Иоганн Гёте – Фауст (страница 104)

Ужели ж это все пойдет как деньги в ход? Все купишь, чтобы всласть наполнить свой живот. И замок я куплю, и поле? Без сомненья! Увидеть бы тебя хозяином именья! Ура! Владелец я поместий с этих пор!

(Уходит.)

Вот, право, шут как шут! Ну он ли не остер?

Мрачная галерея

Зачем меня ты в катакомбы эти Зазвал? Иль мало случаев у нас Там, во дворце, в придворном пестром свете Для плутовства, и шуток, и проказ? Не говори! Я знаю: это дело Тебе давным-давно уж надоело; Теперь же ты лишь хочешь избежать Ответ мне дать прямой! И так без меры Придворные, пажи и камергеры Меня терзают, не дают дышать. Знай: государь желает, чтоб на сцену Мы вызвали Париса и Елену. В их образах он видеть пожелал И женщины и мужа идеал. Поторопись: нельзя нарушить слова. Не нужно было обещать пустого. Ты сам таких не ожидал Плодов своих же ухищрений? Когда богатства им ты дал, Теперь давай увеселений! Ты думаешь, что так всего сейчас Достигнешь ты? Крутые здесь ступени, Здесь ты коснешься чуждых нам владений, Преступно в новый долг впадешь как раз! Елену вызвать – нужно тут отваги Поболее, чем вызвать на бумаге Богатства призрак. Сколько хочешь вам Я карликов, чертей, видений дам; Но дьявола красотки – хоть, признаться, Неплохи – в героини не годятся. Ну вот – опять запел на старый лад! С тобой – все неизвестность, все сомненье, Во всем ты порождаешь затрудненье, За все желаешь новых ты наград! Когда ж захочешь, так без разговора: Раз-два, глядишь – и все готово скоро! Язычникам особый отдан ад, Его дела не мне принадлежат. Но средство есть. Скажи: я изнываю От нетерпенья! Неохотно я Великую ту тайну открываю. Знай: есть богинь высокая семья, Живущих вечно средь уединенья, Вне времени и места. Без смущенья О них нельзя мне говорить. Пойми ж: То Матери! Что? Матери? Дрожишь? Как странно! Матери, ты говоришь… Да, Матери! Они вам незнакомы, Их называем сами нелегко мы. Их вечное жилище – глубина. Нам нужно их – тут не моя вина. Где путь к ним?