Импера Трайс – Демон и Птичка (страница 13)
– Что мешало тебе просто отпустить контроль? Нам обоим было бы хорошо!
Я постаралась собраться с силами и твёрдо говорить.
– Вы знаете, что я дала клятву больше не иметь отношений с мужчинами? Я клялась на могиле матери, ибо я не хочу никогда больше страдать так, как тогда. А с вами я точно буду страдать… Мы из разных миров, я вам не подхожу. Такие как вы просто трахают таких как я, а потом женятся на девушках своего круга и достатка. Я не хочу снова быть использованной!
– Птичка, после всего того, что между нами происходило в эти месяцы, ты серьезно думаешь обо мне такое? Ты считаешь, что я настолько испорченный? – с болью выпалил он.
Я молчала, не зная, что ответить.
– Какая же ты сука, оказывается! – он встал, опрокинув стул под собой и ударил кулаком в вазу с розами. Ваза упала на стол, разбилась и холодная вода потекла на пол и на мои ноги.
Кайзер в спешке покинул дом, будто бежал из него, а я, рыдая, собирала розы с разгромленного стола.
Глава 23
– Привет, пидор, помнишь меня?
Алессандро ссыкливо пискнул на том конце провода.
– Значит так, завтра в 15.00 подъедешь на старое место и привезешь мне соглашение о расторжении контракта между мисс Ливанская и вашей конторой. Оформленное, естественно, без участия Ливанская. Так же мне нужен и старый контракт, с её живой подписью и распечатанные сканы всех её документов, которые у вас есть. В хорошем качестве. Сделаешь – получишь в пять раз больше, чем раньше, плюс её штрафную выплату. Не сделать – не вариант. Усвоил?
– Усвоил.
– Молодец, шестёрка, работай.
Я гнал кибертрак по шоссе, выжимая из него всё, на что он способен. Послушная машина чувствовала моё настроение и разрывала сумрак, пронизанный струями дождя.
Птичка должна быть заперта в золотой клетке. Я отдрессирую её так, чтобы она скакала передо мной на жёрдочке по первому свистку. Я создам ей такие невыносимые условия, чтобы она сама приползла ко мне и молила о пощаде. Если считает меня плохим – значит, пусть и получает соответствующе.
В последний раз я чувствовал себя так, когда только вышел из тюрьмы. Я страстно желал поставить на колени всю Вселенную и дать в рот этой Вселенной. Меня крыло так, будто я обдолбался всем, чем только возможно.
Я мчал на другой конец города, к своему агенту Полу. Он был единственным человеком, который нужен мне сейчас.
Много лет назад я, спрятав лицо кепкой и капюшоном, припёрся в бар посмотреть, как выступает моя старая группа. Зрелище было убогое и я свалил на крыльцо, где стрельнул сигарету у молодого парня с явно мексиканскими корнями и этническими татуировками. Мы познакомились и разговорились – парень представился Полом и являлся он не кем иным, а агентом моей старой группы. С первых часов взаимодействия я почувствовал в нем потенциал, ответственность и сильный стержень и, не задумываясь, предложил «переметнуться» ко мне. Пол не колебался ни минуты и мы вместе покинули заведение, чтобы отметить новое партнерство в соседнем баре. Тогда Пол еще не знал, что ушёл к бывшему фронтмену выступающей в баре группы. А когда узнал, дружеская связь между нами была настолько крепка, что он простил мне эту маленькую шалость. Да, я хотел поднасрать бывшей группе, но если бы Пол не работал у них, я бы все равно его позвал. А так – убил двух зайцев, получается.
Пол был ярым женоненавистником, хейтером любви, привязанности, партнёрства, но не оттого, что был мудилой – так распорядилась личная драма в его жизни. Я много раз предлагал ему сходить к психотерапевту, но он упорно отказывался. И сейчас, мне нужна была его энергия, его женоненавистничество. Пусть надаёт мне отрезвляющих пощечин и вставит мозг на место.
А ещё Пол – первоклассный собутыльник, который не остановится, пока не вылакает всё, что есть в доме. И это тоже мне сейчас нужно, я хочу нажраться и не помнить себя.
– Бро, ещё в тот день, когда Анна отказалась поехать на кофе, я сказал тебе, что она набивает себе цену. После того, как ты дал ей бабки, она должна была сама встречать тебя на пороге дома с распростертой писькой.
