Ира Далински – Непокорная для горца. Сломаю твои крылышки (страница 6)
Мой голос ломается.
– А как ты хочешь? – его руки опущены, ладони показательно раскрыты. – Скажи. Я сделаю. Только убери пистолет.
– Не подходи!
– Убери, Ясмин. Ты не выстрелишь.
– Выстрелю!
Он бросается ко мне.
Я не успеваю даже вскрикнуть. Его пальцы впиваются в мои запястья, выворачивают, пытаются разжать. Я сжимаю рукоятку из последних сил, мы боремся, катаемся по полу. Моя спина ударяется о ковёр, потом о ножку кровати. Он тяжело дышит, я кричу. Пистолет дёргается, ствол смотрит то в потолок, то в стену, то в него.
Тамир Сайдулаев никогда и ничего не боялся, но я вижу страх, который он не может спрятать. Вижу любовь, от которой хочется выть.
– Отпусти! – кричит он.
Громкий хлопок.
Выстрел.
Глава 8
– Ты слишком взрослый для меня, – я смеюсь, но во мне уже загорелся интерес.
– А ты слишком дерзкая для девушки с Кавказа, – отвечает Тамир. – Мне это нравится.
Он берёт мой номер телефона и начинается пять лет... издалека.
***
Мы с Алиханом сидим на веранде столичной кофейни. Той самой, где любят собираться все «наши». В отличие от младшего брата, который метит в бизнесмены, я был далёк от подобных сходняков. Предпочитал охоту, скачки, полигон. Но согласился – Алихан редко просил. И открытие его первого эко-отеля было событием не только на Кавказе.
Но внутри я уже скучал. Московский шум, люди, которые пытаются казаться кем-то другим. Девушки стреляют глазами, парни меряются машинами, старшие с важным видом обсуждают бизнес, которого нет. Гости щебетали о своём – кто кого обогнал на новой трассе, чья сестра вышла не за того. Я вертел в пальцах телефон, смотрел на тающий лёд в чашке.
Алихан что-то обсуждал с новыми партнёрами; я слушал вполуха, разглядывая компанию молодёжи за соседним столиком.
Не сразу понял, что именно меня зацепило. Сначала голос – живой, эмоциональный, спорит с парнем напротив. Потом жесты, как она откидывает волосы. Потом лицо.
Маленькое, острое, с карими глазами, которые горят. Губы с сочным бархатным красным – не оторваться. Волосы длинные, волнистые, смешно подпрыгивают, когда она смеётся. По виду сразу: «наша» девочка, с Кавказа. Миленькая. И маленькая. Как колибри.
Она играет в шахматы с тем парнем. Господи, разве остались ещё девушки, умеющие играть в шахматы? Пташка двигает фигуры быстро, уверенно, не задумываясь. Заливисто смеётся, когда партнёр ошибается. Подкалывает без злости, легко, весело. Компания внимательно следит, вставляет комментарии.
– Да ты просто не умеешь проигрывать! – слышу её голос. – Признай, что природный ум не сравнится с клубом по шахматам.
Парень краснеет. Компания ржёт. Я невольно усмехаюсь.
Смелая пташка.
– Ты смотришь на неё больше двух минут. Это можно считать за интерес, – шепнул Алихан, отпивая свой горный чай, рецепт которого сам же придумал. На Родине он пользуется спросом.
– Я не смотрю, – а сам взгляд не отвожу ни на секунду.
– Конечно, – усмехнулся брат.
Я не стал спорить. просто продолжил смотреть. Не могу остановиться. Она такая... живая. Не такая, как эти высокомерные куклы в дорогих шубах, которые хищно стреляют глазами и высматривают парней с тачкой подороже.
Проходили уже. Такой паршивый осадок остался.
А эта пташка настоящая, открытая, весёлая.
Я таких девушек уже вечность не встречал.
Парень напротив сдался, откинулся на спинку стула. Пташка засмеялась, сложила фигуры обратно в коробку.
– Это Ясмин, – раздалось над ухом. Подсел Руслан, знакомый, с которым брат когда-то пересекался по бизнесу. – Дочка кого-то там, профессора, не помню. Наша, горская, но в Москве учится. Говорят, умная, но язык как бритва. Мужиков не боится.
– Вижу, – коротко ответил я, улыбаясь как дурак.
– Смотреть красиво, а подходить не советую. Обрежет так, что мало не покажется. Вон, уже третьего отшила за вечер.
Ясмин. Я попробовал имя на вкус. Оно тёплое, как горный мёд. Как она сама.
Я наблюдал, как она заправляет прядь за ухо, игриво кусает губу, как сводит брови, снова ввязываясь в спор. Интересно, сколько ей? Выглядит юной. Даже неудобно, что привлекает.
Интересно сколько ей лет? Выглядит очень юной. И мне даже неудобно, что она привлекает меня.
Ясмин встает, заходит внутрь кофейни и когда я уже хотел пойти следом, выходит со стеклянным чайником. Компания радостно хлопает, начинает пододвигать чашки.
А она стоит, наливает всем чай. Красный жакет, широкие джинсы, под которыми угадываются аккуратные бедра. Она невысокого роста, но этот переход с тонкой талии верх-вниз
– Ты куда? – удивился Руслан, когда я поднялся.
– Чай остыл. Хочу свежий.
Братан бросил в меня короткий взгляд – всё понял без слов.
Я остановился у их столика. Компания замолчала, уставившись на меня, оглядывая с головы до пят. Ах да. Двадцать девять лет, метр восемьдесят, таскаю железо трижды в неделю, дубайский парфюм, борода и удостоверение опера.
– Можно присесть? – спросил я, глядя прямо на Ясмин.
Она окинула меня быстрым взглядом, поджала губы, как если бы хотела хмыкнуть.
– Мест нет, – сказала она, указав на занятые стулья.
Я оглянулся. Нашёл свободный стул у соседнего столика, взял его без спроса, поставил рядом с ней. Сел.
– Теперь есть.
Она смотрит на меня так, будто я сделал что-то невероятно наглое. И, кажется, ей понравилось.
– Я хочу, чтобы мне дали спокойно посидеть с друзьями.
По компании прошелестел удивлённый вздох. Так со мной никто не разговаривал, конечно.
– А ты смелая.
– А ты наглый.
Я пододвинул стул ближе, игнорируя неловкость остальных.
– Тамир.
– Я поняла, – она откинулась на спинку, скрестила руки на груди. – Тебя и твоего брата здесь каждая собака знает. Стартапер в сфере туризма и ювелирный магнат. Горцы, красавчики. Девушки уши прожужжали.
– А ты не прожужжала?
– Я вообще не жужжу. Я говорю, когда есть что сказать.
Внутри разгорается что-то странное. То ли азарт, то ли интерес, которого я давно не испытывал.
Имя Алихана и правда охватило весь Северный Кавказ с Москвой. Он горит идеей создать на родине отдых, преуспевающий «заграничный». А моё ювелирное дело – это так, к слову, хобби и просто успешно разросшийся проект. Когда начинал, не думал, что будет такой спрос, а сейчас у меня свой цех с работниками и несколько точек по республике.