Иман Кальби – Шериф. В плену молодого шейха (страница 7)
Вот так в полотне всей жизни важным на поверку может оказаться только короткое мгновение в масштабах твоего бытия…
Мгновение - и все оборвется.
Глава 8
Глава 8
Полог шатра колыхнулся. Я затаила дыхание. Шериф шагнул наружу - спина прямая, взгляд твердый. Ветер вновь поднялся легким дуновением, подняв пыль у его ног, будто бы сама пустыня пыталась замести следы ночной страсти.
Я осталась внутри. Одна. Сквозь щель в ткани видела, как он заговорил с кем-то. Фигуры появились одна за другой: охранники в черных очках и… Он. Лично. Фахд. Правитель Эмиратов собственной персоной. Его силуэт невозможно было спутать. Высокий, величественный. В глазах - тяжесть и что-то еще. Слишком острое. Слишком личное.
Он не спешил заходить. Смотрел на сына. Смотрел на полог шатра.
Трясущимися пальцами собрала волосы, стараясь не думать, как я выгляжу. Но знала: достаточно одного взгляда, чтобы все понять.
Еще мгновение- ткань заколыхалась.
Фахд молча вошел в шатер. Его взгляд упал на меня - сдержанный, будто он заранее взвесил все эмоции и оставил только ледяной остаток. Но в этом остатке пульсировало знание. Он прекрасно понимал, что между нами произошло ночью.
Я тут же подобралась и подскочила на ноги. Стояла, как провинившаяся девочка, и не могла ни произнести что-либо, ни поднять глаза. Он медленно обвел шатер взглядом, будто фиксировал каждую складку подушки, каждую неровность ткани.
- Возвращаемся, - сказал, наконец. Голос был глухой, ровный, но внутри этого голоса звучал приговор.
Наверное, эта его лаконичность была красноречивее чего-то зычного и велеречивого…
Вышел первым.
Шериф тут же последовал за отцом, опустив глаза. Когда я тоже вышла, он не посмотрел на меня. Я искала его взгляд - нет, не так. Я хотела, чтобы он нашел мой. Чтобы сделал хоть шаг. Но он оставался статуей. Наследник пустыни. Молчащий, будто все, что было между нами, растворилось, как мираж.
Понимала, что так правильно. Что так неизбежно.
А сердце все равно сходило с ума от боли…
Поездка назад была немой пыткой. Машина скользила по барханам, как по нервам. Внутри меня - пустота. Тело ломило, но больше всего болела душа.
Почему кому-то так легко придаться сладкому греху, а потом испытывать только радость воспоминаний от физической близости? Почему мне так сложно сейчас?
Я закрыла глаза. Хотела стереть, забыть. Но все вспоминалось с ужасающей яркостью: его кожа, его дыхание, его шепот.
Когда машины подъехали к дворцу, первым, кого я увидела, был мой муж...
Георгий выскочил из машины, взъерошенный, взбудораженный.
- Маргарита?! Где ты была?! Черт возьми, ты знаешь, как я испугался?! Я решил, что с тобой что-то случилось!
Я прошла мимо него, даже не остановившись.
Не могла больше играть. Не сейчас. Не после того, что было…
- Не дождешься, - только лишь бросила ему на ходу.
И только у входа, в отблеске мрамора, позволила себе дрожь, которая тут же сменилась сковывающим ужасом…
Потому что на встречу мне вышел сурового вида высокий мужчина, одетый в традиционный наряд.
Его действия были порывистыми. Сам он без зазрений совести вторгся в мое личное пространство и застыл.
Озадаченно перевела глаза назад. Мужчины аналогичного вида теперь подошли и к муженьку.
Мгновение- и его руки скрутили.
На губах застыл немой вопрос и возмущение.
- Вы не имеете права! У меня дипломатическая неприкосновенность!- закричал он.
В эту самую минуту на мое плечо тоже легла тяжелая рука.
Я в панике очертила взглядом периметр- кроме нас во дворе никого не было. Видимо, Правитель с сыном при въезде на территорию свернули к какому-то другому въезду, а нас оставили одних…
- Мадам Посол, прошу проследовать за мной,- на ломанном английском произнес мужчина,- Ваш супруг обвиняется в шпионаже и махинациях. Было бы благоразумным, если бы вы проявили кооперабельность при допросе…
Глава 9
Глава 9
Сумерки снова опускались на дворец, окутывая его старинные залы мягкой золотистой пеленой, но внутри царила та же напряженная тишина, что и утром во время нашего разговора. В одной из дальних комнат, где свет проникал лишь сквозь тончайшие узоры оконных решеток, шейх Фахд стоял у машрабии, задумчиво глядя на песчаную даль. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах застыло нечто глубокое - тень воспоминаний.
Шериф вошел бесшумно. Не было нужды стучать - отец знал, что он придет. Несколько мгновений они просто молчали. Воздух между ними был густым от недосказанного.
Фахд первым нарушил тишину.
