Ильяс Качовски – Заседание писателей (страница 32)
— Спроси у него! — Франсуа дёрнул плечами, но ремни не позволили даже этого.
Гордон смотрел на него, тяжело дыша.
— Ты хочешь сказать, что Мета устроил всё это?
Франсуа покачал головой.
— Нет.
— Но ты только что
— Он умер, — перебил Франсуа тихо, но жёстко. — Когда мы сражались, он получил рану. Затем упал и больше не двигался.
Гордон замолчал.
— Боже... Знают ли остальные... Кто тогда? — спросил он уже без крика.
Франсуа закрыл глаза на секунду, вспоминая.
— После удара я почти ничего не видел. Но меня кто-то тащил. По гравию. По грязи. На нём была мешковатая одежда… широкая, как ряса или плащ. И маска.
— Какая маска?
— Пушистая, — тихо ответил Франсуа. — в темноте… она выглядела жутко.
Гордон снова закричал вверх:
— Ты слышишь нас?! Если это ты то выходи!
Но ответа не было.
Только лёгкое жужжание камеры под потолком.
Франсуа опустил взгляд на свою руку.
— Почему именно я? — прошептал он. — Почему каждый раз кто-то решает, что меня нужно убить?
Гордон смотрел на него пристально, будто пытался вытянуть из памяти Франсуа ещё хоть что-то.
— Что ещё помнишь? — спросил он тихо. — После удара, после того как тебя тащили.
Франсуа закрыл глаза.
И память медленно начала расправляться, как сжатая пружина.
Он лежал лицом вниз, животом на жёсткой койке.
Руки были связаны за спиной туго, так что верёвка впивалась в кожу. Щёка прижата к грубой ткани матраса. В комнате пахло спиртом и чем-то железным и запах крови.
Его спина горела. Кто-то обрабатывал рану.
Каждое прикосновение было холодным и точным. Не небрежным и не паническим. Кто бы это ни был, он знал, что делает.
Франсуа попытался пошевелиться, но чья-то ладонь прижала его к койке.
— Тише, — прозвучал голос.
Женский голос.
Он не видел её лица. Перед глазами была только деревянная ножка койки и тёмный пол.
Потом Франсуа слышал звук набора номера.
Короткие гудки.
Она отошла на несколько шагов, но он всё равно слышал.
— Да, — сказала она тихо. — Он жив.
Немного пауза.
— Нет, повреждение неглубокое. Я всё обработала.
Ещё пауза.
Имя прозвучало чётко.
— Клини Лэндис… да, девочка. Всё по плану.
Франсуа почувствовал, как внутри что-то сжалось.
Клини Лэндис. Имя было ему незнакомо.
— Нет, он ничего не видел, — продолжила она. — Он был без сознания. Да… да, я понимаю. Они оба нужны.
Секунда тишины, потом короткий смешок.
— Конечно. Иначе игра не будет честной.
Связь оборвалась, и шаги приблизились.
Франсуа почувствовал, как ткань на его спине аккуратно закрепляют, бинт затягивается, фиксируется.
Франсуа резко открыл глаза в настоящем.
Комната с механизмами вернулась.
Гордон смотрел на него напряжённо.
— Ну? — спросил он.
Франсуа медленно вдохнул.
— Женщина, — сказал он тихо. — Она лечила меня. И говорила по телефону.
— О чём?
Франсуа сглотнул.
— Про какую-то девочку. Клини Лэндис.
Имя повисло между ними.
— Она сказала… что ,,они оба нужны,,. И что иначе игра не будет честной.
Гордон побледнел.
— Тогда это не спонтанно.
— Нет, — ответил Франсуа.
Он посмотрел на перья над их пальцами.
— Это было запланировано заранее.
Гордон несколько секунд молчал после рассказа Франсуа. Потом внезапно запрокинул голову и закричал:
— Да вы издеваетесь?! Хотя бы еду бы дали! Без ужина вообще нет желания играть в ваши больные игры!