Инна Демина – Красной планеты Надежда (страница 22)
Да, невежливо. Но слушать ее философствования у меня нет ни желания, ни времени.
– Тебя? С инфекцией? – вскинула брови Кочетова. – Нет, он что-то путает. Ты с инфекцией поступила, это не его профиль. Даменецкий – хирург, да еще и со специализацией пластического. Нос мне отличный сделал, как в молодости. Ну, и все лицо заодно. Потому я и выгляжу моложе своих лет. Но ты ничего не слышала!
Я заверила Эльвиру, что ее тайна умрет со мной. А потом поинтересовалась:
– А ты сама где была вчера утром?
После новой порции шуток по поводу моего участия в расследовании я все-таки получила ответ:
– В лаборатории. Пошла туда сразу после завтрака, и не одна, а в компании подчиненных – Чжу-Гао, Саамади и Зимовченко. Там и была до обеда. Потом сходила на обед в жилой модуль опять вместе с подчиненными. Вернулись всей толпой и работали спокойно, пока…
Но прежде, чем она озвучила причину досрочного прекращения трудового дня, в оранжерею вошла Даша. Вошла, увидела Эльвиру и быстро выскочила вон. Так быстро, что я ей даже не успела рукой махнуть.
– О, видела? – усмешка Кочетовой стала поистине зловещей. – Бегает от меня. Не рискует на глаза попадаться, зараза. И правильно…
– Ты все еще злишься из-за Хоффмайера? – сделала я предположение насчет того, почему Даше следует держаться подальше от новой начальницы.
– Злюсь, конечно, – не стала отрицать Эльвира. – А еще сильнее злюсь из-за того, что эта идиотка сорвала нам всю работу лаборатории! Уронила пробирку с биоматериалом, а потом, видимо, чтобы наверняка, еще и раздавила ее! Оступилась на каблучищах своих, и вот, пожалуйста! А там прототип был, понимаешь! Гибрид! Агрессивный для человека! Естественно, датчик засекает в воздухе лаборатории опасное содержание микроорганизмов, звучит сигнал тревоги, все в спешке и респираторах покидают лабораторию, потом еще два часа торчат в дезинфекционной. Сам ангар 1-3 тоже закрыт на дезинфекцию, дня на два работа встала. Почему я, думаешь, тут сижу, а не над микроскопом корплю, последнюю загадку Гедеона решая?
Я только головой покачала. Происшествие в биолаборатории стало для меня новостью! Странно, что Даша еще не написала мне о нем… С другой стороны, я, уточнив у Кочетовой, когда именно произошел инцидент с пробиркой, уверена: мою подругу можно вычеркнуть из списка подозреваемых – на время убийства Хоффмайера у нее точно алиби. Хотя она, теоретически, вполне могла бы надеть скафандр Вика – высокая, стройная…
– Ладно, иди уж, – Эльвира кивком указала на дверь оранжереи. – А то заждалась подружка, аж подпрыгивает… Ты, Надя, не принимай близко к сердцу то, что я тебе тут наговорила. И я надеюсь, что все это останется между нами.
Я пообещала, что так и будет. И поспешила к выходу из оранжереи, решив, что с ботаниками поговорю позже.
– Надя, там «Шершень» прилетел! – обрадовала меня Даша, указывая рукой в небо.
«Шершнем» тут называли мобильный модуль, летающий по воздуху, который доставлял космопилотов на Фобос и обратно. Егор вернулся!
И в подтверждение тому на мой голопланшет тут же поступило сообщение от него: «Зайка, я уже в шлюзовой! Встречай!».
Конечно, мы с Дашей побежали к шлюзовой платформе. Однако, как не радовалась я возвращению любимого, прояснить ситуацию с Хоффмайером все-таки стоило. Не люблю лезть в личную жизнь других людей, даже подруги, но другого выхода нет.
– Даш, у тебя что-то с Хоффмайером было? – пересилив себя, спросила я.
Подруга резко остановилась и, обернувшись ко мне, удивленно вскинула брови.
– С чего ты взяла? – спросила она таким тоном, будто я объявила ей, что Марс плоский.
Потом бросила взгляд в сторону оранжереи и скривилась, будто лимон разжевала.
– А, понятно, Кочетова напела… Вот змея! Повезло ей на старости лет – Хоффмайер на нее позарился, вот и видит угрозу своему счастью в любой представительнице женского пола. А уж если она молодая и красивая, то вообще туши свет! Ты даже не представляешь, как она меня прессует! Ну, начальник не выдержал, заступился пару раз за меня, так она ему потом такие сцены ревности закатывала, что стены дрожали. Мрак! И меня, видимо, в его любовницы записала, ходит теперь, сплетничает!
– Извини, но… я должна была спросить, – стушевалась я.
Дарья с ироничной полуулыбкой постучала мне пальцем по лбу.
– Надежда! Думай головой, прежде чем принять на веру чьи-либо слова! Ну, сама подумай, зачем мне Хоффмайер? Он же старый, страшный, зануда, да еще и ниже меня ростом! Совершенно не мой тип.
