Иман Кальби – Черный Лотос. Воскрешенный любовью (страница 3)
Дальше мы проходим в гримерку. Я с тобой как помощница и визажист.
Рокируемся. Я прячу лицо. Выхожу танцевать… Он ведется, конечно… Зовет меня уединиться… Я развожу его на разговор, спрашиваю про свадьбу. Когда лезет ко мне своими ручонками, бью по паху и быстро ретируюсь, напоследок сказав, что неверные мужчины не получает ничего, кроме разочарования… Мы быстро сбегаем. Занавес…
Про «быстро сбегаем», конечно, придется импровизировать на ходу, но… любой план хоть в чем-то да хромает… Вся надежда на менеджершу, смертельно напуганную стервой- будущей женой босса…
А еще все-таки на то, что папа не прибьет Иру, когда она явится на свое восемнадцатилетие с голой спиной и лотосом на пояснице, точь в точь таким, как набит у меня…
Глава 3
Любая авантюра- это страшный риск, дико будоражащий кровь.
В этом вся ее прелесть.
Я любила авантюры.
А еще ненавидела несправедливость…
А этот Даниил Черный явно нуждался в том, чтобы предстать перед суровыми и бесстрастными судьями загробного мира…
Стильное место.
Даже слишком.
Даже не скажешь, что бордель.
А он определенно со вкусом.
Почитала про него, пока ехали в клуб.
Какая красивая картинка для внешнего потребления- гостиницы в России и за рубежом, рекреационные центры, рестораны… И меценат какой наш Даниил Феликсович Черный… По паспорту- Чернов… Я читала его бдиографию и усмехалась- было в ней нечто искусственное, пластиковое. Что-то явно отсутствовало, было подчищено. Обычно за таким стоит желание скрыть нелицеприятную тайну…
Благо, что я-то знаю, что стоит за таким богатством.
Бандит. Огромный легальный бизнес которого- это лишь белая вершина черного айсберга, который скрывал гораздо большую громадину кровожадного, противозаконного и кровавого…
Мама всегда говорила, что за любыми очень большими деньгами всегда стояло преступление, строго настрого предостерегая от того, чтобы связываться с кем-то очень влиятельным или богатым.
Мужчины нашего мира этот факт даже не скрывали…
А он безбашенный, этот Даниил. Сам подставляется, сам участвует в разборках, боксом занимается.
Тело у него, конечно, отменное, судя по фото.
Да и на лицо ничего, если бы не очевидные черты мерзавца.
Этот шрам на острой скуле, слегка отросшие вороньи волосы, раскосый колючий взгляд.
В нем явно намешана какая-то колдовская кровь…
Интересно, какая…
– Ты с ним даже ни разу не говорила?– посмотрела с подозрением на сестру. Ну, как так? Ведь про то, что дочь Немезова и Черный скоро будут обручены, даже в СМИ писали.
–Нет, поджала она раздраженно губы,– он не изъявил ни малейшего желания, хоть отец и предлагал. Сказал, зачем нам разговаривать до свадьбы, тратить время. Типа когда поженимся, тогда поговорим и не только… Да и вообще, женщины нужны не для разговоров. Представляешь, козлина, так и сказал!
Теперь уже я недовольно поджала губы.
История Иры неуникальна. Так уж заведено. Мир главарей подпольных кланов, балансирующих между большим бизнесом и нелегальными делами- это всегда солнце и луна. Днем они, как правило, семьянины с крепким тылом, кучей детей, а ночью- короли мира полутени, в жизни которых совсем другие женщины, пока свои законные сидят у окна и ждут… Любовницы, содержанки, актрисы и певицы, готовые бросить софиты своей публичности на мрачные тени мафиози. А те не скупятся на них в ответ- бриллианты, меха, кутежи на широкую ногу, совершенное наплевательство в вопросах того, чтобы быть пойманными с поличным за изменой…
История моей мамы во многом уникальна. Даже не знаю, как отец сподобился ее отпустить. Обычно, не отпускают. Обычно, браки с такими до гробовой доски- и нередко гроба именно этого самого бандита, ибо мрут бандиты тоже чаще и охотнее, чем обычные мужчины с гораздо меньшей харизмой.
