Ира Дейл – Предатель. Ты меня (не) заменишь (страница 25)

Настя старается не выпячивать свою миловидность, ведь хочет, чтобы на работе ее воспринимали как профессионала, поэтому даже не краситься. Вот только глядя на нее сейчас и видя румянец на щеках, кажется, она об этом жалеет.

— Кто там? — выгибаю бровь, но уже через мгновение прикрываю веки и тру глаза, в которые от долгого сидения за компьютером словно песка насыпали.

— Такой молодой человек симпатичный, — в голосе Насти звучит самое настоящие восхищение, что удивляет еще больше. Но не успеваю среагировать, как девушка переходят на шепот и едва слышно добавляет: — с цветами.

Распахиваю веки и смотрю на свою помощницу, чей заговорщицкий тон заставил мой желудок сжаться в тугой узел.

— Представился как Антон, — Настя пожимает плечами. — Милен, у тебя поклонник появился? — хитрая улыбка растягивается на губах девушки.

А я… молчу. Пару секунд сижу неподвижно, после чего резко вскакиваю на ноги, чем вызываю у Насти еще большее недоумение. Поправляю черную узкую юбку и несусь к выходу, краем глаза замечая как “подпрыгивают” воланы на моей блузке.

Я не распространялась на работе о том, что у моего мужа есть еще один ребенок. Тем более, не говорила, что сын сейчас живет с отцом, пока я устроилась в отеле, поэтому появление Антона здесь еще и с цветами, может вызвать волну сплетен.

Хоть компания, которую я открыла, растет быстро, но такое чувство, что все сотрудники моментально находят общий язык, принимая в свою “тусовку” новичков и становясь самыми настоящими друзьями. Поэтому часто на рабочих местах обсуждаются не только рабочие вопросы.

На самом деле, я свою личную жизнь стараюсь не афишировать в офисе, но все равно все знают, что в ней происходит. Не представляю, как мне удалось скрыть тот факт, что две недели назад я ушла от мужа.

Наверное, все дело в том, что Слава каждый божий день появляется у меня на работе, чтобы забрать и отвести либо в отель, либо на свидание. Я сначала сопротивлялась такой перспективе и пробовала послать мужа подальше, вот только когда поняла, что ничего не выйдет, ведь Слава уперся в свой план по моему завоеванию как баран в новые ворота, решила, что проще ему поддаться, чем тратить нервы и силы на сопротивление.

Я убеждала себя, что все к лучшему. Когда бы еще я поужинала в “облаках” — в ресторане, который находятся на верхних этажах самого высокого здания Москвы, или покаталась на яхте, на которой мы со Славой были только вдвоем, по Москве-реке? А в ночь в Третьяковской галереи чего только стоит? С интерактивной экскурсией только для нас!

На самом деле, поначалу я бухтела и пыталась игнорировать мужа, но Слава так легко вовлекал меня в разговор, что я даже очнуться не успевала, а уже обсуждала с мужем то предстоящее мероприятие, то наши прошлые свидание, то какой-то факт из жизни художника. Пару раз речь заходила о будущем. В один из таких разговоров, я узнала, что Слава собирается делегировать управление компанией своему заму, а сам хочет сосредоточится на обучении Антона, чтобы тот, когда придет его время, занял место отца.

Мне давно не было так весело и спокойно. Особенно, помогало то, что Слава не пытается перейти границы — он просто находился рядом, мог иногда прикоснуться, но не давил и больше не заставлял вернуться домой. Просто находился рядом. А когда приходила пора возвращаться в отель, муж без проблем меня туда отвозил и долго смотрел мне вслед на прощание.

Надо сказать, что я постепенно начала оттаивать, но рана, нанесенная мне Славой, никак не хотела заживать.

В голове все еще крутятся жестокие слова мужа, брошенные в меня в критический момент. И тот факт, что Слава действительно собирался перестать со своей бывшей женой не дает мне покоя.

Радует только то, что Светлана не появляется на горизонте. Не появляется даже для того, чтобы уточнить, на каком этапе находится подготовка к мероприятию. Может быть, это Слава запретил приближаться ко мне? Это вполне возможно, ведь теперь он лично занимается всеми вопросами, связанными с предстоящей презентацией. Что-то подсказывает, что это еще один повод приблизится ко мне — ведь все делали я теперь согласовываю с ним лично. Но это неважно. Главное то, что мне не приходится сталкиваться со Светланой. Иначе бы наша очередная встреча могла бы закончиться дракой. Снова.

За мыслями не замечаю, как вылетаю в коридор и оказываюсь у ресепшена.

Взгляд сразу падает на Антона, сидящего в деловом костюме на диванчике в приемной с двумя букетами, лежащими по обе стороны от него.

Как только парень видит меня, сразу же поднимаются на ноги. Подхватывает один будет и направляется ко мне.

У меня толком прийти в себя не получается, как Антон уже сует цветы мне в руки со словами:

— Это от папы.

