Ильяс Качовски – Заседание писателей (страница 7)

— Они лишь местные, и только работают в этом окружности.

Антония слегка нахмурилась, но кивнула.

— Значит, придётся подождать утра… — тихо сказала она, принимая ситуацию.

— Именно, — спокойно подтвердила Тер. — Здесь всё под контролем, просто иногда нужно немного терпения.

После того как все любовались реликвиями и обмениваются впечатлениями, Тер Дейл сказала отдохнуть.

Некто уселся за стол и продолжил писать книгу, кто-то тихо обсуждал между собой события, а кто-то просто отдыхал, разглядывая свет, падающий сквозь высокие окна особняка.

Франсуа Вивьон, казалось, не мог усидеть на месте. Он взглянул на полку с реликвиями ещё раз, затем направился к двери.

— Я выйду на воздух, — пробормотал он себе под нос, открывая дверь.

Скрипнув, дверь распахнулась, и прохладный ветер коснулся его лица. Франсуа сделал шаг наружу, глубоко вдохнул, ощущая свободу улицы после закрытых стен особняка.

Внутри оставшиеся писатели продолжали свои занятия, не подозревая, что один из них уже оказался вне поля зрения остальных, и не только он.

Франсуа Вивьон вышел на улицу, захлопнув за собой дверь. Прохладный ветер снова дернул его щеки, и он автоматически достал сигарету.

— Сука… я не должен поддаваться… — пробормотал он, сжимая сигарету между пальцами.

— Нет… просто вдохни… — шептал себе, пытаясь успокоиться.

— Моя мерзость? Да хватит уже! — коротко выдохнул он, внутренне борясь с собой.

Он поднял зажигалку, почти касаясь сигареты губами, когда взгляд случайно скользнул в сад.

Там, между кустов и старых деревьев, чьи-то движение. Мужская фигура, осторожная, почти бесшумная.

— Чёрт… кто это? — сказал он себе, глотая комок напряжения.

— Не могу… не могу просто так стоять… — ещё одна мысль всплыла в голове.

Фигура медленно направлялась к маленькому домику в саду.

— Мета? — пробормотал Франсуа, почти не веря глазам.

Мета Ашес наклонился, что-то поднял с земли, затем бесшумно вошёл в домик.

Франсуа сделал несколько шагов вперёд, держа сигарету в пальцах, но так и не прикурив. Каждый звук шорох листьев, скрип ветки казался ему громче, чем он был на самом деле.

— Что он задумал?... — тихо пробормотал он.

Франсуа Вивьон осторожно обошёл кусты, стараясь не шуметь, но взгляд всё не отрывался от домика. Дверь была приоткрыта, тёмный проём словно глотал свет.

Фигура Меты Ашеса исчезла внутри. Франсуа замер на месте.

— Ч… что он там делает? — думал он.

Он сделал ещё шаг, прислушиваясь к шороху. Слабый звук, как будто что-то было сдвинуто внутри домика.

Он подошёл ближе, сжимая пальцы вокруг сигареты, которая всё ещё оставалась неприкуренной. Сквозь щель двери он увидел тень Меты, но не смог разобрать деталей.

Франсуа толкнул дверь домика и шагнул внутрь. Полумрак скрывал детали, но он слышал только собственное дыхание и тихий скрип старого пола.

— Я знаю что ты тут, Мета!

И вдруг, без предупреждения, холодный металл вонзился в его спину.

— А-а-а! — вырвался крик, полный боли, резкий и непроизвольный.

Он упал на колени, потом на пол, тяжело дыша, ощущая, как кровь разливается по спине. Сердце билось в бешеном ритме.

Француа пытался повернуться, чтобы увидеть нападавшего, но Мета Ашес был быстрее. С резким движением ноги он пнул Франсуа в рот.

— Мммгг! — хриплый стон вырвался из горла, вкус металла и крови заполнил рот, боль пронзила голову.

Франсуа попытался подняться, руки дрожали, пальцы хватались за пол, но Мета с холодной решимостью сделал ещё шаг вперёд.

— Умри! — прорычал Мета, резко пнув Франсуа в живот.

Франсуа согнулся от боли и рухнул на пол, но тут же, с усилием, поднял одну ногу и резко пнул Мету.

— А-а! — вскрикнул Мета, теряя равновесие.

Он ударился о старую полку, которая не выдержала веса. Дерево треснуло, сломалось, и вместе с Метой на пол посыпались инструменты такие как молотки, гаечные ключи, металлические прутья.

Франсуа, задыхаясь и сжимая бок, с трудом вскочил на ноги. Сердце колотилось, адреналин бил по венам, но выхода было только один — дверь. Он рванул к ней, пытаясь выбраться из тесного домика.

Мета, не желая отпускать добычу, схватил один из молотков, лежавший среди обломков, и метнул прямо в ногу Франсуа.

— А-а! — крикнул Франсуа, когда молоток ударил по его ноге.

Он рухнул, скользя по деревянному полу, боль пронзила всё тело. Но тут же инстинкт заставил его схватиться руками за дверной косяк и попытаться встать.

Пальцы едва коснулись холодного металла ручки, и в ту же секунду чья-то рука резко дёрнула его назад.

Мета схватил Франсуа за ворот рубашки и с силой отшвырнул вглубь домика. Тело Франсуа ударилось о стену в углу, старые доски глухо застонали. Из лёгких вырвался воздух, перед глазами на миг всё потемнело.

Мета медленно подошёл. В его лице не было ярости, а только тяжёлая, холодная решимость.

Франсуа, прижимая ладонь к ране, хрипло выдохнул:

— За что…?

Мета наклонился ближе, тень закрыла свет из двери.

— Ты должен умереть.

— Что?.. — Франсуа попытался приподняться, но боль снова пригвоздила его к полу.

— Моя жизнь важнее твоей, — тихо произнёс Мета. — Ты лишь плохой человек… с хреновыми стихами… и с гнилью внутри.

Франсуа смотрел на него широко раскрытыми глазами, и не столько от боли, сколько от шока.

Мета склонился ближе.

— Думал сбежишь в особняк?!

На губах Франсуа дрогнула странная, почти безумная усмешка.

— В особняк?.. — хрипло прошептал он. — Нет.

Пальцы его правой руки, всё это время прижатые к боку, медленно разжались.

Мета не сразу понял.

Франсуа не пытался зажать рану. Он прятал в ладони осколок тёмного камня, острый, как лезвие. Он заметил его ещё у входа в садовый домик, когда, борясь с собой и сигаретой, случайно пнул гравий. Камень тогда впился ему в подошву, и он машинально поднял его.

— Я не собирался бежать, — тихо сказал Франсуа.

И в следующую секунду, когда Мета сделал ещё шаг вперёд, Франсуа резко дёрнул его за штанину, нарушая равновесие, и одновременно полоснул острым камнем по его предплечью.

Не глубоко. Но достаточно, чтобы заставить Мету выронить молоток.

Металл глухо ударился о пол.