Иман Кальби – Шериф. В плену молодого шейха (страница 6)
Нахлынувшее чувство паники и беспомощности тут же отступило место сладкому взрыву, когда он нежно, на контрасте, поцеловал мою поясницу. Потом каждую косточку- до шеи. Все еще во мне, все еще не шевелясь.
- Ощущаешь мою пульсацию?- хрипло прошептал в ухо,- твоя вагина привыкла к нему и уже подстроилась. Это женская природа… Принимать раньше, чем это поймет мозг… Потому что мозг вас, женщин, слишком засорен ненужным… А тут…- нырнул руками вниз и сдавил мой клитор,- ваша истинная суть…
Непроизвольно сама подалась ему на встречу- и это стало сигналом и моей готовности, и капитуляции.
Задвигался снова и снова. Все резче, активнее, неистовее…
Господи, почему я так наслаждаюсь этой грубостью и дикостью?! Почему кайфую так, как никогда не кайфовала?! Сейчас я понимаю, что мой секс с мужем даже в наши лучшие времена был просто жалкой пародией на удовольствие! Вот почему мне и было плевать на эту часть нашей жизни все эти годы! Если бы я хоть раз испытала в постели такое, как с молодым арабом, разве я бы мирилась с тем, что всю свою семейную жизнь просто существовала, стоически терпя неприятные ласки…
Не выдержала. Сначала простонала- вымученно, долго, протяжно…. А потом закричала его имя, когда он вошел в меня особенно резко, грубо.
Он двигался властно, неумолимо, с каждым толчком унося остатки разума.
-Хочу твои глаза!- свирепо прохрипел и снова перевернул на спину.
Я царапала его спину, впивалась ногтями, кусала плечо, вдыхала его пот и мускус.
Он был штормом, я - песком, разметанным по подушкам. И вместе мы были стихией, что бушевала снаружи. Он поднимал меня к вершине и снова бросал вниз, и я кричала, срывалась, цеплялась за него, как за последний якорь в этом мире.
Сливались не только физически. Мы сливались взглядами, сердцебиением, шепотом… Наш пот перемешивался, пили слюну друг друга.
Изнемогали и снова заряжались какой-то удивительной, теплой-теплой космической энергией.
Он кончил с рыком, сжимая меня до боли. Я растворилась в нем. В его теле. В буре. В этой ночи, когда небо склонилось до земли, а все джинны, уже не прячась, плясали вокруг нас, завидуя.
Шериф был неутомим. Снова и снова входил в меня, пока мы не забыли, кто мы и где. Только движение. Только дыхание. Только жар.
Когда нас отпустило, я лежала на его груди, а он гладил мои волосы.
Пустыня замерла, сытая страстью.
Оба знали, что это наш первый и последний рассвет.
В этом моменте и был его ответ- я из тех впечатлений, что станут воспоминаниями…
Глава 7
Глава 7
Рассвет настал без предупреждения. Пустыня совсем утихла. Воздух стал прозрачным, беззвучным. Ветра больше не было. Только покой. Только безмолвие, нарушаемое лишь моим редким дыханием.
Я лежала на его груди, опустошенная и напоенная одновременно. Сил не осталось совсем. Тело было мокрым, липким, но все еще трепещущим от произошедшего. Я закрывала глаза - и вспышки этой ночи вновь и вновь пронзали разум.
Его губы на моей груди. Его пальцы, рвущие ткань и преграды моей пристойности. Рык в его горле, когда он входил в меня. Его жажда. Его молодость. Его неуемность. Бог мой… он не знал усталости. Казалось, он пил меня, как воду, и не мог утолить жажду.
Я прошептала его имя снова, не осознавая, что говорю это вслух. И в ответ он шевельнулся, его ладонь легла на мой живот.
- Ты вся дрожишь, - пробормотал он, сонно, но с улыбкой.
Я коснулась его лица, провела по линии скулы, по губам. Он был нежен. Странно нежен.
- Все это неправильно… - прошептала я, почти не веря, что говорю эти слова.
Он посмотрел на меня. Глубоко. В самую суть.
