Ильяс Качовски – Заседание Писателей 2: Эквилибриум (страница 10)

— Гони! Гони быстрее, идиот! — орал его спутник, Гергин Григорий, судорожно оглядываясь назад. Его черные кудри тряслись, а глаза бегали по сторонам. — Ты его сбил! Ты его буквально размазал, Хулио! Нас же закроют, это конец!

— Заткнись, Гергин! — рявкнул Хулио, резко перестраиваясь в соседний ряд и едва не задевая другую машину. — Мелкий ублюдок сам выскочил на дорогу! Какого черта он там делал? Испортил мне день, забрызгал бампер своей дешевой кровью... Грёбаный мусор под колесами!

— Ты сумасшедший... — прошептал Гергин, хватаясь за голову. — Если твой отец узнает... Если старик Блэквилл увидит отчеты...

Хулио бросил на друга быстрый, ледяной взгляд и внезапно оскалился в неприятной улыбке.

— Мой отец? Не смеши меня. Старик всё уладит. Он владеет половиной этого города, включая тех, кто пишет законы. Несколько звонков, пара чеков, и это дело испарится быстрее, чем вонь из твоего рта. Расслабься, Григорий. Мы в Виоле. Здесь правда принадлежит тем, кто может её купить. А этот малец... — Хулио прибавил газу, вжимая педаль в пол. — ...просто стал лишним символом в чьем-то плохом черновике.

Машина скрылась в лабиринте элитных районов, оставив за собой лишь запах жженой резины и тихий стон умирающего полдня. А у входа в ,,Сливки и заливки,, Виктор Келлер медленно поднял руку и коснулся пальцем крови на своей щеке, словно пытаясь понять, настоящая ли она.

2025 год. 6 августа. Гарваласк, Виола. Полдень. Департамент полиции.

Кабинет Александра Пономарёва утопал в сигаретном дыму, который лениво кружил под низким потолком. На дубовом столе, среди пустых кофейных стаканов и обрывков накладных, были разложены пять посмертных фотографий. Пять тел. Пять историй, закончившихся одинаковым геометрическим кошмаром.

Пономарёв, прищурившись, перебирал снимки, словно гадальные карты.

Калкай Урганов. Завистливый аптекарь, который подмешивал цианид в лекарства соседей просто потому, что их дома были больше. Итог: Пять трупов, спиральные ноги и вырезанный язык.

Дорион Шиликбай. Садист, устроивший охоту на подростков-квадроберов. Свою последнюю жертву он заставил сесть на разбитую бутылку вина, пока тот не истек кровью. Итог: Тело, закрученное вокруг той самой бутылки, и ноги-спирали.

Джордж Чениер. Коммерсант, продававший дешевые электроприборы с заведомо неисправными предохранителями. Десятки пожаров, сотни смертей в огне ради страховки. Итог: Обугленные конечности, скрученные в идеальный винт.

Василий Моголь. Отец семейства, в порыве ярости вырезавший всю свою семью, включая грудного ребенка. Итог: Распятие на стене собственного дома, ноги... спирали.

Кингстон Цуйлак. Насильник из Гринфореста. Итог: Свежее тело на дубе.

— У каждого свой почерк боли, — прошептал Александр, потирая переносицу. — Урганову вырезали язык, Чениеру сожгли пятки... Но ноги. Эти чертовы спирали везде одинаковы. Идеальная симметрия.

Он подошел к карте города, утыканной красными булавками.

— Где ты прячешься? В подвале заброшенного завода? В элитном пентхаусе? Или ты ходишь среди нас, улыбаясь прохожим?

В дверь коротко постучали. Вошел молодой офицер с папкой свежих отчетов.

— Господин Пономарёв, по Цуйлаку всё подтвердилось. Биографические данные совпадают с запиской до последнего слова. Город в панике. Пресса требует официального названия для этого... существа.

Александр медленно обернулся, его взгляд был тяжелым и холодным.

— Пресса хочет имя? Пусть будет так.

— У вас уже есть варианты, сэр?

— В каждой записке, на каждом клочке бумаги, оставленном рядом с этими кусками мяса, повторяется одно и то же слово... Эквилибриум. Это значит равновесие. — Пономарёв подошел к столу и ткнул пальцем в фото Цуйлака. — Называй его ,,Экви,,! Коротко, хлестко и пугающе.

— Экви? — Офицер нахмурился. — Звучит почти как кличка для домашнего питомца.

— О, это очень опасный питомец, сынок, — Александр горько усмехнулся, стряхивая пепел прямо на пол. — Он якобы считает, что восстанавливает баланс в мире, где правосудие ослепло. Экви не просто убивает, он словно редактирует реальность. Он вырывает плохие страницы и переплетает их заново, ломая кости. И судя по частоте его публикаций, он только вошел во вкус.

Пономарёв снова посмотрел на фото.

— Пять жертв. Пять спиралей. Если мы не найдем его логово, Гарваласк скоро превратится в одну большую выставку его извращенного искусства. Иди, лейтенант. Объяви всем, что мы ищем Экви! И молись, чтобы он не нашел тебя первым.

