Инна Инфинити – Я тебе изменил. Прости (страница 44)

- Кормит, - отвечает после небольшой паузы. - Лена очень вкусно готовит.

Он специально это говорит?

Ставлю кружку на стол и отправляю в рот ещё один кусок бекона.

- У Лены фирменное блюдо - вишневый пирог. Она тебя им угощала?

- Ещё нет.

- Попроси ее испечь. Тебе понравится. Я такие вкусные пироги печь не умею.

- Я вообще не помню, чтобы ты когда-нибудь пекла пироги.

Это укол в мой адрес? Претензия, что я не пекла пироги? Я начинаю злиться.

- А откуда ты знаешь, что Лена угощает меня своей едой? - спрашивает после минуты тишины.

- Майя пожаловалась, что постоянно отправляешь ее к Лене возвращать контейнеры.

Давид медленно жует, затем делает глоток кофе.

- Ну теперь у Майи началась школа, и она редко будет приезжать на дачу, так что больше ей не придется ходить к Лене.

- Сам будешь относить Лене контейнеры?

О Господи, зачем я продолжаю этот разговор? Какое мое дело вообще? Но положа руку на сердце, меня возмущает поведение Лены. Мы, блин, были подругами! А теперь она подбивает клинья к моему мужу. Пускай бывшему. Но всё равно.

Я в шоке от таких женщин. Просто в шоке.

- Почему тебя так волнует мое общение с Леной? - Давид насмешливо выгибает бровь.

- Абсолютно не волнует. Общайся с кем хочешь.

Давид согласно кивает, мол, да, я буду общаться с кем хочу. Интересно, а с Зоей общается? Думаю, да. У Давида больше нет поводов не общаться с Зоей.

Мы продолжаем завтрак в тишине. Она прерывается только позвякиванием приборов о тарелки. Я делаю ещё несколько глотков кофе. Вкусно.

- А что насчет твоего романа? - вдруг спрашивает после долгой паузы.

Я аж не сразу понимаю, про какой роман он говорит. Потом доходит: роман с Тимуром. Давид же знает, что у меня появились отношения. Но не знает, что они уже завершились.

- Что именно тебя интересует? - непринужденно спрашиваю. Даже не знаю, признаваться ли Давиду, что у меня больше никого нет.

- Почему ты не поехала отдыхать со своим новым возлюбленным? - и внимательно за мной наблюдает.

- Потому что я поехала отдыхать с Майей. Странный вопрос.

- Тогда почему твой новый возлюбленный не встретил тебя в аэропорту? - выгибает бровь.

Стискиваю зубы.

- Потому что нас с Майей встретил ты. К слову, я не хотела, чтобы ты нас встречал. Но Майя согласилась до того, как рассказала мне, что ты собираешься приехать в аэропорт.

- Значит, твой мерзкий бывший муж помешал желанию твоего нового возлюбленного встретить тебя в аэропорту? - прищуривается. - Или твой новый возлюбленный даже не выказал такого желания?

Я хочу швырнуть желток Давиду в лицо. Вообще-то, Тимура нельзя назвать моим возлюбленным. Это во-первых. А во-вторых, Тимур уже в Америке, и лично я очень надеюсь, что счастлив с Рэйчел и дочкой.

Но если бы Тимур был в Москве и наш роман бы продолжался, то он обязательно бы предложил меня встретить. Я даже не сомневаюсь в этом.

- Он сейчас не в Москве.

Я решаю не говорить Давиду, что мой роман завершился, и я теперь одна.

Глава 53. Дача

Давид уезжает, а дальше между нами все остается без изменений. В понедельник я выхожу из отпуска на работу и узнаю, что теперь начался отпуск у Давида. Я не знала об этом. Бывший муж не предупреждал меня о том, что в сентябре берет две недели отдыха. Да и не должен, конечно, генеральный директор отчитываться о своих отпусках перед начальником юридической службы. Но все равно осадок остается. Мог бы обмолвиться об этом, когда мы вместе завтракали.

Хмурый и дождливый сентябрь вгоняет меня в уныние и тоску. Температура на улице едва выше нуля, а в квартире ещё не включили отопление. Дома я кутаюсь в теплые кардиганы и не выпускаю из рук горячие кружки чая. Вечерами фоном по телевизору болтают романтические комедии. Хотя под мое настроение лучше бы подошли триллеры.

Я вспоминаю, что на даче осталось довольно много моих вещей. Не очень важных, но все равно следовало бы их забрать, раз мы с Давидом развелись и поделили имущество: квартира - мне, дом - ему. У меня и ключи от дачи лежат. Надо бы отдать их Давиду. Зачем они мне? К тому же ключи от квартиры я у него забрала.

Пользуясь случаем, что Давид в отпуске и, по словам Майи, отдыхает в Арабских Эмиратах, я еду на дачу за своими вещами. На удивление в доме порядок. Ничего не разбросано, а к моим босым ногам не липнет сор с пола. Не припомню, чтобы Давид когда-то горел желанием лично намывать полы.

Слегка трясу головой. Нужно прогнать эти мысли. Какое мое дело, сам он полы моет, или нанимает клининг, или это приходит делать соседка Лена?

Я оглядываю большой дом, пытаясь понять, с чего начать. Да с гостиной и начну. Забираю из шкафа свои книги, снимаю свою большую фотографию со стены. Странно, что это не сделал Давид раньше. Полгода здесь живет и смотрит на мой портрет?

Из гостиной перемещаюсь на кухню. Моя кружка, мой блендер. Вряд ли он пригодится Давиду. Думаю, у Лены есть свой. Много моих косметических средств в ванной. Удивительно, что Давид ничего не выбросил. Его шампунь и гель для душа 2в1 сиротливо стоит сбоку полки с множеством моих баночек и тюбиков.

Теперь главное - наша спальня. В комнате пахнет Давидом, кровать аккуратно заправлена. Стоя на пороге, чувствую острую боль в сердце, а глаза становятся влажными. Всё-таки у меня ещё не отболело. А говорят, время лечит. Сколько же нужно этого времени, чтобы окончательно смириться с изменой супруга и забыть его?

Подхожу к длинному шкафу-купе, отодвигаю в сторону створку. Моя одежда на месте, аккуратно висит на плечиках рядом с костюмами бывшего мужа. Снимаю все и аккуратно складываю в чемодан. Так странно. Я наоборот старалась побыстрее избавиться от одежды Давида, чтобы ничего о нем не напоминало. А он полгода живет в окружении моих вещей. Впрочем, возможно, у него не болит так, как у меня, и моя одежда вместе с моим портретом на стене ничего для него не значат.

Я закрываю дом на ключ и выкатываю чемодан за калитку. Хмурюсь, когда приложение для вызова такси показывает, что время ожидания автомобиля увеличилось с трех минут до восьми. Холодно, и я посильнее затягиваю шарф на шее.

По дороге мимо дома едет знакомая машина и тормозит возле меня.

- Вера? Это ты? - кричит из автомобиля Лена, когда стекло у пассажирского сиденья опускается. Мое настроение становится ещё хуже. Вот уж кого я совершенно не желаю видеть, так эту лицемерную сучку, которая сначала зазывала меня к себе на кофе и пироги, а теперь клеится к моему бывшему мужу.

- Я так сильно изменилась, что не можешь меня узнать?

Лена включает аварийку и вылезает из салона. О Господи! Зачем?

Пока шагает ко мне на каблуках, застегивает пальто на все пуговицы.

- Привет, дорогая, - улыбается во весь рот и приобнимает меня за плечи. Меня аж передергивает. - Как ты? Сто лет не виделись! - смотрит на мой чемодан. - Уезжаешь куда-то?

У меня появляется дикое желание вцепиться сучке в выкрашенные волосы. Стискиваю зубы.

- Забрала свои вещи с дачи.

Вообще, что за странный вопрос «уезжаешь куда-то»? Как будто Лене неизвестно, что я живу в Москве.

- Как твои дела? Вы с Давидом развелись, да? - строит грустную мину. - Очень жаль. Но все, что ни делается, к лучшему!

- Да, развелись. В остальном мои дела так же. А как твои?

- Мои ничего, - кокетливо улыбается. - Вот переехала жить в дом. Мне здесь намного больше нравится, чем в квартире в Москве. Простор, больше места, чище воздух.

«И холостой сосед под боком». Это я добавляю мысленно за Лену.

- Зато здесь мужчин меньше, - говорю. - А те, что есть, почти все семейные. Так ты точно никогда замуж не выйдешь.

Лена резко осекается. Хлопает глазищами, как у рыбы, не находя, что сказать.

- Да я не стремлюсь замуж… - нервно хихикает.

- Да ладно, мне-то можешь не врать. А то я не знаю, что все одинокие женщины в возрасте 30+ смотрят на каждого мужика голодными глазами, словно он последний самец на земле.

Лицемерная улыбка на физиономии Лены медленно меркнет. Она не догоняет, что на меня нашло.

- Я тебе совет дам, - из-за угла поворачивает мое такси. Наконец-то! - Здесь в поселке тебе ловить нечего. Рискуешь умереть старой девой в окружении десяти кошек. Одна, кажется, у тебя уже есть?

- У меня две кошки….

- А, так ты уже вторую завела? Вот видишь. Вместо мужиков обрастаешь котами. Так что возвращайся в Москву, пока не стало слишком поздно. Тридцать пять - это всё-таки не двадцать. Пока, Ленусь, - чмокаю ее в щеку. - Рада была тебя повидать. Давида моего встретишь - привет ему от меня передавай. А будешь в Москве - пиши! Выпьем как-нибудь по чашечке кофе.

Я быстро качу чемодан, вышедшему из машины таксисту. Пока он грузит его в багажник, залезаю на заднее сиденье. С улыбкой машу рукой ошарашенной Лене. По дороге домой мое настроение улучшается. Я испытываю чувство глубокого удовлетворения. Как бы глупо и мелочно это ни было.