Ильяс Качовски – Заседание писателей (страница 23)
— Потому что редкий писатель умеет держать паузу лучше, чем тишина в этом доме. А вы умеете.
— Лестно, — кивнула Лииса. — Но вы путаете профессиональное уважение с личным интересом.
Либу слегка наклонил голову.
— А если я не путаю?
— Тогда вы выбрали очень неподходящее место. — спокойно сказала она улыбаясь.
Он выдержал паузу.
— Я не предлагаю роман. Только диалог.
— Ну, диалог конечно возможен, — ответила Лииса. — Но без подтекста.
Она снова улыбнулась, не насмешливо, а вежливо. И ушла в сторону лестницы.
Всё это время у поворота коридора стояла Ханна Трейт. Она наблюдала молча.
Когда Лииса исчезла наверху, Либу выдохнул и провёл рукой по волосам, словно только что проиграл интеллектуальную партию.
— Эффектно, — раздался спокойный голос Ханны.
Он обернулся.
— Вы давно там стоите?
— Достаточно.
Либу прищурился.
— И каков вердикт?
— Смело. Умно. Без шансов.
Он усмехнулся.
— Вы всегда так прямолинейны?
— Только когда мужчина уверен, что его слова безупречны.
Между ними произошла небольшая пауза.
— Вы её уважаете, — заметила Ханна.
— А вы ревнуете? — неожиданно спросил он.
Тишина оборвалась мгновенно.
— Что вы сейчас сказали? — голос Ханны стал холодным.
— Вы прекрасно слышали.
— У вас серьёзные проблемы с самооценкой, если вы думаете, что я способна ревновать к вашему неудачному подкату.
— Неудачному? Интересно, почему тогда вы стоите здесь и анализируете каждое моё слово?
— Потому что вы ведёте себя самодовольно.
— А вы раздражённо.
— Меня раздражает самоуверенность без основания.
— Основание есть, — жёстко ответил он. — Я, по крайней мере, не прячусь за холодным тоном.
— А я, по крайней мере, не пытаюсь самоутвердиться за счёт женщины.
Он сделал шаг ближе.
— Вы слишком резко реагируете, ваша надменность выглядит как защита.
— А ваша уверенность как отчаяние.
Между ними повисло напряжение такое острое, почти осязаемое.
— Осторожнее со словами, — тихо сказал он.
— Вы первый начали, — ответила она.
Они смотрели друг на друга ещё секунду.
Потом Ханна развернулась и ушла к лестнице.
2015 год. 23-24 февраля. Ночь.
Труп Мета Ашеса стоял, прислонённый к стене с картиной с изображением таракана. Оно нависало над телом, будто наблюдало за всеми.
Писатели молча стояли полукругом. Фэйд Крис медленно отступил от стены.
Эрих Грант застыл.
— Осталось десять минут… — тихо произнёс он, глядя на часы на своей руке.
Но ничего не происходило. Ни звука, ни шага, ни голоса. Тишина начала давить.
Эрих резко обернулся к пустому залу.
— Я всё сделал! — его голос разорвал пространство. — Ты слышишь меня?!
Эхо прокатилось по стенам.
— Труп стоит у картины! Как ты и требовал! Теперь отпусти Мими Гранта!
Но ответа не было. Секунды уходили.
Лицо Эриха начало меняться, с напряжением перешло в отчаяние.
— Эрих... — прошептала Ханна Трейт.
— Хватит… — прошептал он.
И вдруг сорвался.
— ХВАТИТ!
Он шагнул к стене и со всей силы ударил кулаком по картине. В этот момент, рама треснула. Он ударил ещё раз, и стекло разлетелось. Затем, и картина сорвалась со стены. С глухим ударом полотно рухнуло на пол. Все замерли.
За картиной в стене находился большой металлический сейф. Тяжёлый, встроенный, закрытый сейф.
В комнате стало ещё тише.
Фэйд медленно произнёс:
— Неужели....
Эрих тяжело дышал, глядя на сейф.
— Он всё это время был здесь…