Иман Кальби – Черный Тигр. Любовь без правил (страница 2)
Раздражённо стёрла его с лица, от чего сразу создалось ощущение каких-то накусанных, истерзанных губ... Да по фиг! Всё равно королевой красоты не стать!
Решительно пошла на выход. И правда, терять уже нечего...
Глава 3
— Я очень надеюсь на Вашу помощь, — давясь унижением и подступающими к горлу предательскими рыданиями, повторила я, попытавшись абстрагироваться от гогота его компашки, слышавшей каждое моё слово. Разумеется, отходить от друганов и отцеплять от себя длинноногую брюнетку под два метра ростом, которая, видимо, и была тем самым моделью-инфлюенсером, он тоже не стал. И на меня даже не взглянул.
Стоило только резюмировать то, что я от него хочу, все вокруг заржали, включая его самого, а он сказал короткое «нет» и направил ключ на свой суперкар, разблокируя с писком сигнализацию.
— А я думала, Вы и правда мужчина и чемпион! — закричала с отчаянием ему в спину, когда он уже начал обходить тачку, предварительно усадив модель и шлёпнув её по заднице. — А Вы... просто жалкий мажор! Клоун!
Вмиг гогот вокруг затих. Саид тоже замер.
Медленно развернулся на меня и впервые опустил глаза, чтобы встретить мой взгляд.
Я была ниже на две головы. А по ощущениям — муравьишкой у него в ногах...
Злой. Дьявольски красивый и злой. Ноздри неистово раздуваются, как паруса, отросшие чёрные прямые волосы спадают на лоб. Из выреза чёрного свитера поверх кожаной куртки виднеется цепь. При любом другом раскладе я бы такого обошла за километр... как сейчас принято говорить? Красный флаг! Именно! Кроваво-красный флажище размером с футбольное поле!
Снова обходит машину и оказывается в шаге от меня. Я даже слышу аромат его парфюма. А может, это и не парфюм, а он сам... Запах острый, пикантный, мускусный, древесный.
— Ты что сейчас сказала, мелочь? Язык длинный, смотрю, у тебя.
— Это я уже сегодня слышала, — отвечаю почему-то вдруг ставшим сиплым голосом. — И за это, судя по всему, огребу, если Вы не вмешаетесь.
Он наклоняет голову, молча изучая меня. Словно бы я экспонат или насекомое... Скорее второе... К экспонату хоть есть интерес, а тут... даже не знаю, как описать те эмоции, что играют на его колоритном лице.
— А может, и хорошо, что получишь? Может, заслужила?
Сжимаю кулаки до побеления костяшек. Он цепляет мой жест взглядом.
— Они не имели права меня оскорблять. Он не имел права мне такое предлагать. Я не давала повода. Совершенно точно.
Снова окидывает глазами. Себе под нос бурчит.
— Что не давала, так точно...
Я ещё больше ежусь, чувствуя на себе не одну пару глаз.
Это он так сейчас меня оскорбил? Типа я серая мышь? Но вообще да.
Что тут оскорбляться. Я никакущая мелкая серая мышь. Особенно на фоне вот таких звёзд, как сидит у него сейчас в машине...
— Сэм, ты скоро? — растягивает она и капризно откидывает волосы.
Парень её игнорирует.
— Почему я? — спрашивает в лоб. — Найди себе нормального парня и пусть защищает.
— Потому что просто нормальный парень не защитит...
— А какой защитит?
— Как Вы...
Говорю, опускаю глаза и краснею...
— Они не посмеют поднять руку или пойти против Саида Гаджиева...
— Мелочь, меня не пугает то, что они поднимут руку. Я просто в душе не ебу, на хрена это мне? Я тебя знать не знаю. С какого черта мне тратить свой вечер в компании друзей на разборки ради тебя?
— Потому что Вы кавказец, а они не бросают женщин в беде, — говорю, чувствуя, как дрожит голос. — Мне никто не поможет... Я когда стояла с ним... — всё, срываюсь на плач. На нелепый жалобный писк. Жалкая. Жалкая и нелепая на его фоне... — Все мимо шли. Никто даже головы не поднял... Как страусы...
Смотрю на мыски своих сапог. Всхлипываю. И даже его друганы затыкаются, а может, просто уже потеряли интерес и расселись по своим шикарным тачкам.
— В десять? — спрашивает он грубо и сипло. — У общаги он стрелку забил?
— В десять... У общаги, да... — говорю и выдыхаю, не веря тому, что он спрашивает... неслучайно...
Протягивает мне телефон. Не сразу понимаю, что он хочет.
— Пиши свой номер. Я как разберусь, кину тебе вызов. Сиди в своей конуре и не вздумай нос наружу совать. Усекла, мелкая?
