Инна Инфинити – Я тебе изменил. Прости (страница 43)

Майя капризно морщит нос:

- Ну мам, мы прилетаем ночью, в Москве похолодало. Я не хочу стоять на холоде и ждать, пока таксист приедет. Они порой по пятнадцать минут едут. А папа встретит нас в аэропорту и сразу отвезет домой.

Я недовольно поджимаю губы.

- Мам, ну вы же всё равно работаете вместе и каждый день видитесь, так что какая разница? - дочка спрыгивает с высокого барного стула. - Пойду поплаваю в бассейне.

Глава 51. Встреча

Мы прилетаем в Москву в два часа ночи и сразу попадаем в собачий холод. Когда улетали в Турцию, стояла жара, и мы не брали с собой теплых вещей. А сейчас, идя в аэропорт по рукаву самолета, мы с Майей ёжимся от холода.

Учитывая погоду, идея того, что Давид нас встретит, больше не кажется мне такой уж ужасной. Действительно, лучше быстро запрыгнуть в его машину и поехать домой, чем стоять на холоде десять-пятнадцать минут в ожидании такси.

Мы получаем багаж и выходим из зоны прилета. Давид уже здесь, ждет нас. Совсем не сонный, несмотря на время. Как будто не спать в районе трех ночи - это для него нормально. Уж я-то знаю, что на самом деле он всегда старается лечь в кровать до полуночи.

- Папа, привет! - Майя крепко обнимает Давида.

Он целует дочку в щеку.

- Ну ничего себе, ты загорела! Как отдохнули? - поднимает голову на меня. - Привет.

- Привет, - сдержанно улыбаюсь.

- Ой, мы прекрасно отдохнули! Нам все очень понравилось!

Давид молча берет из моих рук чемодан и принимается катить его под задорное тарахтение Майи о нашем отдыхе. Во второй руке у Давида темный пакет. Нам приходится выйти из аэропорта на холодную улицу, чтобы добраться до парковки.

- Я предвидел, что вы будете в одних майках и шортах, - Давид достает из пакета две свои теплые кофты. Протягивает Майе и мне.

В такой собачий холод мне не до гордости. С огромным удовольствием принимаю от Давида его джемпер и натягиваю на себя. Я тону в нем. Теплая шерсть приятно обволакивает, словно кокон. По дороге до парковки опускаю нос в воротник и вдыхаю такой знакомый и, кажется, всё ещё родной запах бывшего мужа.

Мы торопливо доходим до машины. Пока Давид грузит чемодан в багажник, Майя по привычке садится на свое место сзади. Я немного в растерянности, куда сесть мне. Решаю залезть на свое место впереди. Будет странно, если я вдруг поеду сзади с Майей. Или не будет. Не знаю.

Давид садится за руль. Мое присутствие по правую руку ничуть его не удивляет.

- Ну и холодина, - дрожит Майя. - Пап, включи печку и подогрев сидений. Ужас, как быстро в Москве изменилась погода. Когда мы улетали, ночью было плюс двадцать.

- А теперь плюс пять, - Давид нажимает кнопки на приборной панели, и салон наполняется теплым воздухом.

Я откидываюсь затылком на подголовник и медленно согреваюсь. Джемпер Давида всё ещё на мне. Я не хочу снимать его. Только ли из-за холода? Не знаю. Мы погружаемся в молчание. Майя надела на шею подушку для сна в самолетах и закрыла глаза. А я и Давид не разговариваем. Кроме сухого «привет» в аэропорту больше не обмолвились ни словом.

Я пытаюсь взять с Майи пример и уснуть, но не получается. Присутствие Давида рядом, его джемпер на мне напрочь выбили из меня сон. Я скашиваю на бывшего мужа взгляд. Он спокойно и уверенно ведет машину по пустым ночным дорогам. Он такой же. Ну да, с чего бы Давиду измениться за десять дней, что мы не виделись. Но он такой же, как и полгода назад, когда ещё не рассказал про измену.

Измена.… Вспоминаю, и острая боль пронизывает грудь. Да ещё с кем? С той Зоей. Не знаю, почему студенческая любовь Давида так меня триггерит, столько лет прошло, но тем не менее внутренности сводит и кости ломаются каждый раз, когда думаю, что Давид изменил мне именно с Зоей.

А теперь добавилась соседка Лена. Она никогда не была замужем, а женщина, твёрдо решившая во что бы то ни стало обзавестись семьей, на многое способна. Сейчас она передает Давиду контейнеры с едой, а потом предложит помыть ему полы в доме. Придет делать это в коротких шортах, а то и юбке. А у Давида нет поводов долго сопротивляться настойчивому вниманию Лены.

Ладно, какое мне дело? Мы всё равно в разводе. Я ведь предполагала, что у Давида может быть новая семья, когда разводилась с ним. И у меня она тоже может быть.

Только я не хочу новой семьи.

Давид подъезжает к дому. Майя просыпается, сонно зевает и потягивается. Мы выходим из машины, Давид достает из багажника чемодан и катит к подъезду. Вместе едем в тесном лифте на наш этаж. В квартире Майя сразу уходит спать к себе.

