Милой и нашим браком, как настоящий придурок. И мог бы сейчас соврать, сказать, что-то вроде: “я просто пошутил в тот момент”, но не стал этого делать.

Если начинать сначала, то лучше сразу поступать правильно — между нами с милой не должно быть тайн. И хоть немного стыдно признаваться в своем идиотизме, лучше это сделать, чтобы дальше было проще восстанавливаться треснувшие отношения.

— Взбодрить? — уточняет Мила едва слышно, после чего тяжело сглатывает и взмахивает волосами, словно не может уложить сказанное мною в голове.

Да и я сам не понимаю, почему поступил настолько глупо. Хотя нет. Вру. Себе же.

Черт! Как же трудно признаваться в своей слабости.

— Я разозлился, — беру сэндвичи и освобождаю их от бумажной упаковки. — Последние дни были тяжелыми, а тут еще ты со своим обвинением, брошенным в меня прямо с порога. Если что я не оправдываю себя, просто пытаюсь объяснить, что творилось в моей голове в тот день, — передаю Миле сэндвич.

Вот только она даже не прикасается к нему, сидит неподвижно, неверяще глядя на меня. Выгибаю бровь, безмолвно говоря, что не продолжу, пока Мила не поест. И она понимает мое послание — недовольно поджимает губы, вырывает сэндвич из моих рук, откусывает большой кусок, жует, но при этом пристального взгляда от меня не отводит.

Просто смотрит, а ее глазах читается: “продолжай”.

Тяжело вздыхаю и уже сам не выдерживаю. Отворачиваюсь в сторону, смотрю перед собой, хотя ничего толком не вижу. Взор расплывается.

— Знаешь? Когда я получил твое сообщение тем вечером, сорвался с очередного совещания… даже сбился со счета, сколько их было до этого. Я думал, что случилось что-то серьезное. У тебя же раньше не было привычки, отрывать меня от дел просто так… — прерываюсь. Понимаю, что следующие слова, которые я должен сказать, могут уничтожить все мои усилия к чертям. Но с другой стороны — какая разница? Если уже начал “делиться своими тараканами”, то нужно идти до конца. — А когда приехал домой и услышал твои “претензии”, то решил, что ты оторвала меня от важных дел из-за какой-то блажи.

— Это была не блажь! — Краем глаза замечаю, что Мила перестает жевать, вытягивается по струнке. Скорее всего, в ее глазах полыхают искры гнева, но я не поворачиваюсь, чтобы проверить. Смотрю вдаль и признаюсь:

— В моем понимании “блажь”, — пожимаю плечами. — В тот момент, я не соображал здраво: устал, нес всякую хрень, а потом решил раз ты сразу поставила меня перед фактом, что я тебе изменил, не удосужившись задать ни единого вопроса, почему бы не попробовать тебя немного взбодрить, — самого передергивает от последнего слова. Но я не собираюсь от него отказываться, ведь в тот момент именно так и думал. — Наши отношения уже давно стали рутиной, а ревность и женская конкуренция должны были немного их растормошить, — качаю головой. Сколько же бреда у меня в голове. — На следующий день я понял, какой идиотский поступок совершил, и перенес ужин, на котором на самом деле не должны было быть Светы, на завтрак. На всякий случай, вдруг бы она заявилась к нам домой, ведь не сомневался, что Антон рассказал ей о том, что собирается познакомиться с семьей отца. Поэтому я сам забрал сына утром и решил провести поздний завтрак. Но оказывается, Света увидела, что мы уезжаем, и спросила у Антона, куда именно. А он без задней мысли рассказал… — помню, как удивился, увидев Свету, выходящей из лифта. Она даже моего нового адреса не должна была знать. Но выгонять ее не стал. Тем более… — Я заметил, как загорелись твои глаза, когда ты увидела мою бывшую. И решил продолжить спектакль. Почему бы тебе немного не раззадорить? Может, так в нашу жизнь вернулся бы огонь? Я не думал, что это приведет к нашему разрыву.

Хотя, наверное, ни о чем не думал.

У меня давно на первом месте стоит бизнес, поэтому неудивительно, что Мила тоже ушла в работу. Ей не хватало моего внимания. Поэтому жена нашла то, куда можно направлять свои силы. Перестала меня ждать, и я это почувствовал. Но вместо того, чтобы попробовать вернуть то, чего мне так недоставало, еще больше закапывался в работу и это привело к тому, что мы имеем сейчас.

— Давай попробуем начать сначала, — произношу твердо, поворачивая голову к жене.

Мила сидит в той же позе, что пару минут назад.

Смотрит на меня. Просто смотрит. Разочарованно. Печально.

А я как никогда понимаю, что перегнул палку.

Поэтому прежде чем Мила успевает вынести свой вердикт, безапелляционно заявляю:

— Даже если ты мне сейчас откажешь, знай — я не отступлю, пока снова не верну твое расположение… пока не верну тебя домой. Я люблю тебя, Мила. И сделаю все, чтобы ты меня простила. Обещаю.

Глава 39

— Милена, к тебе тут пришли, — Настя моя помощница заглядывает в кабинет.

Заинтересованные нотки с легкостью улавливаются в ее голосе. И это так сильно удивляет, что я даже отрываюсь от экрана компьютера, лишь бы проверить, не ошиблась ли.

Не ошиблась. Даже за толстыми стеклами очков вижу блестящие глаза светло-русой девушки. На первый взгляд Настя кажется невзрачной. Но если присмотреться, можно увидеть маленькое круглое личико девушки, пухлые губы и огромные глаза. Просто ее красота скрыта под мешковатым деловым костюмом я немного растрепанными волосами, заплетенными в две тугие косы.