Инна Стужева – Запретная. Не остановить (страница 49)
— Не холодно? Если хочешь, я дам тебе свою толстовку.
— Нет, не надо, — мотаю я головой.
Конечно же я мечтаю походить в его вещи, особенно если она будет согрета его теплом, но я боюсь, что он сам может тогда замерзнуть. Поэтому я отказываюсь, а Гордей не настаивает ни на чем.
— Рассвет у нас через час, — раздается рядом с нами голос вездесущего инструктора. — И поверьте, красивее зрелища вы еще не видели.
— Я видел, — произносит Гордей очень тихо, практически неуловимо.
И я не понимаю, что он имеет в виду, пока на ухо не прилетает невесомое.
— Тебя.
А может, это просто плод моего воспаленного воображения.
Я вновь возвращаюсь к созерцанию и уверенному утверждению гида.
Разве может быть еще красивее? Думаю я про себя. Но совсем скоро понимаю, что да, еще как может.
Гордей отпускает меня для того, чтобы запустить квадрокоптер, который оказывается он захватил с собой. Вокруг нас сразу же собирается большая шумная компания.
Едва коптер поднимается в небо все кричат и машут, смеясь и перекрикивая друг друга.
Ну а потом солнце начинает подниматься над горизонтом, расчерчивая небо розово-золотистыми бликами и настолько красиво подсвечивая горные вершины, что захватывает дух. Я всем существом чувствую, как сама начинаю наполняться обволакивающим тело мягким согревающим теплом.
— Красиво? Нравится тебе? — спрашивает у меня Гордей и я шепчу, что очень, необыкновенно, просто волшебно прекрасно.
Он переплетает наши пальцы и так мы стоим, наблюдаем за восходом солнца, щуримся, и греемся в его ласковых лучах.
— Идеально, чтобы загадать желание, — говорит Гордей.
— Да?
— Да. Здесь, стоя на вершине, — кивает он. — Желания, загаданные в местах, подобных этому, обычно очень быстро сбываются. Подумай хорошенько.
— Ты проверял? — спрашиваю я, уже зная, что именно я хочу получить. Точнее, не что, а кого. Его. Конечно же его, разве может быть иначе, если в мыслях с утра и до вечера только он один?
— Ммм, да, — говорит Гордей и меня разбирает любопытство.
— И что ты загадывал, если не секрет?
— Разное. Не все сбылось, но… кое-что. Подумай.
— Мне не надо думать, я и так знаю, чего я хочу, — говорю я и прошу у неба, чтобы Гордей сильно, очень сильно меня любил.
А потом подаюсь к нему и обнимаю, хоть и обещала себе приглушить рвущийся из меня огонь и не выказывать так явно своих чувств.
Утыкаюсь носом в его толстовку и замираю.
— Хочу, чтобы ты меня поцеловал, — произношу очень тихо, не уверенная, что он услышит. А если и услышит, то все равно обязательно мне откажет.
— Это и есть твое желание? — усмехается он.
— Почти. Одно из. Но если не хочешь, можешь не целовать. Я пойму. Извини, непроизвольно вырвалось. Совсем не обязательно, если тебе не хочется…
Он приподнимает мое лицо за подбородок, склоняется и в следующий момент его губы стремительно накрывают мои.
Путь назад я запоминаю плохо. Мысли путаются.
Понимаю только два очевидных факта. Первый. Гордей ведет меня за руку, а значит, я не потеряюсь и не упаду. Он рядом, значит, все со мной будет хорошо.
И второй. Губы пылают и горят огненным огнем, потому что мы долго и с увлечением целовались.
Он целовал меня. Целовал, пока солнце поднималось над горизонтом.
Целовал, несмотря на то, что отрицал нашу душевную связь. А потом все же натянул на меня свою толстовку.
Не знаю, отдавал ли он отчет, или это получалось непроизвольно. Но… Он… как бы… он действительно давал понять остальным, что теперь я с ним.
Многие видели, просто не могли не заметить и теперь некоторые из девчонок косятся на меня с любопытством или осуждением. Парни тоже посматривают время от времени, но стараются, чтобы выглядело неявно, тут же отводят глаза. Надеюсь, они не решат, что я пошла бы на это с любым.
В джип, который везет нас обратно, Гордей садится на заднее сиденье рядом со мной и предлагает мне подремать на его плече.
Разумеется, я соглашаюсь, уставшая и окончательно запутавшаяся в том, что между нами происходит.
Наслаждаюсь его близостью, и ни о чем другом стараюсь просто не думать.
На его плече, в его объятиях, мне очень уютно, хорошо и тепло. И даже слов никаких не нужно, мне просто очень комфортно и почти сразу же я начинаю клевать носом.
А когда мы приезжаем в отель, Гордей вдруг предлагает мне переночевать у него.
— Я хочу, — тут же соглашаюсь я и он ведет меня по направлению к своему номеру.
— Только… мне очень хочется спать, — неуверенно признаюсь я.
Уже окончательно рассвело, но в сон после активной ночи и поездки в джипе тянет неимоверно.
— Обещаю к тебе не приставать.
— Можешь приставать, только я навряд ли смогу ответить тебе с особенным пылом.
— Мы просто ляжем спать, не волнуйся, — говорит он.
— Мне необходимо в душ.
— Мне тоже, но я уступлю, и ты пойдешь первая.
Я быстро принимаю душ, а пока Гордей сменяет меня в ванной комнате, укладываюсь в кровать и сворачиваюсь калачиком на самом уголке.
Когда чувствую за спиной движение, сердце начинает колотиться чаще и сильнее. Матрас слегка прогибается, а потом Гордей придвигает ближе к себе и обнимает.
— Спокойной ночи, Бельчонок, — шепчет он, и я чувствую на своих волосах несколько коротких поцелуев.
— Спокойной ночи, — бормочу я, счастливо вздыхая, потому что вдруг осознаю, как только я проснусь, я снова увижу его.
Глава 30 Моя, только моя…
Выхожу из душа, подгребаю к кровати и замираю так на несколько секунд. Ничего больше не делаю. Просто смотрю на Арину, свернувшуюся калачиком на самом краю спиной ко мне, и пытаюсь затолкать внутрь рвущиеся из меня желания.
Их очень много, они с трудом умещаются как в башке, так и в горящем от жара теле. В данную секунду из всех моих хотелок преобладает только одно. Стянуть с нее, нахрен, всю одежду, подмять под себя, и входить долго, глубоко и жадно. Снова присваивать, забирать ее себе.
Хочу ее каждую долбаную секунду.