реклама
Бургер менюБургер меню

Иоганн Гёте – Новая любовь, новая жизнь (страница 40)

18
        Каждый почтарь – господин,                                              каждый таможенник – царь. «Да, но казалося мне – ты блаженствуешь,                                                         словно Ринальдо!         Я не пойму! Ты ведь сам противоречишь себе». Мне-то все ясно зато: в дороге – одно только тело,         Дух мой покоится там, возле любимой моей. 4 Край, что сейчас я покинул, – Италия: пыль еще                                                                  вьется,         Путник, куда ни ступи, будет обсчитан везде. Будешь напрасно искать ты хоть где-то немецкую                                                                честность:         Жизнь хоть ключом и кипит, нету порядка                                                               ни в чем. Каждый здесь сам за себя, все не верят другим,                                                              все спесивы,         Да и правитель любой думает лишь о себе. Чудо-страна! Но увы! Фаустины уж здесь не нашел я…         С болью покинул я край – но не Италию, нет! 5 Раз по Большому каналу я плыл, растянувшись в гондоле;         Много груженых судов там на причале стоит, Есть там любые товары, здесь все, что захочешь,                                                                         найдется:         Овощи, вина, зерно, веток вязанки сухих. Меж кораблей неслись мы стрелой. Вдруг веточка                                                                   лавра         В щеку мне больно впилась. «Дафна, за что? —                                                                     я вскричал. — Ждал я награды иной!» Но шепнула мне нимфа                                                                 с улыбкой:         «Легки поэтов грехи – легки и кары. Греши!» 6 Встречу ль паломника я – и нет сил от слез                                                            удержаться:         Сколько блаженства порой нам заблужденье дает! 7 Милая, жизни дороже, была со мною когда-то.         Больше со мной ее нет. Молча утрату сноси! 8 Эту гондолу сравню с колыбелью, качаемой мерно,         Делает низкий навес лодку похожей на гроб. Истинно так! По Большому каналу от люльки до гроба         Мы без забот через жизнь, мерно качаясь,                                                                 скользим. 9 Дож и нунций у нас на глазах выступают так важно, —         Бога хоронят они; дож налагает печать. Что себе думает дож, не знаю, но знаю, что нунций,         Пышный справляя обряд, втайне смеется над ним. 10 Что суетится народ, что кричит? – Прокормиться он                                                                        хочет,         Вырастить хочет детей, как-нибудь их прокормить. Путник, ты это приметь и дома тем же займися:         Как ни крутись, а никто дальше того не пошел. 11 Ох, как трезвонят попы! И на звон их усердный                                                                приходят         Все, лишь бы в церкви опять нынче болтать,                                                                         как вчера. Нет, не браните попов: они знают, что надобно людям.         Счастлив, кто сможет болтать завтра, как нынче                                                                         болтал.