- Я был, как ты, - произнес он негромко. - Молодой. Горячий. Упрямый до боли. Я тоже однажды увез женщину в пустыню, думая, что мир перестанет существовать, пока она со мной. И знаешь, он действительно исчезал… когда я смотрел в ее глаза, когда ловил ее улыбку и… стоны. - Он улыбнулся чуть грустно. - Тогда мне казалось, что все остальное - ложь. Долг, происхождение, власть. Все было ничто рядом с ее голосом в темноте, с ее пальцами на моей коже…
Шериф стоял, опустив голову. Отец говорил медленно, с теплом, которого он не слышал давно.
- Но она не была женой посла другой страны, которого сегодня схватила моя служба безопасности по просьбе страны, которая его аккредитовала, сын. Он преступник- не только потому, что проводил диверсионную деятельность против моего государства, но и против своего… Он будет передан своей стране и представлен в руки правосудия. А она его жена… Они пара… Понимаешь, чем чревата ваша связь? Это не просто дипломатический скандал, Шериф… Это угроза стабильности отношений наших двух стран.
Шериф поднял голову. В его глазах сверкнуло что-то необузданное, почти отчаянное.
- Марго живет с ним фиктивно. У него любовница, ты прекрасно это знаешь. Он даже во дворце после приема успел ее натянуть. Она хочет развестись. Она…
- Так она тебе сказала? Что хочет развестись?- усмехнулся Фахд,- ты сейчас очень наивным мальчиком выглядишь, Шериф… Я даже удивлен…
- Ты тоже выглядел наивным мальчиком, когда твой друг чуть не увел у тебя женщину, которую ты любил с детства. Она была дочерью премьера другой страны. Я знаю, что ты говоришь о матери, папа…- уколол его запретным встречно. Это была тайна, которую бы я никогда не узнал, если бы сам не услышал разговор отца с Анваром Дибом, крупным сирийским политиком, который… в свое время фигурировал в любовном треугольнике с моей матерью. Скажу честно- было неприятным открытием слышать такое двенадцатилетнему мальчику. Тогда вообще кажется, что ты зачат непорочно, а твои родители уж точно не имеют никакого отношения к сексу, но… Я всё слышал… С этим нужно было как-то жить…
- Она не была судьбой Анвара, как и Маргарита- не твоя судьба, пусть между вами и есть притяжение… Наша же связь там, в песках пустыни, стала лишь катализатором предначертанного. Амаль должна была стать моей женой. Это понимали все! А ты? Эта женщина старше! У вас не может быть ровным счетом ничего общего! Даже чисто биологически…
- И тем не менее, чисто биологически было. И не раз…- огрызнулся, но потом сам себя осек. Отец не был моим врагом. И путь на обострение был обречен, пока Она… была под стражей… От мысли об этом кровь застывала в венах…- Я не знаю, как жить дальше, понимая, что она не моя. Я не могу заставить себя забыть ее. Ни одну секунду, ни одно ее движение, ни один вздох. Это не просто влечение. Это… как если бы пустыня наконец обрела голос. И этот голос - ее.
Фахд подошел ближе. Его ладонь легла на плечо сына.
- Я верю тебе, - сказал он. - Ты не первый, кого пустыня свела с ума. И не последний. Она знает, как играть сердцами. Она пробуждает джиннов и делает из нас зверей. Я не сужу тебя, Шериф. Я понимаю. Но тебе нужно перетерпеть. Нет другого выхода, сынок. Никто не примет этот союз. Прежде всего, она сама… Взрослая сформировавшаяся женщина никогда не будет менять свою жизнь ради страсти, сын…
- А как же Джейн Дигби? Бабушка так любила рассказывать ее легенду. Нельзя ни о чем говорить категорично, отец…
Он замолчал, вглядываясь в лицо сына, словно искал в нем свое прошлое.
- Легенда на то и легенда. Если бы она стала правилом, то превратилась бы в обыденность. Ты принц, Шериф. Ты наследник. Ты - мой сын. Понимаю, что звучу сейчас сухо, но ни я, ни твоя мама ни на секунду не забывали о нашем долге. Мы страстно любили не только друг друга, но и свои страны, свой долг и предназначение. Ты не можешь позволить себе быть ведомым только сердцем. Ты можешь желать ее. Ты даже можешь любить ее. Но ты не имеешь права разрушить все ради своей страсти. Ее имя уже в докладах. И если кто-то узнает… это будет катастрофа. Не ставь под удар ее имя, ее судьбу, если хоть немного ее любишь. Если ты действительно видишь в ней женщину, а не наваждение.
- А если она - мой путь? Мой настоящий путь? Моя судьба? Мактуб…
Фахд долго молчал. Затем сделал шаг назад и посмотрел на сына так, как смотрят на человека, уже сделавшего свой выбор.
- Когда-то на месте пустыни было море… А сейчас там только песок и ни намека на воду… Подумай о моих словах, сынок… Это все, что я могу сейчас для тебя сделать и тебе посоветовать… Ты тонешь, но это как раз та ситуация, когда выплыть тебе может помочь лишь ты сам…