Иосиф Григулевич – Боги в тропиках. Религиозные культы Антильских островов (страница 24)
Присутствующие стоя приветствуют вошедших. Пастырь проходит к помосту и садится на него, а его помощницы — на скамейку в первом ряду. Одна из них по его знаку подходит к столику, сидя за которым произносит краткую проповедь, весьма примитивную по своему содержанию и форме — о греховности мира. Присутствующие возгласами, причитаниями, стонами подкрепляют аргументацию проповедницы. Затем ее сменяет руководитель, читающий одну из глав Библии, чаще всего из Ветхого завета. Участники моления его также подбадривают возгласами: «Иисус, спаси нас!», «Гетсамане!» и им подобными.
Вслед за этим руководимые тем же главарем секты присутствующие поют религиозные гимны. Печатных текстов гимнов не существует, да если бы они и существовали, то большинство из присутствующих, будучи неграмотными, не смогло бы ими воспользоваться. Поются гимны так: руководитель секты произносит слова гимна, верующие повторяют за ним. Следует перерыв, во время которого одна из помощниц собирает пожертвования. Как правило, сбор дает ничтожную сумму.
Английский плантатор на Ямайке
Второе отделение начинается с публичной исповеди одного из присутствующих. Исповедующийся подходит к столику и рассказывает, каким он был раньше грешником и как он с божьей помощью исправился. Его исповедь комментирует руководитель. Он пересказывает ее, драматизируя отдельные моменты, с тем чтобы вызвать сочувствие или негодование слушателей.
Служба кончается пением гимнов и коллективным чтением молитв.
Кульминационным моментом религиозной службы в покомании считается церемония посвящения, ибо только посвящаемый удостаивается чести войти в непосредственный контакт с богом, стать его вместилищем, «обрести дух». Посвящаемые являются в молельню в обычной одежде, но с белой или синей повязкой на голове. Скамьи сдвигаются таким образом, что образуют в центре круг, в который становятся посвящаемые. По сигналу руководителя они начинают с нарастающей быстротой шаркать ногами и ритмично «хрюкать». Все это продолжается около 45 минут, когда, подогретые хлопками и резкими и пронзительными выкриками присутствующих, посвященные впадают в транс и начинает «говорить на языках» — выкрикивать бессвязные слова и выражения. Во время транса посвящаемый обильно потеет, зрачки его расширяются, он становится нечувствителен к боли. «Их вид, — говорит исследователь, присутствовавший на одной из таких инициаций, — производит впечатление, что они находятся в состоянии самогипноза».
В покомании практикуется также обряд хлебопреломления (причащения) и крещения, которому, как и у баптистов, подвергается взрослый последователь культа. Этим обрядам предшествует трехдневный пост. Обряд крещения совершается в воскресенье рано утром на берегу моря или у ближайшего ручья.
Чем же привлекает покомания народные низы? По-видимому, тем, что это чисто негритянская секта, руководители которой выходят из среды самих верующих, что она «дешевая» — принадлежность к ней требует самых незначительных расходов, что в ней наличествуют африканские элементы. «Для простых людей, — пишет исследователь Фернандо Энрикес, — покомания часто представляет почти поэтическое, возвышенное чувство, которое отсутствует в их повседневной жизни. Для живущих в нищете крестьян и городских рабочих несколько часов, проведенных в молельне, делают их частью могущественного духовного мира, в котором не имеет никакого значения их бедственное материальное состояние».{71}
Другой весьма характерной для условий Ямайки негритянской сектой является Африканская реформированная церковь, последователи которой называют себя растафаритами или сокращенно ристами. Эта секта возникла в 30-х годах этого столетия после провозглашения императором Эфиопии раса (князя) Тафари Меконнена, принявшего после коронования имя Хайле Селасие. Это событие дало повод некоторым негритянским проповедникам утверждать со ссылками на Библию, где упоминается Эфиопия, что настало время освобождения черного человека от гнета белого, которое осуществит негус, провозглашенный ими Мессией. Нападение Италии на Эфиопию в 1935 г. вызвало большие симпатии к этой стране среди негритянского населения Ямайки и привлекло многих в секту растафаритов.
Растафариты называют себя эфиопами, отпускают бороду, отказываются от сотрудничества с местными властями, уплаты налогов, посещения школ и т. п. Они сторонники возвращения негров в Африку, за что в течение многих лет агитировал поселившийся в Соединенных Штатах известный негритянский лидер Маркус Гарвей, ямайканец по рождению. Следует отметить, что после провозглашения независимости прах Маркуса Гарвея был перевезен из США на Ямайку и торжественно захоронен в Кингстоне.