Офицер кивнул и быстро вышел, а Александр остался в тишине, глядя, как дым от сигареты медленно закручивается в воздухе в идеальную, пугающую спираль.

Вдруг, тишина в кабинете, нарушаемая лишь шорохом фотографий, была взорвана резким, дребезжащим звонком стационарного телефона. Пономарёв вздрогнул, стряхивая пепел на брюки, и с раздражением схватил трубку.

— Пономарёв слушает...... Я же сказал не беспокоить, если это не по поводу Экви! — рявкнул он.

На другом конце провода раздался сбивчивый, запыхавшийся голос дежурного офицера:

— Господин следователь, простите, но тут... тут чрезвычайное происшествие. Район Киоронова, рядом с входом в кафе ,,Сливки и заливки,,. Сбит ребёнок. Насмерть!

Александр замер, и его лицо, и без того серое от усталости, потемнело ещё сильнее. Он медленно опустил взгляд на фото изуродованных тел на своём столе.

— Что значит сбит? — его голос стал опасно тихим. — Очередной ублюдок не справился с управлением?

— Свидетели говорят, чёрный внедорожник летел на бешеной скорости, даже не притормозил. Малышу года три было... Мать в невменяемом состоянии. Водитель скрылся в сторону элитных кварталов. Там сейчас толпа, паника, и... там один из официантов, по имени Виктор Келлер, весь в крови, стоит как столб.

Пономарёв с размаху ударил кулаком по столу так, что кофейные стаканы подпрыгнули, а фотографии жертвы разлетелись по полу.

— Да что это за город такой?! — взревел он, и его крик эхом отразился от стен кабинета. — Одни вырезают людей по линеечке, другие давят детей на глазах у матерей и сваливают, как трусливые крысы! Выставите посты на всех выездах из элитного сектора! Мне плевать, чья это машина... хоть самого мэра!

Он сорвал пальто с вешалки, едва не вырвав крючок с мясом.

— Сообщите патрульным, что если этот внедорожник не будет найден в течение часа, я лично сниму шкуру с каждого, кто был на дежурстве! Сначала маньяки-художники, теперь дорожные палачи... В этой Виоле вообще остались люди, или только звери в разных костюмах?!

Александр выскочил из кабинета, на ходу доставая ключи от машины.

Тем временем, черный внедорожник Хулио Блэквилла летел по набережной, взрезая поток машин, как бритва. Гергин Григорий вжался в кожаное сиденье, его черные кудри были мокрыми от пота.

— Хулио, тормози! Мы не выберемся! — закричал Гергин, указывая вперед.

Прямо по курсу, перекрывая выезд на мост, выросла полицейская машина с включенными проблесковыми маячками. Офицеры уже выходили, доставая оружие.

— Ремень затяни, мусор! — рявкнул Хулио.

Вместо тормоза он ударил по газу. В последнюю секунду перед столкновением Хулио резко дернул ручник и вывернул руль. Тяжелый джип занесло, он прокрутился на 180 градусов в идеальном управляемом заносе, едва не чиркнув бортом по радиатору полиции, и нырнул в узкий, неприметный проезд между складскими ангарами.

— Твою мать! Они сзади! — взвизгнул Гергин, видя в зеркале, как патрульная машина развернулась и бросилась в погоню с сиреной.

— Это мой город, Григорий! Я знаю здесь каждую трещину! — Хулио безумно оскалился. Он влетел в лабиринт узких улочек старого центра. — Сейчас мы их отсечем.

Впереди был тупик, строительная площадка, закрытая временным забором. Полицейские уже торжествовали, прижимая его к стене, но Хулио заметил то, чего не видели они, открытую платформу строительного подъемника, стоявшую под углом.

Он направил джип прямо на деревянный настил. Внедорожник взлетел на метр в воздух, с грохотом перемахнул через забор и приземлился на параллельную улицу, оставив патрульных кусать локти перед закрытыми воротами.

— Гениально... — выдохнул Гергин, вытирая лицо. — Мы ушли!

— Рано радуешься, подонок, — прошептал Александр Пономарёв, наблюдая за точкой на экране планшета в своей машине.

Он не гнался за ними с сиренами, а просчитывал их путь. Пономарёв знал, что Хулио будет петлять, пытаясь выйти на частную трассу Блэквиллов. Единственный путь туда лежал через старый тоннель ,,Тотали,,.

Пономарёв выжал педаль в пол. Его старый седан взревел, сокращая путь через дворы.

Хулио вылетел на финишную прямую перед тоннелем. До свободы оставались сотни метров. Но внезапно из бокового переулка, наперерез джипу, вылетела машина Пономарёва.

Александр не пытался перегородить дорогу, джип бы просто смял его. Вместо этого следователь на полной скорости ударил в заднее крыло внедорожника под определенным углом, классический питт-маневр, отточенный годами практики.

Тяжелый джип Хулио потерял сцепление, его начало кидать из стороны в сторону. В этот момент Пономарёв совершил безумный маневр. Он обогнал крутящуюся махину и, затормозив юзом, подставил свой багажник прямо под удар носа джипа, гася его инерцию об стену тоннеля.

Джип Блэквилла замер, зажатый между стеной и побитым седаном следователя. Сработали подушки безопасности.