Парень широко улыбается, глядя на мое шокированное выражение лица, из-за чего мне становится совсем неуютно. А уже через мгновение к дискомфорту добавляется непонимание, ведь парень заявляет:

— Поехали!

— Куда? — вырывается из меня на автомате.

— Сегодня у Киры концерт, — улыбка Антона превращается в печальную. Но парень быстро стирает ее с лица, становясь до ужаса серьезным. — Мы с вами едем на него.

Глава 40

Сижу в зрительном зале, в мягком кресле, которое кажется сейчас каким-то чужим, далеким. Мои пальцы нервно перебирают край программки, которые раздавали гостям при входе в зал, но я даже если бы хотела, не смогла бы сосредоточиться на тексте. Все мое внимание приковано к сцене.

Там она. Моя девочка. Моя дочь, которая уже несколько недель не разговаривает со мной.

Кира выходит на сцену, и мое сердце замирает. Она такая красивая. Ее костюм — белоснежный, как лебединое перо, — подчеркивает ее грацию.

Нежная струнная мелодия заполняет пространство небольшого зала, и Кира начинает двигаться, а я забываю обо всем. Ее руки — это крылья, ее ноги — кисть, которая рисует невидимые узоры в воздухе. Кира парит, будто земное притяжение для нее — всего лишь условность.

Но я знаю, что за этой легкостью скрывается боль. Вижу, как она сжимает губы при каждом движении, хотя старается выглядеть расслабленной. Скорее всего, другие не заметят легкого напряжения в моей дочери, но мне хорошо известно это выражение лица Киры. Именно его я вижу в последнее время, когда пытаюсь заговорить с ней.

За последние недели я пробовала объясниться с Кирой бесчисленное количество раз. Вот только ничего путного из этого не вышло. Если я срывалась с работы и забирала Киру со школы, чтобы отвезти домой или на тренировку, а по время пути нормально поговорить, она демонстративно игнорировала меня. А когда я звонила, дочка просто сбрасывала вызовы.

Кира до сих пор не может простить мне того, что я ушла от ее отца.

"Ты разрушила нашу семью", — бросила она мне в лицо при последней нашей встрече, прежде чем зайти в подъезд.

Большей боли, чем в тот день, наверное, я никогда не испытывала.

— Она отойдет, — Антон накрывает ладонью мою руку, лежащую на подлокотнике, и слегка пожимает ее, даря мне столько необходимую поддержку.

— Не уверена, — смаргиваю слезы, вмиг заполнившие глаза.

Уж слишком хорошо я знаю Киру. Она может быть очень упрямой. А после того, как Светлана настроила ее против меня, и подавно.

Где-то неделю назад мы со Славой затронули тему влияния его бывшей жены на нашу дочь. Да, это муж свел Антона с Кирой. Надеялся, они подружатся, — что, в принципе, и произошло, — и его сыну будет проще перебраться к нам. Вот только Слава не знал, что Светлана часто присоединялась к общению детей. И я ему верю, ведь видела ярость, вспыхнувшую в его глазах, когда он обо всем узнал.

Слава обещал поговорить с Кирой, но это не принесло особого результата, ведь дочка до сих пор обижается на меня. И я не знаю, как найти к ней подход.

Музыка нарастает, Кира делает пируэт. Я задерживаю дыхание. Она вращается, и мне кажется, что в этот момент она свободна. Свободна от обид, от гнева, от всего, что разделяет нас.

Но потом я вижу, как ее взгляд скользит по залу. Она ищет кого-то. Вряд ли меня. Скорее всего, своего отца. Но Славы здесь нет. У него сейчас совсем мало времени — запуск коллекции близко. Поэтому муж и послал ко мне своего сына, боясь, что не успеет освободится, а оставлять Киру одну в такой важный для нее день не хотел.

И если быть уж совсем честной, сейчас я как никогда благодарна мужу. Глядя на нашу дочь на сцене, чувствую, как трепещет мое сердце. Даже несмотря на то, что наш брак со Славой развалился на кусочки, мы с ним создали нечто прекрасное. Нашу малышку. Плевать, что Кира сейчас, скорее всего, ненавидит меня, я не перестаю любить. И надеюсь, что однажды мы снова найдем с ней общий язык.

Кира замирает в финальной позе, а зал взрывается аплодисментами. Я тоже не выдерживаю: вскакиваю на ноги, хлопаю, кричу "браво", даже несмотря на то, что знаю — она меня не услышит в море оваций. Кира кланяется, улыбается, но ее глаза пусты. Она смотрит в зал, и я вижу, как ее улыбка становится чуть более натянутой. Почему? Что не так? Неужели, это потому что она не нашла своего отца? Хотя… по идеи, где-то здесь должна быть моя мать — вряд ли она пропустила такое событие. Может, Кира ее ищет?

— Держите, — Антон сует мне в руки один из букетов, которые принес ко мне в офис. — Идите, поздравьте ее, — парень подталкивает меня к дочери.