Растафаристская секта отражает идеи негритянского расизма, исключительности негритянских народов и их превосходства над белыми. Она принадлежит к типу так называемых эфиопских церквей, которые стали возникать в Южной Африке в конце XIX в. и получили некоторое распространение в других районах. Исследователь эфиопских сект Б. Сюндклер отмечает, что их программа «характеризуется амбивалентностью, двойственностью: с одной стороны, она включает лозунг „Африка для африканцев“ и представляет реакцию против проводимой белыми миссиями политики главенства над африканскими народами; с другой стороны, их церковная организация и интерпретация Библии в большей своей части скопирована, заимствована у миссионерских протестантских церквей, от которых они отпали, хотя и модифицированы на африканский лад».{72}
Однако к какой бы секте ямайканец ни принадлежал, какому бы богу ни поклонялся, он продолжает верить в силу темных чар, коварных духов — оби и в могущество обиамена — мага и колдуна, которому оби подчинены и повинуются. Веру в колдовство предки жителей Ямайки привезли с собой из Африки, обиамен — это африканский шаман, перекочевавший на Ямайку. Кто мог утешить в период рабства негра-раба, кто мог исцелить его от болезней, кто мог защитить его от многочисленных недругов и напастей, подстерегавших его на каждом шагу, как не его соплеменник, советчик и исповедник — обиамен, знавший все тайны потустороннего мира, умевший по следам прошлого предсказать будущее, а главное — знавший, как и чем укротить и умилостивить оби, напускавших на людей болезни и всякие другие несчастья.
Английский парламентский комитет, проводивший обследование Ямайки, отмечал в 1789 г. в своем отчете: «Негры вообще, будь то африканцы или креолы[15], почитают, боятся и пользуются услугами колдунов. Преисполненные самой глубокой веры, они обращаются к этим оракулам в надежде исцелиться от болезней, отомстить обидчикам и врагам, обнаружить и наказать вора или неверную жену, предсказать будущее или заручиться их благоволением». С того времени влияние обиаменов отнюдь не уменьшилось.
Английские власти боялись и преследовали колдунов, которые принимали активное участие в восстании рабов, часто становились их вожаками, но вытравить веру в колдовство среди неграмотного, лишенного школ и медицинского обслуживания населения англичанам не удалось.
Обиамен готовит талисманы и любовные фильтры из крови и перьев птиц, клюва попугая, зубов собаки и аллигатора, осколков бутылки, могильной земли, рома и яичной скорлупы. Но он не ограничивается этим. Деятельность современного обиамена, пишет Ф. Энрикес, представляет собой смесь из искаженных западноафриканских колдовских приемов и элементов протестантского богословия и астрологии. Теперь обиамен пользуется соответствующей справочной литературой, куда входит Библия, труды известного европейского «специалиста» по колдовству Альберта Магнуса, изданные, как правило, в Соединенных Штатах, трактаты по астрологии американского шарлатана Де Лауренса.
Духовный мир ямайканца сложен и противоречив. Африканские реминисценции борются в нем с христианскими идеями и взглядами, навязанные ему колонизаторами. Об этом образно сказал ямайканский поэт Клод Мак-Кэй:
Тринидадский хоровод богов
Когда идешь по Порт-оф-Спейну, столице Тринидада, пишет посетивший этот остров советский журналист Виталий Кобыш, кажется, что совершаешь кругосветное путешествие: это и Англия, и Индия, и Китай. Буддийские храмы и католические соборы, протестантские церкви и пагоды, мечети и синагоги живут в тесном соседстве. И все вместе — это Тринидад, земля, не похожая ни на какую другую.{74}
Тринидад вместе с Тобаго образуют с августа 1962 г. независимое государство. Оно расположено близ устья могучей реки Ориноко, напротив венесуэльского побережья, от которого их отделяют два узких пролива шириной в 25 км с романтическими названиями Пасть дракона (Бока дель Драгон) и Пасть змия (Бока де ла Сьерпе). Оба острова были открыты Колумбом в 1498 г. во время его третьего путешествия в Вест-Индию.
Индейское население Тринидада было истреблено конкистадорами, после чего испанцы стали ввозить на остров индейцев из Венесуэлы и негров-рабов. Обращением индейцев в христианство на острове ведали каталонские монахи-капуцины. В начале XVIII в. у них было на Тринидаде десять миссий. С их «помощью» новое индейское население острова постигла участь его коренных обитателей: оно вымерло или погибло от изнурительного труда на плантациях.