Иосиф Гольман – Страхи, неврозы и радости подростков (страница 3)

Наша же задача – дать им возможность увидеть и попробовать максимально много. И, желательно, в разных областях.

В итоге младшая отдала семь лет школьному театру, так и не став каким-то образом относящейся к театральному миру. Но это категорически не значит, что она семь лет потратила впустую. Ее сегодняшняя жизнь, очень далекая от театра, все равно несет на себе светлый и полезный отпечаток того времени и тех занятий.

То же касается и старшей дочери, отдавшей музыке почти десятилетие. Она не стала профессиональным музыкантом. Но получила замечательную «отдушину» в нашем не всегда ласковом мире. И, кстати, притянула к этой живительной струе и меня. Раньше я, кроме рока, ничего не слышал. Да и тем увлекался, как все. С дочкиной помощью я сначала проникся джазом, а потом и классической музыкой. Так что процесс воспитания всегда идет в обе стороны.

Вот к театру они меня так и не приучили, несмотря на то что жена – страстная театралка, да и дети любят. Мне до сих пор кажется, что для меня это слишком медленное и декларативное искусство. Хотя, наверное, это совсем не так.

Однако в нашей семье у каждого есть свобода выбора.

Даже у меня.

Общий подход читатели, наверное, уже поняли.

Постараться показать детям окружающий мир и возможности по максимуму. Без каких-либо авансов и обещаний с обеих сторон.

При этом допустимы определенные просьбы к детям, в том числе – настойчивые.

Например, чтобы их учеба не доставляла никому, кроме них, особых проблем.

Вообще, «Правила игры» обязательно должны быть понятно сформулированы и обсуждены. Они могут меняться, но только после обсуждения, и никогда – задним числом.

Об этом подробнее прочтете в «мемуарах» детей.

…Еще меня всегда смешит вопрос, можно ли манипулировать ребенком.

Конечно, можно.

Если у вас получится.

Потому что все мы друг другом манипулируем, добиваясь своих целей. И они вами – тоже.

Другими словами, на мой взгляд, очень важно, чтобы в семье была не «приказывающая» и «подчиняющаяся» сторона, а «высокие договаривающиеся стороны», как в международных переговорах.

Только, в отличие от дипломатии, здесь эти стороны еще и сильно любят друг друга. Что, кроме теплых чувств, иногда может вызывать и обиды, гораздо более глубокие, чем между чужими людьми.

Приведу пример с сыном (не про обиды, а про «переговоры»).

Мне очень хотелось, чтобы он получил, как и я, добротное математическое и техническое образование. Я объяснял ему, почему. Вообще, всегда все свои просьбы нужно максимально сильно аргументировать. Причем «Я – взрослый, а ты – нет» аргументом ни в малой степени не является.

Здесь, как и в вышеупомянутой большой дипломатии, каждый должен уметь отстаивать свои интересы. Просто на долю взрослого, более опытного человека еще ложится задача уметь понятно объяснить. Привыкнешь ребенка «ломать» – он так и проживет свою жизнь, сломанный.

Так вот, возвращаемся к примеру с образованием сына. Я аргументировал словами одного литературного героя из моей же повести.

Тот, серьезный бизнесмен, сформулировал это примерно так: «Я из любого хорошего инженера смогу сделать успешного спекулянта. А вот наоборот – не получится».

Если бы сын сказал, что хочет в гуманитарии, либо ему бы тяжело давалось математика – я бы не был против других вариантов.

Однако Ефим не стал возражать. Десять лет физматшколы, пять – соответствующего вуза. Принес мне диплом, улыбнулся и пошел дальше своим путем.

Оба довольны.

Я знаю, что у меня умный сын, с развитым мозгом. И он, с таким когнитивным обеспечением, может действительно заниматься, чем захочет.

Итак, подводим итоги: главная задача родителей, на мой взгляд, – без насилия договориться о «Правилах игры», включающих в себя и этические нормы. А потом дать детям возможность познать окружающий мир и почувствовать свое призвание.

1. «Правила игры» в семье совершенно необходимы. Четкие и предельно понятные. Иначе во многих ситуациях неясно, кто прав, а кто нет. Говорят ведь, «дьявол – в деталях». А конфликты – в непонятном.

2. Создавать «Правила» надо вместе, внимательно прислушиваясь к аргументам и возражениям детей. Как и любые правила, они сильно уменьшат количество «непоняток», разночтений и в итоге – ссор и размолвок.

3. Можно ли менять «Правила игры»? Можно. Меняется жизнь – меняются правила. Но только после совместного обсуждения и никогда – задним числом.

4. Чем еще хороши «Правила» – если они что-то запрещают ребенку, то это «Правила» запрещают, а не вы.

5. Очень неплохо сделать «Правила» письменными, с подписями участников соглашения, «высоких договаривающихся сторон».

