Наставлял я рыболова
В обращении с лесою
Иль искусного портного
Обучал шитью да крою?
Так чего же вы со мною
В том тягаться захотели,
Что природою самою
Мне раскрыто с колыбели?
Напирайте без стесненья,
Если сила в вас клокочет.
Но, судя мои творенья,
Знайте: так художник хочет!
Душевный покой странника
С подлостью не справиться,
Воздержись от жалоб.
Подлость не подавится,
Как ни клеветала б.
И с плохим задешево
Прибыль ей подвалит,
А зато хорошего
Так она и жалит.
Путник! Даже не сердясь,
Плюнь! Забудь о вздоре!
Все, как высохшую грязь,
Ветер сдунет вскоре.
«Не проси о том, что в мире…»
Не проси о том, что в мире
Мы, хоть ищем, не обрящем.
Мир и вкось и вкривь шагает,
Но не вровень с настоящим.
Ни желаньем, ни стараньем
Жизнь догнать, хромец, не может.
То, о чем мечтал ты юный,
Старцу он тебе предложит.
«Хоть самохвальство – грех немалый…»
Хоть самохвальство – грех немалый,
Творя добро, кто не был грешен в том?
Да, он нескромен, он хвастун, пожалуй,
Но доброе останется добром.
Глупцы! Не отравляйте радость
Того, кто мнит, что он мудрец.
Он глуп, как вы, но пусть узнает сладость
Пустой хвалы пустых сердец.
«Мнишь ты, в ухо изо рта…»
Мнишь ты, в ухо изо рта —
Самый правильный прием?
Пересказ – ты, простота! —
Тоже может стать враньем.
Будь в суждениях силен!
Цепи веры ведь не шутка,
Рвут их силою рассудка,
А тобой отвергнут он.
«Тот французит, тот британит…»
Тот французит, тот британит,
Итальянит иль немечит,
Но в одном все люди схожи:
Себялюбье всех калечит.
Ведь нельзя искать признанья
Будь то многих, одного ли,
Если в двух шагах не видно,
Чем мы ценны в нашей роли.
Пусть со временем хороший
Будет славен вдвое, втрое,
Но теперь, сейчас, сегодня
Надо выдвинуть плохое. 