- Нет такого понятия, как «неправильно», Марго. Это снова нелепые преграды европейцев, живущих по чужим законам… Есть только «Мактуб». Проведение…- произнес одними губами.
Предначертано.
Я знала это почти сакральное слово для всех арабов…
Так много и так мало в нем.
Так страшно и так влекуще…
Я хотела возразить, но он снова прижал меня к себе, поцеловал в висок, и я растаяла в этом прикосновении.
Снаружи пустыня светлела. Лучи рассвета прокладывали себе дорогу сквозь полог. Тишина стала почти звенящей, как перед грозой.
- Что будет дальше?- испуганно прошептала я. Когда я нервничала или боялась, я начинала очень много говорить, - машину, должно быть занесло песком? Я видела такое в фильме «Английский пациент». Там было про попавших в египетской пустыне в песчаную бурю путников… Там…
Шериф не дал мне договорить непонятно что… Просто взял и одним рывком притянул к губам, остановив словесный поток.
Глубоко поцеловал, страстно, со смыслом…
Потом заглянул в глаза. Глубоко-глубоко…
- Ты самая красивая женщина, которую я видел в этом мире, Марго…- улыбнулся мягко… Так щемяще искренне, что у меня сердце зашлось…
- Не придумывай… Я… обычная… старая…
- Какая чушь в этой умной европейской головке…- тронул меня игриво по волосам,- нет такого понятия, как возраст, у женщины. Вы, европейцы, утверждаете, что свободны и продвинуты, а сами как ходили под стол в Средние века, когда в арабском мире уже была великая цивилизация, так и ходите… Мудрость и ум народа не в прогрессе техники, которая в одночасье встанет, если природа перестанет давать человечеству естественные, казалось бы, вещи- свет, солнце, ветер, газ и нефть, воду… Мудрость в понимании истины… Женщину судят не по ее годам, а по ее харизме, внутреннему свету, сексуальности… Знаешь про Джейн Дигби? Отважную англичанку, которая бросила английский двор и свою гламурную жизнь и переехала в дикую сирийскую пустыню к молодому бедуинскому вождю? Она каждое утро омывала ему ноги, а он…
Шериф снова улыбнулся и опрокинул меня на подушки.
Опять готов… Какая же все-таки сила и энергия в этих молодых мужчинах… Неистовая, воскрешающая…
Мое дыхание тоже сбилось от нарастающего возбуждения.
В этот момент я услышала – шум и шаги.
Тихие, осторожные. Кто-то приближался к нашей палатке.
Шериф замер, резко поднявшись на локтях.
- Шаги по песку. Человеческие. - прошептал он. Его голос стал снова твердым, как клинок.
Мое сердце в тот же миг сорвалось в бешеный галоп. Я метнулась к своим вещам, хватая одежду, вернее то, что от нее осталось. Он молча натягивал свою.
- Это охрана, - сказал он, подойдя к входу и приникнув к расщелине между тканями. - Они пришли за нами.
Я одевалась дрожащими пальцами, волосы спутаны, тело еще влажное от его поцелуев. Мысли метались, как испуганные птицы.
Про себя возрадовалась, что поверх поло надела пиджак- сейчас он единственный прикрывал мою наготу после его страстных порывов. На шее замотала платок, которым прятала лицо. Не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понимать, что шея вся в следах его страсти…
Он повернулся ко мне.
- Расслабься, Марго. Во время бури в пустыне действуют другие законы. Они отличны от законов, придуманных людьми. Тебе не о чем сожалеть или стесняться…
Я кивнула. Он смотрел мне в глаза, как будто впечатывал в них себя.
Явно хотел что-то еще сказать, но не успел…
Снаружи кто-то кашлянул и негромко окликнул:
- Ваше Высочество?
Я в последний раз посмотрела в глаза Шерифа- нет, не наследника престола богатейшей страны, впереди у которого яркая жизнь, тысячи женщин и больших свершений. В глаза моего дикого неистового бедуина, показавшего мне, кто такой пустынный джинн и как быть женщиной…
Запомню этот момент.
Зависну в нем.
Это мое самое яркое, самое животворное и важное воспоминание…
Возможно, судьба не зря послала мне все то, что было до, чтобы случилась эта ночь…