Инна Фидянина-Зубкова – На стихи не навесишь замки (страница 164)

На челе не расправит брови:

«Нет на Руси больше воли.

Татар, монгол, печенег —

за набегом набег!

Дитё мрёт не родившись.

Я в степи заблудившись,

не видел б всё это.

Нет плети

на злого Перуна,

наибольшущего вруна,

сулившего милость и счастье.

Эх, с коня не упасть бы,

эка как стремена повисли…

Прости, Перун, мои мысли!»

Так какову печаль

сбирать сильным и смелым?

Был бы воин умелый

и меч —

его голову мудру беречь.

Поле чёрное не от ворона,

поле чёрное — не дожди прошли,

поле чёрное от грозы-беды.

Ты не бей себя кулаком во грудь,

ты не дай душе во грозу уснуть.

Тяжела, лиха наша жизнь-судьба,

наша жизнь-судьба ой как подмела:

смела ворона с пути.

Ты, помор, к нам не ходи;

не ходи до нас, варяг,

у тебя ведь всё не так,

всё не так, как у нас,

не в поту добыт припас,

не тяжёлым трудом,

и твой смысл совсем не в нём.

А мы стоим насмерть

за труд, хлеб и скатерть!

Что ж ты, воин

(вроде бы и не болен)

с поля бежишь

али к бою спешишь?

Волен не волен,

кровью отмоем

страх лошадиный.

Ну что ж ты, былинный:

али силушка ушла

из под ног, из под копыт?

Ты не ранен, не убит.

Вороти-ка коня и

пошла, пошла, пошла!

Пошёл сечь да рубить:

«Малых деток не забыть,

не забыть родную мать!»

Нет, с коня тебя не снять!

Что ты хочешь, злобный тюрок,

от бескрайнейших полей?

Надо, надо (нет, не надо)

крови русской: «Бей, убей!»

На телеги скарб положишь —

в чисто поле увезёшь,

злато, серебро разложишь

и с собою заберёшь.

Налюбуясь ваша баба

на злачёное кольцо,

толь откинет, толь оденет,

да не в пору ей оно!