Инна Инфинити – Я тебя спасу (страница 28)

— Она не была бомжихой, — поправляю. — У нее не было документов. Это не значит, что она бездомная.

— Ну не суть. Короче, следователь мне по поводу нее названивает.

— Что он хочет?

— Предъявляет претензии, почему выписали девушку без его ведома, спрашивает, куда она пошла. Он ищет ее и не может найти.

— Я выписал девушку, поскольку вы от меня этого требовали, боясь, что в стенах больницы на нее будет совершено новое покушение. А куда она пошла из больницы, я понятия не имею.

— Ну я примерно так ему и ответил. Ну, кроме того, что мы опасались на бомжиху нового покушения у нас.

— Она не бомжиха, — громко поправляю.

— Да какая разница? Что ты цепляешься к словам? — злится. — Короче, он ее ищет.

— Ну пусть ищет, при чем тут мы?

— Я тоже не понимаю, при чем тут мы и что он от нас хочет. Ну его основная претензия в том, что выписали ее, а ему не сказали.

— А должны были отчитаться? Я сегодня трех человек выписываю, мне ему доложить?

— Евгений Борисыч, ну ты же сам все понимаешь.

Мне порядком надоел этот бессмысленный разговор.

— Что от меня сейчас требуется? — устало спрашиваю.

— Да ничего. Просто хотел сказать, что надо было предупредить следака о выписке девушки.

Девушки! Неужели он сказал «девушка», а не «бомжиха»!

— Надо было. В следующий раз буду иметь в виду.

— Надеюсь, следующего такого раза не будет, — хохочет.

От начальника я выхожу очень загруженным. Следак не нравится мне от слова совсем. Что он прицепился, как банный лист? Ну выписал я Анжелику и не сказал ему, чего он бьется в истерике который день? Как будто от того, что он позвонит всему моему начальству, я вдруг назову ему адрес ее местоположения.

Глава 28. Моя девочка

Женя

Домой возвращаюсь в шесть. Лечу на всех парах к Анжелике. Когда остается пара километров, нажимаю на газ активнее, нарушая допустимый скоростной режим. Но я ничего не могу с собой поделать. Меня тянет к Лике. Чем ближе дом, тем сильнее предвкушение предстоящей долгожданной встречи. Поворот, триста метров прямо, еще один поворот, наконец-то последний, двести метров прямо, заезд во двор через шлагбаум — почему он так медленно открывается? — ворота подземного паркинга, спуск вниз…

У меня подрагивают пальцы, которыми я кручу руль. Сердце то и дело ускоряется. До лифта я мчу бегом, ругая себя за то, что купил машиноместо слишком далеко от него. А еще надо ждать, когда спустится с последнего двадцать пятого этажа. Металлическая кабинка слишком долго ползет вниз, то и дело останавливаясь на этажах, чем вызывает во мне бурю негодования. Наплевав на лифт, скрываюсь за дверью на лестницу и мчу по ней вверх.

Точно надо бросать курить. В районе шестого этажа дыхание начинает сбиваться. На десятом легкие горят огнем. На свой тринадцатый я взбегаю, задыхаясь. Падаю лбом на дверь, достаю из кармана ключи и из последних сил поворачиваю замок. Переступаю порог квартиры и моментально оказываюсь в объятиях Лики.

— Ты пришел! — радостно визжит. — Я так тебя ждала.

Я обнимаю Лику и опускаюсь головой ей на плечо. Еле на ногах стою. Дышу ее цветочным ароматом вперемешку с каким-то вкусным запахом, что витает по квартире. На каждом вдохе грудь пронзает острая боль. Дыхалка никуда не годится. Проклятые сигареты.

— Жень, что с тобой? — обеспокоенно спрашивает. — Ты такой взмыленный, как будто марафон пробежал.

— А я и пробежал.

— В смысле? — удивляется.

— Я с паркинга по лестнице поднимался, а не на лифте.

— Почему?

— Потому что лифт было слишком долго ждать, а я торопился.

Лика молчит в замешательстве. Дыхание немного восстановилось, поэтому я отрываюсь от ее плеча и нахожу губы. Целую так же нетерпеливо, как мчался домой. Я скучал. Весь день скучал. Губы Анжелики мягкие, теплые, вкусные. А она вся такая манящая. Я блуждаю руками по ее телу, сжимаю попу, грудь. Возбуждаюсь в пол-оборота. Подталкиваю Лику в сторону гостиной. Мы направляемся туда, не разрывая поцелуя. Падаю на диван, а ее усаживаю сверху. Члену тесно в брюках. Запускаю ладони Лике под майку, а следом и под лифчик.

— Жень, — прерывает поцелуй и смеется. — Давай ты сначала поужинаешь?

— Нет, сначала я буду тебя, а потом все остальное.

В гостиной витают нереальные кулинарные запахи. Но больше всего я хочу Лику. Я целый день ждал встречи с ней, считал часы до окончания рабочего дня, ушел ровно в пять, не доделав кучу дел. Так что сначала я вдоволь насытюсь Анжеликой, а потом уже всем остальным.

Глажу ладонями ее девичью грудь. Соски затвердели, выдавая возбуждение Лики. Провожу по бугоркам большими пальцами. Член пульсирует, требует немедленной разрядки, словно секса несколько лет не было. Анжелика действует на меня, как афродизиак. Снимаю с нее майку, лифчик. Припадаю к груди губами. Такая вкусная. Лика обнимает меня за шею, трется о мой возбужденный член, шумно дышит. В этой девушке тонна страсти, но в силу невинности потенциал не раскрыт. Ничего, я раскрою. У нас будет самый улетный секс, какой только можно представить.

