Инна Фидянина-Зубкова – Былинки от Инки (страница 66)

– Вот это про нас!

Помолилась я солнышку ясному,

помолилась закату красному,

помолилась иве плакучей,

помолилась сосне колючей.

Зарубила я чудище злое,

завалила змея дурного

о семи головах,

о семи языках,

о семи жар со рта,

два великих крыла;

отлеталась гадина,

пахнет уже падалью.

– Ты прости меня, мать,

что пошла я воевать;

ты прости меня, отец,

что растёт не пострелец,

а сила, сила, силушка

у дочери Былинушки!

Старый, старый ты козёл,

сам Былиной дочь нарёк.

Как обозвал, так повелось:

она дерётся, ты ревёшь.

Сейчас помолится,

за меч и в конницу:

доскачет аж до Урала,

тунгуса там повстречает,

вернётся брюхатая.

Огреет соха твоя

по её пузу,

и не дождёшься ты тунгуса,

и никакого другого внука.

Вот наплачетесь вы со старухой!

А дочь родная Былина

лет под сорок доспехи снимет

и грехи ваши уже не замолит.

Кто же с этим поспорит?

– Оротай, Оротай, Оротаюшка,

пошто пашешь от края до краюшка

нашу Русь такую раздольную?

Ты мужицкую душу привольную

не паши, Оротай, не распахивай,

ты сохою своей не размахивай,

дай пожить нам пока что на воле,

погулять на конях в чистом поле!

Вздохнул Оротаюшка тяжко,

пот холодный утёр бедняжка

и кивает башкою аршинной:

– Ах, богатырь былинный,

пока ты на коне катаешься,

шляешься да прохлаждаешься,

плачет земля, загибается,

без мужика задыхается! —

и дальше пошёл пахать

от края до края Русь-мать.

Богатырь былинный задумался:

– Землю нужно пахать, но не думал я,

что от края до края надо её испохабить.

– Ах ты, пахарь похабник! —

и пошёл мечом на Оротая.

Осталась лишь горка крутая

от нашего Оротаюшки.

Так пахать или не пахать: как вы считаете?

Соловей, Соловей,

ты не пой, ты не пей