6. У нас в семье оказался полезным такой прием определения наказания за какой-нибудь «косяк»: мы предлагали ребенку (подростку) самому его определить для своего будущего ребенка в аналогичной ситуации.

7. Не расстраиваемся, когда ребенок изъявил горячее желание играть на фортепьяно, вы год таскали его в «музыкалку», в кредит купили приличный инструмент, а потом он сказал – «Надоело!»

Это как раз нормально. Ведь ваша задача – не музыканта из ребенка сделать, а обеспечить ему возможность попробовать максимум вариантов развития.

Лучше пусть будет перебор «ненужного», чем пропуск нужного.

8. Развитие ребенка нужно делать максимально гармоничным. Если он увлекся шахматами, крайне желательно «подбросить» ему что-нибудь для ног и рук. Мозг, конечно, суперважен, но без тела он работал только у профессора Доуэля из фантастического романа Александра Беляева. Аналогично, если дитя – технарь, то пробуйте «угостить» его и искусством, и хорошей книгой, и просто научить чувствовать вкус красоты. Это очень помогает жить, даже не становясь ни в коей мере профессией.

Глава 1.2. «Мемуары достаточно успешного человека, или Когда мама нормальная, а папа – психолог». Елизавета Гольман

На этот вопрос можно ответить примерно в двух словах. А точнее – в одном. Не воспитывали. Как видите, при моем воспитании даже частица «не» не считается за слово.

Я помню себя примерно лет с пяти. Некоторые отрезки времени сильно врезались в память. Сейчас понимаю, что в основном касающиеся тех событий, когда я точно должна была бы огрести, но почему-то не огребла.

Например, однажды я фигурно изрезала свою новую юбку. Красивая была, зеленая с цветами.

А однажды изрезала мамину свадебную фату – срочно нужно было платье для куклы.

Еще помню, как нечаянно уронила младшего брата с качелей. Ужасное событие, было очень страшно, но и тогда меня не ругали.

Правда, через несколько дней, когда брата с зашитой губой и переломанным ухом поили какао, папа пошутил, что Фима вырастет и мне отомстит.

Я еще несколько лет его побаивалась и пыталась понять: помнит – не помнит.

Фима вообще довольно сильно пострадал. На его месте я бы точно стала женоненавистницей.

В моем раннем детстве мы сначала жили все вместе, в единственной маленькой комнате: мама, папа и мы втроем. Причем тесно не казалось. Наоборот, было очень даже весело. Полкомнаты занимала огромная родительская кровать, на которой днем мы отчаянно прыгали и кувыркались. На ней же происходили и «полежалки», когда папа рассказывал нам сказки, придуманные им на ходу.

Помню, однажды мы записывали на диктофон сказку, которую придумывали по очереди. Мне еще много лет припоминали ту дребедень, которую я несла, лишь бы не пропустить свою очередь.

Еще помню, что папа постоянно сидел на кровати или в кресле, с «дипломатом» на коленках. Как сейчас понимаю – писал диссертацию под наши крики.

Когда он работает, он ничего не слышит, поэтому совсем нам не мешал.

Была у нас еще маленькая кухня, которая также маленькой совсем не казалась. К нам часто приходили многочисленные гости с гитарами и стихами. Однажды я насчитала 14 человек. Все каким-то странным образом умещались, только зимняя одежда не влезала в квартиру, и ее всегда относили к соседям. Мы любили гостей, потому что можно было не спать, сколько хочешь. А еще родительские подруги красили нас с сестрой своей помадой и тушью. Это было круто.

Потом, когда родители получили новую квартиру, мы со старшей сестрой Линой жили в одной комнате, и это отдельная травма, о которой я расскажу миру позже.

Брат жил в своей комнатушке, которую ему выгородили из коридора. Ему всегда было грустно, и он приходил к нам нудеть. Нудит он профессионально с детства, уже лет в пять он был больше похож на деда, ругающего власть, чем на милого ребенка. Так вот, он приходил, нудел, а мы с Линкой брали его за руки и за ноги и выкидывали из комнаты, прямо на крючки вешалки в прихожей. Бедненький мой!

Как-то раз я взяла у Фимы его честно полученные карманные деньги (нас приучали к рациональным тратам с самого детства), мы с сестрой пошли за мороженым, благополучно все съели, но денежки брату не вернули, а он забыл. Не могу, кстати, сказать, что и сейчас меня мучает совесть. Но Фиму очень люблю.

Но зато я точно знаю, что Фима очень хороший, добрый человек.

Как я это поняла? Он со мной до сих пор общается. И даже иногда дает поцеловать его в щечку.

Будучи единственным братом сначала двух, а потом и трех сестер, он был вынужден делать все мужские дела для всей семьи. Папа наш не слишком трудолюбив и все домашние дела умело игнорирует на 100%. Поэтому Фима всегда таскал сумки, переносил чемоданы и что-нибудь чинил.