- Спасибо, что встретил нас, - благодарю Давида, когда остаемся вдвоем. Он зачем-то разулся и снял с себя куртку.

- Не за что.

Я стаскиваю с себя его джемпер и сразу покрываюсь гусиной кожей. Хотя дома очень тепло, мне почему-то стало внезапно холодно.

- И за одежду спасибо. Ты правда очень предусмотрителен.

Давид молча забирает из моих рук джемпер и небрежно бросает его на пуфик.

- До встречи в понедельник на работе, - говорю, давая бывшему мужу понять, что ему пора.

- Почти четыре часа ночи, до дачи я буду ехать ещё час, - Давид проходит в глубь квартиры. - С твоего позволения я переночую у вас.

Глава 52. Завтрак

И не дожидаясь моего позволения, Давид направляется в гостиную. Ну хоть не в мою спальню - и то хорошо.

Из гуманных соображений я решаю не выгонять бывшего мужа. Действительно, на дворе глубокая ночь, скорее всего, Давид совсем не спал в ожидании нашего самолета. Ещё и привез теплые вещи в аэропорт, чем без преувеличения спас нас с Майей от холодной смерти.

Я скрываюсь в ванной, быстро принимаю душ, а когда выхожу, в квартире свет нигде не горит. Я не иду к Давиду поинтересоваться, нашел ли он себе подушку с одеялом. Если ему что-то понадобится, сам спросит. Сложно уснуть, зная, что Давид за стенкой. В голову то и дело лезут разные мысли. Я отключаюсь, наверное, только в пять утра.

А просыпаюсь от того, что нос улавливает умопомрачительные запахи. Желудок сразу неприятно скручивается и издаёт голодное урчание. Лежа в кровати, гадаю, здесь ли ещё Давид. Надеюсь, уехал. Но кто тогда готовит? Неужели Майя?

Вылезаю из постели, накидываю шелковый халат и иду на кухню. Это всё-таки Давид. Бывший муж стоит у плиты в одних джинсах, голый по пояс, и жарит яичницу с беконом. От такой ошеломительной картины я аж теряю дар речи на несколько мгновений.

- Доброе утро, - мельком бросает на меня взгляд и возвращает внимание сковородке. Достает из верхнего шкафчика соль и посыпает ею яйца. - Будешь завтракать?

Я перевожу глаза на часы на стене: десять утра. Я спала от силы пять часов, но на удивление не чувствую себя разбитой. Снова смотрю на полуголого Давида у плиты. Это просто какой-то сюр. Даже не знаю, что меня удивляет больше: что Давид не уехал, что он полуголый или что он готовит завтрак.

Наверное, все вместе.

- А где Майя? - задаю вопрос.

- Ещё спит.

- А что ты делаешь?

- Готовлю на всех завтрак.

- А где ты взял яйца и бекон?

Перед отъездом в отпуск я специально оставила холодильник пустым, чтобы к нашему возвращению ничего не пропало.

- Сходил в магазин.

- А почему ты без майки?

- Потому что у меня нет майки. У меня с собой только три джемпера и куртка, а в них жарко. Так ты будешь завтракать?

- А зачем ты готовишь завтрак? Почему ты не уехал, если проснулся?

- Потому что перед отъездом я бы хотел позавтракать. А готовить завтрак на себя одного как-то невежливо, поэтому я готовлю его на всех. Так ты будешь яичницу с беконом? - Давид выключает варочную панель.

Желудок снова недовольно урчит.

- Буду, - нехотя соглашаюсь и удаляюсь в ванную.

Развод определённо пошел Давиду на пользу. Он научился готовить завтраки.

Когда я возвращаюсь на кухню, еда уже разложена по тарелкам. Давид сидит на своем привычном месте и пьет кофе. Рядом с моей тарелкой тоже стоит кружка.

Он и кофе мне сделал?! С ума сойти.

Сажусь напротив бывшего мужа.

- С огромным удовольствием попробую завтрак твоего приготовления, - накалываю на вилку кусочек бекона и отправляю в рот. Хорошо поджарился, хрустит. Как я люблю. - Мммм, неплохо. Что произошло, Давид? Почему ты решил начать готовить?

Признаться честно, его голый торс отвлекает меня, поэтому я стараюсь не отрывать взгляд от тарелки. Для сорока лет Давиду удалось сохранить хорошее тело. У него нет пивного живота, как у большинства мужчин его возраста. У Давида сильные руки и широкая шея, а на животе даже есть кубики пресса. Лет в тридцать пять Давид стал заниматься с тренером в качалке и занимается до сих пор.

- Пока ещё не нанял себе кухарку, поэтому приходится справляться своими силами. Но я обязательно найму.

- А как же соседка Лена? Разве она не кормит тебя?

Ядовитые вопросы вылетают быстрее, чем я успеваю подумать. Я тут же прикусываю язык, но уже поздно. Давид замер с поднесенной к яичнице вилкой. Удивленно глядит на меня. Я же, не зная, куда себя деть, хватаю кружку кофе и как можно более невозмутимо стараюсь сделать несколько глотков. Всё же поднимаю на Давида лицо. Он может заметить, что я избегаю смотреть на него, а я этого не хочу.