Илья Топчий – Битва за Карабах. Три военные кампании 21 века (страница 5)
Главным спонсором Армении в 1990-е годы выступали США. В Вашингтоне действовало влиятельное армянское лобби.
Армянская диаспора, как известно, сильна за рубежом. Прежде всего подобное актуально во Франции и Америке, где у армян сильные позиции. Косвенно и прямыми перечислениями Еревану была оказана помощь на сумму свыше 1 млрд долларов.
Также усилиями сторонников «сильной и независимой Армении» в Вашингтоне в 1992 году оказалась принята 907-я поправка. Она гласила, что правительство США, к которому присоединился Израиль, отказывалось предоставлять Азербайджану какую-либо помощь до урегулирования карабахского конфликта.
Запрет отменили только в 2002 году. До прекращения его действия Баку очутился в изоляции. В этих условиях Армения могла поддерживать свои ВС на требуемом уровне и даже производить закупки иностранных образцов вооружения (например, китайских РСЗО WM-80 в 1999 году), а Азербайджан – нет.
Основную поддержку Баку в этот период (до 2002 года) оказывала Турция. Эта помощь выражалась в поставке вооружения, обмундирования, отправке специалистов (для обучения ВС Азербайджана), предоставлении прямых кредитов.
Всего оказалось осуществлено финансирование (прямое или косвенное) на сумму в десятки млн долларов. Одновременно производилась политика по международной изоляции и дискредитации Армении. Фактически Анкара была одним из архитекторов ВС Азербайджана, а группировку азербайджанских войск в Нахичевани (закрытом анклаве) даже называли «филиалом турецкой армии».
Другим участником подпитки Азербайджана можно назвать Саудовскую Аравию и так называемые «персидские монархии» (арабские страны Персидского залива). Однако их действия ограничивались различными религиозно-благотворительными фондами.
В конце 1990-х – начале 2000-х годов в связи с терактами в Ташкенте, Нью-Йорке и Вашингтоне «заливники» свернули свою «благотворительность» в отношении Азербайджана.
В целом, ситуация начала 1990-х годов в Азербайджане характеризовалась словами: хаос и развал. Ведя войну с армянами, азербайджанцы сами вот-вот рисковали скатиться в пучину гражданской войны. Множились многочисленные заговоры и выступления, росла нестабильность.
Армяне оставались более сплочены, организованы. Это являлось ещё одним залогом успехов Еревана и Степанакерта на фронте.
Приход к власти Гейдара Алиева в 1993 году повлек за собой успокоение внутриполитической обстановки. 33 батальона Народного фронта оказались расформированы, пресечены попытки серии заговоров, подавлены националистические демарши.
Вкупе с прекращением войны с армянами это повлекло за собой настоящее спасение азербайджанской государственности. Произошла стабилизация внутренней обстановки, экономики. В разы (до 5-6 раз к середине 1990-х годов) наполнился бюджет (в реальных выражениях).
В совокупности это стало неплохим подспорьем для государственного и связанного с ним военного строительства.
Алиева-старшего не зря называли «Отцом нации». Он действительно спас государственность Азербайджана в сложные годы, выбрав верный для неё курс. Потому аспект внутренней стабилизации, цементирования вертикали власти не менее, а в отдельных отношениях даже более, важен, чем внешний фактор.
1.4. Строительство вооруженных сил в 1990-е годы.
Процесс строительства регулярных сил ВС Армении и Азербайджана, начатый в 1991-1992 годах, в дальнейшем был ограничен соответствующими квотами. Баку и Ереван, согласно соглашению от 15 мая 1992 года, стали членами ДОВСЕ (Договора об обычных вооруженных силах в Европе).
Государства получили следующие лимиты. Их ударный потенциал ограничивался 220 танками, 220 прочими ББМ, 285 артиллерийскими системами калибра 100 мм и выше, 100 боевыми самолётами, 50 ударными вертолётами у каждого из них, 60 тысячами военнослужащих у Армении и 70 тысячами офицеров и солдат у Азербайджана.
В действительности обе стороны пытались обойти эти лимиты. По крайней мере, по количеству состоящего у них на балансе вооружения.
У Армении помимо сокрытия реального состояния дела имелась «лазейка» – армия НКР (куда можно было спрятать «излишек»). У Азербайджана (подписавшего, но так и не ратифицировавшего соглашение о ДОВСЕ) оставалась двойная отчетность.
То есть, взаимно скрывалась действительная ситуация.
По количеству стоявшего под ружьем личного состава ВС Армении официально никогда не достигли своей квоты. Но это официально. Даже в период обострения в ноябре 2014 года, когда производилась довольно масштабная мобилизация. Не хватало населения, а военный бюджет маленькой закавказской страны продолжал оставаться довольно скудным.