У черного входа нас уже поджидали. Ирка на поверку оказалась не такой уж одуванкой. Она не только убедила менеджершу, что той обязательно нужно помочь нам проникнуть в клуб, но и даже чуть ли не соучастницей ее нашей сделала, представив так, что Даниил в целом-то в курсе о том, что происходит, просто играет роль…
Просто это вот такой сюрприз и что милая девочка Яночка на ресепшн после такой вот помощи будет обязательно вознаграждена, обласкана и продвинута по службе с повышением…
Бедная девочка Яночка…
Ладно, когда Черному будет предъявлено за его грехи и он воспылает интересом к моей сестре, а после моего танца иное невозможно, о ней тоже нужно будет замолвить словечко…
Рокирнулись мы, как единая команда. Я даже сама не ожидала, как быстро меня облачат за закрытыми дверями гримерной в наряд сладострастной обольстительницы. Все-таки есть сноровка у сестры, не зря же будущий модельер. Взгляд упал на пушистый ковер с орнаментом под ногами. Не первой свежести, конечно. Сколько людей, интересно, по нему топтались, но искусство ведь требует жертв…
– Ир…– пробубнила я сестре, которая старательно собирала мои волосы в пучок подобно тому, как это сделала я, а потом напялила огромные очки на глаза- и реально, почти не отличить от того образа, в котором я заявилась сюда с ней…
– А давай- ка помоги мне закрутиться в этот ковер…
– Чего? – посмотрела на меня, как на умалишенную,– ты на сцену идешь, а не в химчистку…
«Я либо влюблю его в себя, либо умру»,– процитировала я великую Клеопатру, которая именно так в свое время и предстала перед Цезарем, завернутая в ковер…
Наш Черный, конечно, скорее походил на второго любовника великой царицы- Марка Антония… И боевым духом, и беспорядочной тягой к женщинам…
Но что-то мне подсказывало, что когда Цезарь делился со своим ближайшим сподвижником выходкой юной египетской принцессы, которая всего одним эффектным появлением и красивым танцем смогла завоевать сердце величайшего из великих, тот уже затаил к ней тихенький такой, похотливый интерес, который после смерти Цезаря и перерос в историю страсти и одержимости, о которой помнили спустя много веков…
Глава 4
Дым стелился по залу, как змей – медленно, лениво. Музыка гремела где-то под кожей, не в ушах – в груди, в животе, между ног. Нет, там все-таки гремело жуткое желание потрахаться. Раздел ювелирки на этой неделе оказался гораздо более напряжным и нервным, чем я рассчитывал. Устал, как зверь. Хочется отдохнуть и отвлечься. Еще и завтра эта нелепица с обручением с девкой Немезова. Какая же скука и обуза. Была бы моя воля, женил бы на ней кого-то из замов, но таковы были суровые нравы нашего мира. Моя жена должна быть из дочерью криминала, именитая и породистая курочка, за которой стоит большая семья. Чистая, как горный хрусталь, и потому малолетняя, чтобы ничто не успело замутить ее «по сроку давности». Соответственно, безумно глупая. Потому что другого в ситуации, когда ты должен напялить на палец спутницы своей жизни булыжник на празднике ее восемнадцатилетия быть и не может…
Я откинулся на спинку кожаного дивана, обнял бокал виски, как хорошо знакомую любовницу, попытался расслабиться. В чем-то и правда было сходство между алкоголем и женщиной. Есть дешевый шмурдяк, от которого сильное похмелье и только отвращение. Есть попсовая вкусняшка- просекко или розе. Есть красное сухое- милфа чуть за тридцать, сочная и умелая в постели. Есть виски и коньяк. Особая категория. Таких можно и на подольше, но не женой, конечно. Постоянной любовницей. Эксклюзивные эксземпляры. А вот жена- напиток для непьющих. Чистая, родниковая вода, мать ее.
И сегодня я вообще не хочу думать о жене. Даже будущей…
Лениво огляделся вокруг – пацаны смеялись, кто-то выдувал кольца дыма, кто-то уже плотно целовался с девкой на коленях.
Ночь – наша. Клуб – тоже. Мир – на паузе. Хотя бы до утра. До следующих баталий, воин и разборок. Хотя бы до этого нелепого обручения с малолеткой…
Закрываю глаза, вдыхая толстую струю сигары. Эстеты бы сейчас меня поругали. Сигару не вдыхают, а я делаю именно так. Люблю наполнять легкие пряно-горячим дымом. Он кружит голову, уносит подальше отсюда… Из этого города вечного дождя, гонки и соревнований с самим собой… Уносит к себе реальному.
Иногда мне казалось, что Москва удушит меня, что нужно быстрее отсюда свалить, а потом амбиции побеждали.
«Учись отдыхать, сынок. Вкусно. Тогда и работать будет получаться отменно»,– наставлял меня отец.
И я слушал и слышал его заветы…
Сегодня я отдыхаю. Уйду отсюда с сочной цыпочкой. Свежей, непочатой, как новая бутылка шампанского, игристой и быстро выветривающейся из головы. Для такого нужна именно женщина-шампанское…
Только вот одно выступление сменяется другим, а все не то… Совсем уж примитивно. Такую и у метро можно было снять… Сидр, пиво, самогон…
Зажатые, бездарные. Или наоборот, слишком технично подошедшие к танцу. Реально что ли решили, что я тут отбираю на международные соревнования, а не в свою постель?
Все же знают про тусовку Даниила Черного?
– Брател, если тебе та рыженкая вторая не зашла, я ее сегодня на член посажу свой, можно?– спрашивает Евдоким, моя правая рука.
Я равнодушно пожимаю плечами. Раз хочет, пусть берет.
Рыженькая и правда была ничего. На троечку. Хотя бы за цвет волос можно разок ее оттрахать. Пусть наслаждается парень. На этой неделе он здорово выложился.
Вдруг свет выключается. Раз – полумрак. Два – вспышка. Музыка затихает до ритма сердца. Это что-то необычное… Кто у меня тут? Артистка балета? Гимнастка, решившая подзаработать? Хотя бы мозг включила- куда приперлась…