Инна Фидянина-Зубкова – Толстая книга авторских былин от тёть Инн (страница 52)

Мы за грош продались скорее

и бегом за хозяином следом

к самому, что ни есть, обеду.

Наелись, поп танцевать нас заставил,

еле-еле в живых оставил:

спели, сплясали, поели,

снова сплясали, повеселели!

Так прошло лет десять, наверное,

по застольям да по тавернам.

А когда мы песни уж еле мычали,

то за собой замечали,

что на лавках больше не помещаемся.

Или дюже к себе придираемся?

Но попадья говорила:

— Зачем дураков раскормила?

А сама тощей коромысла!

И вот, всё это осмыслив,

решила она нас прогнать.

Да Васятка успел сказать

попу веское слово:

— Изменяет тебе Прасковья

со звонарём Антошкой!

Поп побил жену немножко

и та сразу смолкла.

Так и жили мы чи зайцем, чи волком,

пока не пришла беда.

Заголосила как-то утром попадья:

— Пропала у меня сковорода!

Искали ржавую, орали и вопили.

Затем слух по Руси пустили,

мол, живёт в Московии попадья,

и пропажа у ей — сковорода.

А на самом то и деле

мы сковородку эту съели.

Переваривалась суровая долго,

плотом вышла. По Волге

сплавилась вниз куда-то.

Но с тех пор виновато

на попадью мы смотрели,

когда яишенку ели.

Но попадья дело так не оставила,

семье ультиматум поставила,

мол, в хозяйстве нужна

новая сковорода!

А на ярмарку много дорог.

Поп с дураками прёт,

подходит к торговым лавкам.

Товар лицом ему кладут (не жалко)!

Поп спрашивает:

— Почём сковородки?

— Три рубля.

— Дорого очень.

— Остаток на чай.

— Не серчай, но на водку!

Продавец щурится:

— Её тоже в охотку.

— Чтож, придётся брать по три рубля,

нужна жене сковорода.

Так расступись же, народ,

поп с дураками прёт!

А и задавит кого ненароком,

так его ж родню и обложит оброком:

— Налог на смерть, понимаешь?

Мы попу завсегда киваем,

даже когда он нас матом: