Инна Фидянина-Зубкова – Толстая книга авторских былин от тёть Инн (страница 46)

Никто его боле не видел.

А Кыш, Хлыщ, Малыш подрастали,

имена свои взад верстали.

Даже «бабушка Яга»

говорила, что она

не девка Лёлька,

а бабка Ёжка и только!

Их мамка Ольга

терпела это недолго:

собрала котомку да вон со двора,

добралась до монастыря

и постриглась в монахини.

А дети её мордяхами

дел в деревне наделали:

убивали, грабили. Но уделал их

Василий Буслаев с дружиной:

проезжал, было, мимо он,

да кликнули мужики

воеводушку на подмогу.

И помог ведь!

Гадёнышей кинул в подводу

да в тайгу непролазну увёз,

там и бросил их. Лес

закряхтел, зашумел, застонал,

когда богатырь уезжал.

Но Василий всё же уехал,

куча подвигов впереди! Брехал

народ о коих исправно:

— Экий Буслаев славный!

А разбойникам

пришлось в лесу обосноваться.

Избу рубить, это не драться!

Но у бабки помощников куча,

один другого могуче!

Избу срубили. Баньку поставили,

грибников в ней уваривали

да редких калик перехожих.

Разбоями тешились тоже.

Пошла тут дурная слава

от края земли до края

о Кыше, Хлыще, Малыше

да злющей бабе Яге.

До жути народ их боялся,

в тайгу совсем не совался,

хоть и ягода нужна, и пушнина,

да лес: возводить домины.

Род людской совсем загибается.

Мужик плачет: «Доколе маяться

мы будем как холопы?

Надо леших прихлопнуть!»

Решено так решено,

в лес пойдёт одно звено,

а второе послужит прикрытием.

«Грабли, вилы тащите!»

И пошли мужики рядами,

в руках топоры да знамя

из старой отцовской рубахи.

Вот ходи, размахивай,

при на адовых деток!

Услышали хруст веток

Кыш, Хлыщ, Малыш да баба Яга,

берут с поленницы дрова

и идут на крестьян в наступление.

(Всё, закончилось стихотворение.

Ан нет, пошутила.)