Инна Баринова – Не та что ушла в монастырь (страница 8)
Глава 9. Оттепель
Понедельник. Сергей не пришёл. Анна выходит из храма после работы и смотрит на пустое место, где обычно стояла его машина. Она ловит себя на этом взгляде — и одёргивает.
— Слава Богу, — говорит она вслух. — Отстал.
Она идёт на остановку. Автобус пустой. Она садится у окна и всю дорогу смотрит на дверь, ожидая, что он войдёт. Он не входит.
Вторник. Сергея нет. Анна работает в лавке, но мысли её далеко. Она путает свечи, дважды даёт сдачу не тому человеку. Раиса Павловна замечает:
— Ты чего, Аннушка? Сама не своя.
— Всё нормально, — отвечает Анна, но голос её звучит фальшиво.
Вечером она открывает дневник и пишет:
Она закрывает дневник, но чувствует, что слова на бумаге — ложь. Ей не слава Богу. Ей пусто.
Среда. Она выходит из храма и видит чёрную машину. Сергей стоит у капота, греет руки в карманах. Увидев её, улыбается.
— Привет. Соскучилась?
— Нет, — отвечает она слишком быстро.
— А я соскучился. Работа завалила. Но теперь я свободен.
Он открывает дверцу машины.
— Хочешь, прокатимся? Я знаю одно место. Там красиво.
Анна смотрит на машину. Внутренний голос, который она так хорошо знает, шепчет:
— Хорошо, — говорит она. — Недалеко только.
Она садится в машину. Внутренний голос замолкает. Или она перестаёт его слышать.
Сергей везёт её за город, на смотровую площадку на холме. Оттуда виден весь город — огни, дома, церковные купола.
— Красиво, — говорит Анна, и это правда.
— Я сюда часто приезжаю, когда думается, — говорит Сергей. — Там, внизу, всё суета, а здесь — тихо.
Они стоят у ограждения. Ветер, снег под ногами, вдалеке — закат. Анна смотрит на город и вдруг чувствует себя так, будто смотрит на свою прошлую жизнь. Там, внизу, её келья-квартира, её храм, её иконы, её молитвы. Всё это кажется таким далёким сейчас.
— О чём думаешь? — спрашивает Сергей.
— О том, что я здесь, — честно отвечает Анна. — Я не должна была здесь оказаться.
— Почему?
— Потому что я... я другая.
— Другая? — он поворачивается к ней. — Анна, ты такая же, как все. Ты просто боишься это признать.
— Я не боюсь.
— Боишься. Ты боишься, что если позволишь себе быть обычной — ты перестанешь быть особенной. А ты хочешь быть особенной.
Анна смотрит на него. Он снова сказал то, что она не решалась сказать себе.
— А вы? — спрашивает она. — Вы особенный?
— Я обычный. Мне это нравится.
Он достаёт из машины термос с чаем, наливает ей. Они пьют чай, глядя на закат.
— Расскажи о себе, — просит Сергей.
— Что рассказать?
— Всё. Почему ты стала такой? Кто тебя обидел?
— Никто меня не обижал.
— Тогда почему ты спряталась?
Анна молчит. Потом начинает говорить. Сначала нехотя, потом — всё свободнее. Она рассказывает об отце, который ушёл, когда ей было пять. О матери, которая так и не простила. О том, как впервые пришла в храм и увидела ангела на иконе. О том, как решила, что Бог — единственный мужчина, который её не бросит. Сергей слушает. Не перебивает. Не даёт советов. Просто слушает. Когда она заканчивает, у неё были мокрые щёки. Она не заметила, как начала плакать.
— Прости, — она вытирает лицо рукавом. — Я не должна была...
— Не извиняйся. Ты никогда не рассказывала это никому?
— Нет.
— Почему мне?
Анна думает. Потом отвечает:
— Потому что вы... вы спросили.
Сергей смотрит на неё. В его глазах — не жалость. Что-то другое. Уважение, кажется.
— Ты сильная, — говорит он. — Ты не сломалась после того, что с тобой сделали.
— Со мной ничего не делали. Я сама выбрала свой путь.
— Тебя бросил отец, мать тебя не понимает, ты росла одна. И ты выжила. Это называется сила.
Анна никогда не думала о себе в таких терминах. «Сильная». Она всегда считала себя слабой — потому что пряталась. Но может быть, выжить — это тоже сила?
Они возвращаются в город поздно. У её дома Сергей выключает двигатель.
— Анна, — говорит он. — Я хочу, чтобы ты знала. Ты не обязана быть только тем, кем ты стала, когда тебе было пять лет. Ты можешь быть кем захочешь.
— Я хочу быть в монастыре.
— Ты уверена?
Она смотрит на него. Хочет сказать «да». Но слово не выходит.
— Увидимся завтра? — спрашивает Сергей.
— Увидимся.
Она выходит из машины. Идёт к подъезду. На полпути оборачивается. Сергей всё ещё сидит в машине, смотрит на неё. Она машет рукой. Он улыбается.
Анна сидит на кухне, пьёт чай. Перед ней — духовный дневник. Она открывает его и смотрит на то, что писала раньше. Слова кажутся ей чужими. «Сосуд чистый», «Небесный Жених», «бесплотное естество» — откуда всё это? Кто это писал? Она закрывает дневник и убирает его в ящик стола. Не под иконы, а просто в ящик. Она встаёт перед иконой. Смотрит на Богородицу.
— Я не знаю, что со мной, — шепчет она. — Я не знаю, кто я. Я думала, я знаю, но теперь... Я не хочу быть с ним. Или хочу? Я не понимаю.
Она ждёт ответа. Тишина.
— Ты молчишь. Почему Ты молчишь?
Тишина. Анна ложится спать. Перед сном она не молится. Она просто лежит и смотрит в потолок, думая о синих глазах, о закате, о том, как он слушал.