— Усекла...
— Молодец, раз усекла. Послушная девочка.
Глава 4
Нервы не дают расслабиться ни на мгновение. Я в ужасе. В тотальном ужасе. Одна только мысль о том, что совсем скоро наступит час икс, заставляет внутренности кувыркаться в диких сальто снова и снова.
Дышу через раз. Пропускаю мимо ушей нервные, даже взбудораженные смешки Верки и её дурацкие комментарии о том, что будет.
Когда часы неумолимо приближаются к десяти часам, и вовсе чувствую себя как в прострации.
— Ну пойдём, а? Хоть одним глазком взглянем! Знаешь, какой сексуальный Тигр, когда дерётся? Я иногда смотрю его бои. Трусики намокают мгновенно! — ухмыляется она, мечтательно закатывая глаза.
Меня изнутри выворачивает! О каких трусиках она сейчас думает, когда...
— Нет, не пойду, — я помню этот до предела суровый чёрный взгляд, подавляющий и авторитарный. «Не высовывайся»... И не собираюсь... Пусть решит проблему, раз уж впрягся — и всё. На этом моё взаимодействие с этим человеком сразу закончится раз и навсегда...
Десять минут одиннадцатого, двадцать, тридцать... Я нервно сжимаю в руках телефон, то и дело кидая обеспокоенные взгляды на экран. Он сказал, что кинет вызов, когда всё закончится... А вдруг его избили? А вдруг он вообще передумал и не приехал? Что тогда со мной будет?
Страх парализует. Господи, я, наверное, лет пятьдесят своей жизни потеряю после этих нервов... В ушах нарастает гул.
В этот самый момент слышу шум в коридоре. Пацаны что-то активно обсуждают и суетятся. Перекидываются смешками и зовут вниз. Посмотреть на «стрелку и мочилово».
Заторможенное сознание подсказывает мне, что это про ту самую драку, от которой моя жизнь зависит. Именно жизнь... Потому что если Тигр проиграет и ко мне прикоснётся этот громила, я убью себя. Не смогу жить с чувством отвращения...
— Пойдём! — шипит Верка и всё-таки утаскивает меня наружу на автомате.
А я даже куртку успеваю накинуть на плечи. И волосы собрать в пучок, как делаю в ста процентах случаев, если выхожу на улицу. Моя белая длинная копна ниже попы дико тяжёлая. А волосы нужно беречь... Я планирую их отрезать и продать в студию наращивания через месяц. Стилист обещал не меньше трёхсот долларов, а деньги мне нужны позарез...
Вылетаем наружу вместе с толпой. Все перешёптываются, переговариваются. Всё смешалось — возгласы и взвизгивания девиц, энтузиазм и опаска мальчишек.
Когда я смотрю вперёд, невольно затыкаю рот рукой.
Это драка. Это, мать его, настоящая дикая драка.
Две машины, возле обеих группа суровых мужчин. Посередине — Саид и этот громила.
Громила лежит на асфальте, Саид возвышается сверху и наносит планомерно удар за ударом по окровавленному лицу.
Перед моими глазами темнеет. Я не переношу вида и запаха крови. Гул в ушах, не отпускающий уже несколько часов, только усиливается.
— Я сказал тебе, с**ка, ещё раз к ней подойдёшь на метр — прикопаю, усек, чмо?
— Ты кого чмом назвал, чёрный? — пытается артачиться явно уже поверженный морально и физически урод.
— Я сказал тебе, петух! Никто ты и звать тебя никак, — встаёт с него Саид и презрительно сплёвывает в сторону. Каким-то образом выцепляю взглядом, что в его слюне тоже кровь... Господи... — Только и можешь тёлок пугать у общаги, смельчак... Серьёзные люди тебя предупредят, если слов не понимаешь...
— Хороши слова, — усмехается кто-то из толпы «группы поддержки» Саида.
Он раздражённо дёргает головой, словно бы его бесит, что кто-то влез в его «разговор без слов». А потом так же резко и внезапно, без предупреждения, переводит взгляд на крыльцо, где стою я. Немного в стороне. Или толпа расступилась и как-то меня выделила. Как минимум, пацанов вокруг меня вообще нет, они скучковались стайкой сбоку. Среди зевак кто-то явно бросил слушок, что драка из-за меня... Серой мыши с первого курса, о существовании которой до сегодняшнего дня, наверное, никто и не подозревал.
Наши взгляды с Саидом пересекаются. Сразу, молниеносно. Наши глаза так быстро находят друг друга, словно бы это два магнита.
Я вижу кровь в уголке его губ, дёргаюсь, всхлипываю. Лицо немеет.