ВС Азербайджана, по некоторым сведениям, превзошли свой предел уже в 1998 году. Дальше начались различные ухищрения: предоставление недостоверных данных в различные международные реестры, создание различных дублирующих структур, выведение отдельных военных за штат (охрана тылов, складов, снабженческие структуры).
Процесс строительства сторон имел общие признаки:
– Во-первых, он начинался с нуля, бессистемно, на базе советского кадрового костяка. В качестве примеров современности он был сопоставим с ходом создания собственных ВС сторонами в ходе конфликта на Донбассе.
– Во-вторых, в дальнейшем он охарактеризовался унификацией ВС, их централизацией вместе с формированием и укреплением институтов власти в Азербайджане, Армении и НКР.
1990-е годы для страны охарактеризовались «созданием каркаса государственности». Набор партий и политических сил, хаос, царивший в стране в период начала её существования и первой карабахской войны, превращался в единую систему управления.
ВС Азербайджана официально были созданы 9 октября 1991 года (когда был принят Закон о Вооруженных силах республики), вскоре после обретения ей независимости. Процесс формирования войск поначалу носил хаотичный, децентрализованный характер. Различные политические течения, разные ведомства создавали свои подразделения, управления, спецназы, лишенные единого снабжения и управления.
В 1993 году, с приходом к власти Гейдара Алиева, началась процедура, получившая в «непризнанных республиках» ЛНР и ДНР осенью 2014 года, если использовать аналогии, наименование «обригаживание». Сверху спускались единые ОШС МСБР (шесть батальонов, позже четыре и ещё два развертывались на случай войны, танковая рота или батальон, артиллерия, связь, обеспечение, управление). Подразделения получали централизованное снабжение и кадровую подпитку.
Исходно МСБР было всего семь. Потом создали ещё 18 ОШС данного вида.
Приоритетным становился принцип лояльности верховной власти. От сепаратных подразделений старались избавляться, даже несмотря на их боеспособность. Так, например, в августе 1993 года была расформирована 704-я бригада (лезгинская), дислоцировавшаяся в Ленкорани – за подозрение в попытке государственного переворота.
К концу первой карабахской войны сухопутные войска (СВ) ВС Азербайджана насчитывали 38 тысяч штыков. ВВС включали 1600 военнослужащих. Иностранных наемников и добровольцев было от 2500 до 5000 человек. Прочие формирования составляли 11-14 тысяч бойцов. Демобилизация не производилась.
Продолжился рост численности ВС Азербайджана. Оказались дополнительно созданы ещё две МСБР. Произошло создание – посредством турецких инструкторов и турецкими финансовыми средствами, – группировки войск в Нахичеванском анклаве.
Последняя получила название 5-го АК. С декабря 2013 года объединение переформировано в Особую общевойсковую армию, или Нахичеванскую армию).
Осенью 1995 года состоялась окончательная организация нового облика ВС Азербайджана – корпусов, состоявших из бригад. ВС Азербайджана данного периода времени – структура численностью порядка 56 тысяч человек (12 бригад и несколько полков при 600 боевых бронированных машинах (ББМ), 300 РСЗО, орудий и минометов, 50 самолетов и вертолетов).
По другим данным, численность ВС Азербайджана в 1995 году самими азербайджанцами оценивалась заметно выше. В этот год руководством страны оказалось объявлено в ОБСЕ, что реально под ружьем находилось 86 849 солдат и офицеров. Превышение лимита объяснялось Баку вовлеченностью в карабахский конфликт.
Непрозрачность ВС Азербайджана, их занижение путем различных ухищрений стали характеристиками развития войск республики в дальнейшем. Реальный их потенциал неизвестен и сегодня.
Основная часть увеличения войск в 1994-1995 годах пришлась на Нахичеванский анклав. Здесь появилась 11-тысячная группировка, способная решать самостоятельные задачи в отрыве от главных сил в закрытом режиме. Снабжение её шло с территории Турции, через 14-километровый приграничный коридор.
К 1998 году численность ВС Азербайджана составила 72 тысячи военнослужащих без существенного роста материальной части (245 танков, 335 прочих ББМ, 300 единиц артиллерии, 37 самолетов и 15 вертолетов). Она остановилась на этом уровне до 2003 года.
Ряд полков оказалось преобразовано в бригады. Из объединенных батальонов появились новые МСБР (всего их на тот момент стало 18 единиц).
Это являлось списочным значением. Очень большой процент составлял некомплект, вызванный как различными коррупционными схемами, так и бардаком, некомпетентностью в управлении. Реальная численность оставалась ниже: порядка 60-65 тысяч человек.