Инна Фидянина-Зубкова – Полеты на Марс и наяву, или Писатель-функционал (страница 30)

Но ноутбук Ивана (вернее ноутбук генералиссимуса Розгина) никак не оценил старания бойкого писателя, и вместо того, чтобы помогать агенту Роскосмоса, всё время глючил, периодически выключался и даже встал в оппозицию к «Жизненному советчику».

– Шибко хочешь свою однушку поменять на трешку? – ехидничал ноутбук. – Он почему-то был уверен, что Ванюша его с собой в новую семейную жизнь не заберет.

Писатель хотел в ответ кинуть в светящийся экран что-нибудь тяжелое, но передумал, его нервы как бы сами собой росли и крепли прямо на глазах.

– Так уж и сами собой? Нет, нет, Ваня, это любовь тебя успокаивает и силы придает.

– Кто там ещё? – отмахнулся политический графоман, который плавно менял свой графоманский статус на громкое звание «автора собственных книг».

– Да, кстати, а с чего ты взял, что становишься автором с большой буквы? Натягал статеек с интернета про космонавтику и хочешь выдать их за свои!

Такого удара в спину Иван не ожидал! Ибо… это была правда. Он как-то сразу сморщился, поник и медленно, очень медленно развернулся.

Перед ним стоял… Кто бы вы думали? Перед ним стояла Инна Фидянина.

– Ты кто такая? – оробел писака. – Новая повариха? Стучаться ж надо!

– Повариха, повариха, – сказала я устало, и присела на край кровати. Так что с выдержками из газет про космонавтику делать будем, милый мой воровайка! Тебя же не издадут.

«Ты кто?» – чуть было не заорал Иван Петевич, хотел было заорать, но передумал, уж слишком доброе и равнодушное было у пожилой женщины лицо. Парень присмотрелся, потом ещё присмотрелся и неуверенно сказал:

– Ты, ты, ты похожа на мою Геновну, только немного старше.

Он машинально потрогал свое лицо:

– Неужели, неужели я тоже состарился?

Я кивнула на зеркало в шкафу:

– Ага, пойди, взгляни на себя.

И что бы вы думали, Иван встал, подошел к шкафу, рассмотрел свой студень внимательно.

– Я не знаю, – процедил Иван, поглаживая свое ещё довольно таки молодое лицо и медленно поворнулся ко мне. – Я не знаю кто ты такая, но миллионы и миллионы людей копируют исторические факты и публикуют их везде – и это нормально! Невозможно сесть и выдумать историю, тем более историю космонавтики. Я пишу на заказ, меня Розгин издаст. Я лишь вкрапляю в свою книгу исторические факты, а на самом деле пишу роман. Да, да, роман! И в моем романе мышь разговаривает с мышью о проблемах вселенной, обезьяны рассуждают о Сириусе и так далее. А ты приехала супы варить, ну и шуруй себе на кухню.

– Ха! – ухмыльнулась я. – А это ничего, что ты мою комнату своей персоной занял?

Иван не выдержал и фыркнул:

– Располагайтесь тут пожалуйста, как вас там… с большим и длинным носом, а я и другую комнату займу.

– Опять дискриминация по носу, господин писатель? Давай, давай, обзывай нас дальше, я всё на диктофон записываю. И твоей Светке дам послушать!

По тону и интонации Иван понял, что пожилая женщина перед ним – это всё-таки не Светка в старости, да и скорее всего не повариха.

– Кто ты? Отвечай, – уже почти жалобно проскулил Петевич и оторвавшись от шкафа с зеркалом снова присел на стул, по детски, исподлобья рассматривая мой белый халат. – А-а, я понял! Ты Светка Геновна, но… мёртвая!

Водкин в ужасе взялся руками за свою голову.

– Я мёртвая? – неуверенно мотнула головой тётя. – Возможно, но я автор этой книги.

– Какой книги?

– Этой?

– Какой этой? – писака осмелел и пододвинул свое близорукое лицо поближе, чтобы ещё раз меня рассмотреть.

– Ну, – развела я руками. – Ты только не нервничай.

– Я и не нервничаю, – голос мужчины дрогнул, он явно уже начал нервничать.

А я собралась с духом, осмотрелась и выпалила:

– Ты главный герой моей книги, вот поэтому у тебя в голове и бардак. Понимаешь? Ты сам – не есть реальность. Я пишу книгу про Водкина-Безделкина, а ты пишешь историю космонавтики. Ты живешь в моей книге и больше нигде!

– Такого быть не может! – задохнулся Иван. – А-а, нет, ты агент Розгина, вернее агентша. Вот я тебя и вычислил. Ой как ловко я тебя вычислил! Отвечай, зачем приперлась?