Тон ее был столь уверенным, а удивление от того, что я записала ее в любовницы Хоффмайера, столь натуральным, что я ей поверила. Более того, ощутила укол стыда – и как я могла подумать о ней такое?! Нет, все, конечно, может быть, но… В общем, развивать тему взаимоотношений моей подруги и ее покойного начальника я не стала. Перевела тему на вчерашнее происшествие в биолаборатории:
– Кочетова на тебя еще и за вчерашнее злится…
Даша помрачнела.
– Сама не понимаю, как такое произошло… Но, по уму, она тоже виновата – знает же, что я личный ассистент герра Хоффмайера, но отправляет меня в криохранилище за биоматериалом как какого-то младшего научного сотрудника! Начлаб так ни за что не поступил бы – он педант до мозга кости, скорей съест инструкцию, чем ее нарушит! А Эльвира в его отсутствие всегда распоясывается. Вот и отправила меня. А дальше… Как-то само собой получилось. Пишем теперь объяснительные всей лабораторией.
Я окончательно успокоилась – Даша к убийству Хоффмайера не имеет никакого отношения. Более того, ей невыгодна его смерть, ведь других защитников от Эльвиры у нее нет.
– Но есть и плюс: два, а то и три дня выходных, – Даша вдруг заулыбалась и подмигнула. – Есть возможность, хоть и с опозданием, но отпраздновать мой день рождения, а?
– Отличная идея! – одобрила я. – Может, пообедаем все вместе?
– И пообедаем, и поужинаем, и потанцуем, – с уверенностью заявила Даша. – День рождения только раз в году бывает!
Мы поспешили к шлюзовой платформе, к которой уже пристыковался «Шершень». Мысль о том, что Даша не очень-то опечалена гибелью начальника, я старательно гнала прочь. И все никак не могла понять, что царапнуло меня в рассказе Эльвиры – какая-то смутная мысль плавала на самом краю сознания, но, стоило мне попытаться рассмотреть ее, как она тут же ускользала. Раз так, решила я, шероховатость большого значения не имеет. И с легкостью забыла о ней – еще бы, у меня за спиной будто крылья выросли. Ведь еще немного, и я обниму Егора! Тут уже не до шероховатости…
Глава 5
Я бросилась к Егору, едва он вышел из шлюзовой, обняла его крепко, заглянула в любимые карие глаза, поцеловала подумала, что Егору, определенно, было бы некомфортно в скафандре Вика – он ниже всего на полголовы, но телом гораздо мощнее. Впрочем, о чем это я? У него стопроцентное алиби и на момент гибели Хоффмайера и на время, когда неизвестные резали стену каюты Полторахина – он в это время дежурил на модуль-станции, а оттуда просто так на полчаса не отойдешь.
– Зайчонок! – он привлек меня к себе, обняв одной рукой. – Рад тебя видеть! Соскучилась?
– Конечно! – я, счастливая, прижалась к нему всем телом. – Я тоже очень рада!
– Зая, все смотрят, – шепнул он, отстраняя меня.
Мягко, но уверенно, лишив меня возможности обнять его снова. Меня это не то чтобы обидело, но царапнуло неприятно. Со стороны все выглядело вполне прилично, а о том, чтобы держать наши отношения в тайне уговора у нас не было. Впрочем, Егор, наверное, устал за двое суток на модуль-станции, вот и нервничает. Он, когда устает, раздражается на все. Зато, как выспится, снова становится милым и спокойным. Как и все мы.
– Привет, Цветанов! – Даша подошла следом за мной и остановилась в полушаге от нас. – Как на Фобосе дела? Летает?
– Фобос в порядке, – с улыбкой ответил Егор. – С прошедшим днем Рождения, Даша!
– Спасибо! – моя подруга улыбнулась в ответ. – Сегодня отпразднуем?
Все как обычно, в своей шутливо-ехидной манере. Но сейчас в ее голосе мне вдруг послышались бархатные мурлыкающие нотки. Примерно тем же тоном говорил со мной Вик, забываясь… Она что, флиртует? Или это уже больше, чем простой флирт или намек, это… обещание? Очень личное такое обещание, интимное даже. Как будто это она его девушка, а не я!
Миг – и наваждение рассеялось, Даша привычно съязвила, Егор с глухим раздражением отшутился. А я подумала, что перенервничала из-за событий последних суток, вот мне и мерещится всякая ерунда. Отогнав неприятные мысли, я предложила подруге и любимому отправиться в столовую прямо сейчас и пообедать всем вместе. Те идею поддержали – время-то как раз обеденное.
По дороге к жилому модулю мы втроем непринужденно болтали, однако, стоило нам усесться за столик с полными подносами еды, как настроение у Егора начало стремительно портиться, просто-таки на глазах – вернулись раздражительность и желание цепляться к словам. Так давала себя знать усталость, подкрепленная тем, что кровь от головы отливала к желудку. И вот уже мой молодой человек не участвует в беседе полноценно, а только кивает – сначала к месту, а после невпопад, а под конец и вовсе почти клюет носом, подперев голову кулаком. Так что я, пообещав Даше встретиться с ней позже, предложила Егору отправиться в каюту и поспать, и даже вызвалась проводить его. Пусть отдохнет до ужина, а дальше видно будет.