Рисую языком узоры. Грудь Лики покрывается мурашками. Она откидывает голову назад. Длинные распущенные волосы мягко щекочут мои ладони. Анжелика непроизвольно двигает бедрами, раздразнивая член еще сильнее.

— Хочу в тебя. Попрыгай на члене.

Не произнося ни слова, Лика приподнимается на коленях, чтобы снять спортивные штаны с бельем. Я тоже расстегиваю брюки и спускаю их вместе с боксерами. Надо сходить в спальню за презервативами, но мне лень. Да по хрен. Без них ощущения намного лучше. А я хочу ощущать Лику каждым миллиметром члена.

Анжелика опускается до упора, и я не могу сдержать стона. Как же в ней охуенно. Мое любимое место в мире — в Анжелике. Ее киска мокрая, горячая, узенькая, плотно обхватывает член. Лика плавно двигает бедрами — словно танец танцует. Я откидываюсь затылком на спинку дивана и прикрываю глаза. В голове ни одной мысли кроме того, что мне нереально хорошо. Как никогда, хорошо. Вообще не помню таких охуенных ощущений от секса раньше.

Лика насаживается до конца, а я еще прижимаю ее сильнее за бедра. Хочу быть в ней на максимуме, хочу раствориться в ней. Отрываю голову от спинки дивана и провожу носом по ложбинке между грудей. Невероятно. Обвожу языком один сосок, слегка захватываю зубами, а следом целую. Лика стонет. Обожаю слушать ее стоны. Это моя любимая песня.

— Тебе хорошо? — спрашивает.

— Мне охуенно, — снова вжимаю Лику в себя до упора. — Да, моя девочка, — стону. — Умничка моя.

Смазка Анжелики течет ручьем по моим ногам. Она тоже кайфует. Моя девочка. Хочу доставлять ей удовольствие, хочу, чтобы каждый раз со мной кончала. Вспоминаю, как вчера ласкал Лику языком и наслаждался ее вкусом. Зря я об этом подумал. Член готов взорваться.

— Малыш, давай сначала я к…

Не успеваю договорить слово «кончу», потому что чувствую, как влагалище Анжелики сокращается в спазме. Лика протяжно кричит и выгибается назад. Сотрясается мелкой дрожью. Блядь… Я еле успеваю вытащить из нее член. Кончаю на клитор. А Лика — совсем с ума сошла — еще трется им о головку члена.

Пространство наполняется запахом спермы и наших разгоряченных тел. Анжелика глядит на меня пьяными глазами. Беру в ладони ее лицо. Какая же она красивая. Самая красивая в мире.

— Моя девочка.

Наклоняю ее лицо к себе и нежно целую в губы.

Глава 29. Ожидание

Анжелика

На следующий день я снова просыпаюсь вместе с Женей в шесть утра. Но сегодня он не встает с кровати сразу, а поворачивается ко мне и обнимает со спины. Я провела в постели Жени вторую ночь, и мне давно не спалось так сладко, как сегодня. А учитывая, что прошлую ночь я не сомкнула глаз вовсе, а без перерыва рассматривала спящего Женю, то этой ночью я отключилась моментально сразу, как только моя голова встретилась с подушкой.

Женя прижимается ко мне сзади, утыкается лицом в мой затылок. Я еще не до конца проснулась, балансирую где-то на грани между сном и реальностью. Женя гладит меня по телу, сначала через футболку, а потом просовывает руку под нее. Водит ладонью по животу, потом поднимается выше к груди. Сжимает сначала одну, затем вторую. Чувствую ягодицами его стояк, и сама потихоньку возбуждаюсь. Но еще не просыпаюсь.

Рука Жени ныряет мне в трусики, гладит между ног. Приятно. У меня появляется смазка, и пальцы Жени скользят лучше. Он стаскивает с меня белье и входит сзади. Шумно выдыхаю через нос.

Женя двигается медленно. Внизу живота разливается сладкая, тягучая патока. Становится очень горячо и очень мокро. Классно. Я блаженно улыбаюсь сквозь сон, медленно просыпаюсь. Дыхание Жени мне в затылок щекочет шею, я хихикаю. Женя ускоряется, его движения становятся резче.

— Ммм, — тяну и чуть выгибаюсь назад.

Какое прекрасное утро. Вот бы каждое было таким.

Ощущения идут по нарастающей. И достигают пика. Сжимаюсь в комок, утыкаюсь лицом в подушку. Я много слышала об оргазмах от подруг, но даже не представляла, как это прекрасно на самом деле. Женя выходит из меня, судя по звукам, возится в тумбочке. Надевает презерватив. Входит в меня снова и буквально через несколько толчков кончает сам.

— Доброе утро, малыш, — шелестит на ухо и целует меня в щеку.

Женя вылезает из постели и направляется в ванную. Я потягиваюсь на кровати и открываю глаза. Замечательное начало дня, хоть и в шесть утра. Я тоже встаю с кровати и иду готовить Жене завтрак. Он появляется в кухне-гостиной через двадцать минут. Чмокает меня в губы и садится за стол. Сегодня мы завтракаем вместе. У нас обоих хорошее настроение, мы разговариваем и смеемся.