Я вздохнула и положила на письменный стол свой диктофон, включила его и пошла на кухню варить свой, обычный бабский борщ. Диктофон сипло заговорил голосом министра Розгина:

ЧЕРЕПАХИ В КОСМОСЕ. В 1968 году в космос впервые отправились черепахи. Для полета на борту советского аппарата «Зонд-5» были выбраны две среднеазиатские (или степные) черепахи, которых часто содержат в квартирах в качестве домашних питомцев. Выбрали именно этот вид, так как они не нуждаются в большом количестве кислорода. Кроме того они могут находиться без еды длительное время, и имеют способность погружаться в летаргический сон. Компанию им составили мухи-дрозофилы, жуки-хрущаки и несколько видов растений.

Аппарат совершил первый в истории облёт вокруг Луны и вернулся на Землю 21 сентября 1968 года после недельного полета. Подобравшие в Индийском океане капсулу моряки экспедиционного судна «Василий Головин» были встревожены подозрительными звуками, раздающимися из аппарата. И только связавшись с учеными, спасатели узнали, что внутри шуршат космонавты-черепахи.

Из аппарата животных достали только в начале октября, а когда рептилий доставили в Москву. Черепахи были активны и ели с аппетитом, что неудивительно: за свое путешествие они потеряли около 10% веса. Спустя семь лет СССР также запускал черепах в орбитальные полеты на борту беспилотного космического корабля «Союз-20». Тогда был установлен 90-суточный рекорд пребывания животных в космосе.

Глава 15. Домой

А теперь представьте, с какими чувствами пришлось Водкину-Безделкину есть борщ непонятной гостьи. Он сперва опасался его есть, а потом умял за обе щеки, да ещё и похвалил. Вспомнил о Светке. И после обеда, он решил больше не сомневаться ни в себе, ни в реальности каких бы то ни было миров, ни в призраках, ни в мелькающих туда-сюда женщинах перед его глазами.

– Итак, итак, итак… Женюсь, женюсь, женюсь! – повторил несколько раз Иван Петевич. – Вот допишу книгу и сразу женюсь.

И он с радостью открыл ноутбук и застучал пальцами по клавишам:

Глава последняя. ПЕРЕПЕЛА В КОСМОСЕ. 22 марта 1990 года перепеленок, пробивший скорлупу пестренького серо-коричневого яичка в специальном космическом инкубаторе, был первым живым существом, родившимся в космосе. Это сенсация!

Конечная цель опытов с японскими перепелами в невесомости – создание системы жизнеобеспечения экипажей космических кораблей во время сверх длительных межпланетных космических полетов. Во время таких полетов человеку придется воспроизводить привычную для него земную среду: выращивать растения, разводить небольших домашних животных. Одомашненные японские перепела стали одним из звеньев искусственной космической экосистемы.

С грузовым кораблем на орбитальную станцию «Мир» отправился контейнер с 48 яичками перепела, который космонавты аккуратно поместили в космическое «гнездо». Для сравнения в то же время контрольная группа яиц также находилась в инкубаторе. Сомнений в возможности правильного течения эмбрионального и постэмбрионального развития живого существа в условиях невесомости было множество. Ведь хорошо известно, что яйцо не безразлично к силе тяжести. Ожидание было напряженным, но точно на 17-й день лопнуло на орбите первое пятнистое яичко. Новый космический житель массой всего 6 граммов проклюнул скорлупку. К радости биологов, то же произошло и в контрольном инкубаторе на Земле. За первым цыпленком появился второй, третий… Здоровенькие, шустрые, они хорошо реагировали на звук и свет, обладали клевательным рефлексом. Однако в космосе мало родиться, нужно приспособиться к его жестким условиям. Увы… Перепелята не смогли адаптироваться к невесомости. Они, как пушинки, хаотически летали внутри каюты, не умея зацепиться за решетку. Из-за отсутствия фиксации тела в пространстве они не смогли самостоятельно кормиться и впоследствии погибли. Впрочем, 3 птенца вернулись на Землю, пережив еще и перелет обратно.

Несмотря на то, что перепелки вывели на орбите птенцов, оказалось, для того чтобы у них включились инстинкты, им нужна точка опоры. Без этого они не могут реализовать свои рефлексы. Через четверо суток они уже не могут развиваться, даже если их вернуть на Землю. То есть у нового поколения, которое появляется в невесомости, возникают проблемы жизнеспособности.

Выяснилось, что даже рыбы реагируют на невесомость на генетическом уровне. Хотя они живут в воде и как-бы находятся постоянно в невесомости. Но и у них происходит то же самое, что и у сухопутных животных, – они теряют мышечную и костную ткани. Почему? А вот африканские комарики и мухи-дрозофилы спокойно переживают космические условия. Каким образом? Тоже неизвестно.

Неподалеку от лондонского Гайд-парка находится мемориал, посвященный всем животным, которые когда-либо участвовали в боевых действиях. Одна из надписей этого мемориала гласит: «У них не было выбора».

– Ну всё, роман написан! – решил Водкин-Безделкин. – Захлопнул ноутбук и отправил документ в формате docx Димону Олегичу Розгину.

– А чего так, уже всё? – разочарованно спросила чашка чая, стоящая на письменном столе.

– Ничего, просто закончил и всё. Кстати, раз уж со мной и заварка заговорила…

– Не заварка, а кружка, – обиделась керамика.