Инна Фидянина-Зубкова – Толстая книга авторских былин от тёть Инн (страница 44)

океаны лунные, мели

и неглубокие кратеры.

Что же они там прятали?

А скрывали они Хлыща,

разбойничка Кыша и Малыша

ростом с гору:

те сидят, едят помидоры

да в картишки играют.

Бабка в шоке, она шныряет

к старым своим дружкам:

— Здрасьте, родимые, вам!

Разбойники: «Год который

на нашем дворе, бабуся?

Тебя каким ветром, Ягуся?»

— Меня сюда забросил Илья.

А год какой? Не помню сама.

Вы должны же быть в аду.

Где мы? Никак не пойму!

— Гы-гы-гы! — ржут детины. —

Мы мертвы, мы духи! — и вынули

большую книгу амбарну,

открыли. — Вот печечка, баня

и домик на курьих ножках,

а это Микулы сошка.

Так, так, а где ты, Ягуся?

Вот, лежишь кверху пузом

на той стороне Луны. Чи сдохла?

— Да нет, стою, не усохла.

— Ты призрак! — регочут детины. —

Лови помидор! — Кыш кинул

овощем в бабку Ёжку.

Застрял помидор: немножко

повисел в её тонком теле,

на пыль опустился и двинул

внутрь планетки куда-то.

У бабушки ножки ватны

сразу стали. Старуха

слюну проглотила: «Сухо!»

Села в кратер прямо

и провалилась, будто в яму:

пролетела насквозь Луну,

вернулась к телу своему.

Посмотрела на себя:

вся распластана она.

И заплакала горько-прегорько.

Така у тебя теперь долька!

Летай и не думай плохо.

Охай, ведьма, не охай,

а кончилось твоё время —

размозжил богатырь тебе темя!

А время было такое:

прошлое встало стеною,

а будущее не пришло;

да зло, говорят, умерло

и не воскреснет боле.

Нынче летает на воле

Дух степной и голодный,

ищет уродство в природе.

На корявое деревце смотрит,

порядки свои наводит:

пригнёт ещё больше к земле

это дерево, а по весне,

в три погибели скрутит,

в ствол душу гнилую запустит,

и воскресит