Инна Фидянина-Зубкова – Толстая книга авторских былин от тёть Инн (страница 50)

Лишь стучали звонко

у бегущей лошади зубы,

богатырь натянул подпругу.

Ох, и долго они рыскали,

но всё-таки выискали

лежанку бабы Яги.

Вот Яга, а с ней хмыри

суп из мухоморов суп варят,

сами едят, похлёбку хвалят.

Ой да, старый казак Илья Муромец,

ты приехал в тёмный бор,

конечно, с Мурома;

да и подвигов у тебя тьма-тьмущая!

Но гляди,

сидит Ягуша в ад не спущена.

Достаёт богатырь палицу могучую,

и идёт ей бить да ноги скручивать

у разбойничков окаянных,

у брательничков самозваных.

Как скрутил их всех,

так размахнулся,

закинул на Луну, не промахнулся,

и бабу Ягу туда же.

— Отродясь я не видал рож гаже! —

плюнул Муромец в костёр, суп вылил

и волшебное зеркальце вынул,

посмотрел на поверхность Луны:

там летают четыре души,

призывают кого-то, вроде,

но этот кто-то к ним не приходит.

Не приходит он и не надо.

Век за веком уходит куда-то.

О Яге больше слухи не ходят.

Лишь по улицам калики бродят

и нечисть всякую поминают,

да о том, как Буслаев скакает

и народ зачем-то всё топчет,

а Илюша Муромец ропщет

и спасает мир тридцать три раза,

потому как он боится сглаза

ведьмы бабы Яги.

И ты… себя береги,

не ходи в болота далёко,

говорят, там не только осока.

Но тут наша сказка кончается.

На сцену возвращаются

гусельники развесёлые

и начинают сказы сказывать

с песнями да прибаутками.

Моё внимание снова переключается

на себя любимую

и на гусельников развесёлых:

— Ай вы, гусельники развесёлые,

пошто длинный рассказ держите,

зачем народу честному душу травите,

о чём сказы сказываете,

на какую тему песни поёте?

— Да не стой ты тут,

девица красная,

отвратными помадами напомаженная,

белилами веснушки прикрывшая,

вопросы глупые задающая,

сказы сказывать мешаешь!

— Как же я вам сказы

сказывать мешаю,