Любителя на сцене сочиненье,
Любители здесь будут и играть.
Я ухожу – прошу в том извиненья:
Я сам любитель – занавес поднять.
На Блоксберге такие представленья
Как раз у места, без сомненья.
Сцена двадцать вторая
Сон в вальпургиеву ночь,
Или золотая свадьба Оберона и Титании
Интермедия.
Дам я, Мидинга сыны,
Отдых вам и смену.
Холм и поле здесь должны
Заменить нам сцену.
Ах, для свадьбы золотой –
Пятьдесят лет дата,
Но и мир между четой
Драгоценней злата!
Пусть сегодня духов рой
Верность мне покажет:
В этот час меня с женой
Дружба снова свяжет.
Пук идет, вертясь, крутясь,
В такт ногой ступая;
Духов рой за ним, смеясь,
Мчится припевая.
Много знает Ариэль
Песенок чудесных;
Много рож пленяет трель,
Много лиц прелестных.
Чтобы в мире муж с женой
Жили, мы – наука;
Чтобы дружной быть четой,
Нам нужна разлука.
Зла жена, ворчун супруг, –
Надо разлучиться!
Пусть жена спешит на юг,
Муж на север мчится.
Мухи, мошки и жучки,
Разные таланты,
И лягушки, и сверчки –
Вот и музыканты!
Вон волынка там гудит,
А пузырь-то мыльный;
Толстый нос жужжит, сопит,
Мелет вздор обильный.
Жаба, ноги паука
И, как прибавленье,
Крылья: нет еще зверька,
Есть стихотворенье.
Краток шаг, высок прыжок
По траве росистой…
Ходишь ты, но ты б не мог
Взвиться в воздух чистый.
Маска ль это? Кто бы мог
Верить? Что за чудо!
Оберон, прекрасный бог,
Ты пришел откуда?
Нет рогов и нет когтей,
Но причислен нами
Все ж и он к числу чертей
С древними богами.
Схвачу один я здесь кругом
Эскизы, я уверен;
Зато в Италию потом
Уехать я намерен. 