Мы дымили сигаретами и глушили вискарь на кухне его холостяцкой хаты. Через открытую балконную дверь к нам врывался холодный ветер, вперемешку с каплями дождя, трепал занавески и подслушивал разговор.
– Пол, она не набивает себе цену. Она – травмат. – сказал я, имея ввиду травмированность Анны, хотя сходство с травматом, который стреляет в тебя очередью ядовитых пуль тоже удачное.
– Ты не обязан разбираться с её травмами. Травмы каждого отдельного человека – это сугубо его ответственность, никто не должен разгребать чужое дерьмо. Только своё собственное.
– И чего тогда ты своё не разгребаешь? – воскликнул я, вдавливая окурок в пепельницу.
– Мне и так нормально. Я хоть не страдаю из-за какой-то неопределившейся бабы. Ты нарушил свои принципы ради неё, почему же она не захотела сделать так же?
На следующий день, страдая от похмелья и всё той же душевной пустоты, я отлежался в берлоге Пола и позавтракал Алкозельтцером. Повзаимствовав чистый спортивный костюм и кепку Y-3 я выехал на встречу с Алессандро. Говнюк принес, всё, что я требовал. При нём я сделал обещанные денежные переводы и свалил, не прощаясь. Меня уже ждал юрист.
– Оформите, пожалуйста, договор об оказании услуг между мной и моей домоправительницей на пять лет. В случае увольнения она должна выплатить мне компенсацию в размере 5 000 000 USD.
Лицо пожилого юриста вытянулось и он поинтересовался, где вторая участница договора.
– Здесь! – буркнул я и бросил ему на стол толстую пачку долларов.
Юрист молча сгрёб её в верхний ящик стола и принялся за работу. Я знал, что этот старик искусно умеет подделывать подписи.
Я улыбался самой дьявольской, самой сумасшедшей, самой нечеловеческой улыбкой на свете. Может, добавить в договор графу об оказании интимных услуг с подробным уточнением всех способов, которыми она должна будет меня удовлетворять и всех дырок, в которые я имею право спускать? Заманчивая идея, но насиловать её я по прежнему не хочу. Сама приползёт и будет умолять меня оттрахать её, я добьюсь этого, отвечаю.
Договор был у меня на руках. Птичка заперта в золотую клетку.
Я заехал в алкомаркет, затарил полный багажник машины и выехал к Полу.
Глава 24
Нила не было дома две недели и я снова погрузилась в тоску, в которой пребывала во время его тура по Австралии, только теперь мы не поддерживали связь. Я невыносимо скучала и была готова уже на всё, лишь бы он вернулся и я удостоверилась, что он живой и здоровый. Картина со всеми её персонажами осуждала меня, мол из-за меня хозяин не хочет жить в собственном доме. Каждый день я готовила еду и ждала, ждала, и каждый день приходилось скармливать это всё Порку. Порк жаждал романтических подробностей продолжения нашей встречи, на которой Кайзер одарил меня розами, но я, естественно, не могла таким делиться. Розы зачахли через сутки после уезда Нила и я с огромным сожалением их выбросила.
Я думаю, пора решаться. Пора увольняться, пока я не погибла окончательно. У меня на счету есть сто тысяч от Кайзера, мне хватит, чтобы выскочить из Clean&White и спокойно прожить несколько месяцев. Уеду в Охайо, всегда мечтала там побывать – это очень живописное, наполненное красками место, где современный город живёт в симбиозе с природой, сельской жизнью, фермерскими хозяйствами. Отдохну там и начну новую жизнь. Главное – скопить достаточно сил и смелости сообщить об увольнении Кайзеру.
С этими мыслями я сидела в маленьком кресле у окна в пол, в своей комнате, готовясь ко сну. Я любовалась пейзажем. Снова шёл дождь и его дымка, сплетаясь с огнями города и фарами машин, окрашивалась в жёлто – красные цвета. Город Ангелов так и не стал для меня родным, и в своей стране я уже давно была чужой. Так и зависла, меж двух миров, не найдя своего собственного.
Мои мысли прервал до боли знакомый звук.
Я не шевелилась в своем кресле, слушая возню на нижнем этаже и тяжелые шаги по ступенькам. Мне захотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю, лишь бы не находиться в одном доме с этим мужчиной, иначе, совершенно точно, я пропаду.
От громкого стука в дверь моё сердце чуть не выскочило через горло.