Настоящий миг.
Жизнь только им ценна и глубока.
Тому порукою?..
Моя рука.
Что плохого в том, девушки,
Если наша владычица
Обладателю замка
Окажет доверие?
Мы – невольницы, пленницы
С того самого времени,
Как разрушили Трою
И мы стали бездомными.
Отнят выбор у женщин.
Их не принято спрашивать,
И былые поклонники
Только копят им опытность.
Пастухам златокудрым ли
Или фавнам щетинистым
Отдаваться приходится
Сообразно случайности.
Все тесней прижимаются,
Прислонившись друг к другу,
И сближают колени,
И хватаются за руки,
Широко перевесившись
Над подушками трона.
Для царей посторонние
Словно место пустое,
И при нас они нежатся,
Как на тайном свидании.
Я – далеко и близко вместе с тем,
И мне легко остаться тут совсем.
Дышу едва, забывшись, как во сне,
И все слова претят и чужды мне.
На склоне дней я как бы родилась,
В любви твоей всецело растворясь.
Не умствуй о любви. Какой в том толк?
Живи. Хоть миг живи. Жить – это долг.
Что за ветреное племя!
Вздором забивая темя,
Нежничать теперь не время
И твердить любви букварь.
Этих грозных труб раскаты
Гибелью для вас чреваты,
К замку подступает царь.
Войску нет конца и края,
Но и ты на Менелая
Силой дружною ударь.
За участье к человеку
Будешь превращен в калеку
Ты, как раньше Деифоб.
Этих вздернут по ранжиру,
А царице под секирой
Уготован свежий гроб.
Опять помеха! Не люблю вмешательства,
Оправданного даже и опасностью.
Гонца-красавца портит весть недобрая,
А ты уже и без того уродина.
На этот раз не беспокой нас попусту,
Действительной угрозы и в помине нет,
А если есть, мы тоже подготовлены
И даром не дадим себя запугивать.
Вот кто от бед тебя укроет.
Здесь что ни воин, то герой.
Лишь тот вниманья женщин стоит,
