Илья Савич – Профессор-целитель 2 (страница 13)

Створка со скрипом захлопнулась, и вот мы остались с Филей наедине. Он опёрся о стену рядом с дверью и скрестил руки на широкой груди.

Пару минут я молчал. Филя тоже не проронил ни слова, только глядел на меня обиженными злыми глазами.

— Кто вы, ребята, такие? — спросил я.

— Не твоего ума дело, — пробурчал Филя.

— Ну как сказать, как сказать…

Я задумчиво оглядел комнату. Она выглядела получше той, что внизу, да и канализацией почти не воняло.

Почти.

Так что подозрения с Фили я пока не снимал.

Наверное, мне должно было быть страшно. Я находился непонятно где, похищенный какими-то людьми.

Но волнений не было. Испугаюсь потом, когда выберусь из этой ситуации. А сейчас нужно понять, что от меня хотят.

Последний вопрос должен был скоро разрешиться, потому что дверь снова отворилась. В комнату вошёл Шрам, а за ним — лысый человек в плаще с такой же уголовной рожей. Он держался за левый бок. Каждый шаг ему отдавался болью.

Лысый остановился напротив меня, кивнул Филе. И тот, обрадовавшись, чуть ли не подбежал ко мне и с размаху ударил по челюсти.

Я успел чуть отвернуться, и удар пришёлся вскользь, но всё равно перед глазами замелькали звёздочки, и тело само повалилось набок.

Упасть я не успел — Филя подхватил меня за плечо и, встряхнув, посадил обратно.

— Меня зовут Коршун, Григорий Романович, — глухим, хриплым голосом представился лысый.

— Не скажу, что рад с вами познакомиться. — Я сплюнул ему под ноги кровь и злобно уставился исподлобья.

Коршун криво осклабился и снова кивнул Филе. На этот раз удар пришёлся под дых.

Скосить такой удар невозможно, и мне пришлось полностью прочувствовать все прелести пудового кулака.

— Шутки шутите, Григорий Романович… — прохрипел Коршун.

Он склонился надо мной. Тени от лампы очертили частые морщины и горбатый нос, который наверняка стал причиной его прозвища.

— Не в вашем положении это делать, уверяю вас. Вы хоть понимаете, где и, что важнее, почему вы здесь оказались?

Я плавно выдохнул, чтобы убрать спазмы, вдохнул. Выпрямился. Пот залил лицо от духоты и боли, но я улыбнулся сквозь мучения.

— Не имею никакого представления. И вообще-то надеялся, что вы меня просветите. Если хотели воспользоваться моими услугами лекаря, могли бы просто попросить! Мои расценки вполне приемлемы. Уверяю.

— Коршун, можно я его ещё раз⁈ — выступил Филя.

Но лысый остановил его лёгким мановением руки.

Он призадумался, нахмурился. Ему явно не нравилось моё поведение. Если быть точным, оно почему-то сбивало его с толку.

И это всё больше наводило меня на определённые мысли, которые шаг за шагом складывались во что-то более-менее внятное.

— Вы, Григорий Романович, владеете тем, что принадлежит нам, Канальным крысам, — пояснил наконец-то Коршун. — Когда-нибудь слышали о нас?

Его слова заставили меня немного напрячься. Это он о чёрной книге?

Хорошо, что я выкинул её сегодня утром… или не хорошо?

Но вслух я ответил иначе:

— Не слышал. Но имя дрянное. Вы сами придумали или помог кто?

Коршун выпрямился с ледяным выражением лица и кивнул Шраму.

Тот шагнул вперёд и, гадёныш этакий, схватил скальпель, подаренный Задориным.

— Красивая вещичка, — хмыкнул Шрам, подставив лезвие к свету. — Говорите, очень острая, господин Вересаев?

Он шагнул вперёд и сам встал под лампой, отчего удалось в подробностях рассмотреть лицо. Серый глаз, острый нос, вздёрнутые кверху треугольники бровей. И отчётливый розоватый шрам.

Тут в голове будто что-то стрельнуло. Все несостыковки, которые я подметил ранее, даже неосознанно, вдруг сложились в общую картину, а мозги будто обдало холодом осознания.

Я вспомнил, где видел Шрама.

— Где вы это прячете? — процедил Коршун. — Отвечайте или Шрам…

— Что именно? — выдохнул я с облегчением, потому что теперь всё понял.

Мой расслабленный вид сбил бандитов с толку. В глазах Коршуна промелькнуло удивление, а Филя со Шрамом переглянулись.

— Хватит этого фарса, — буркнул я, встал со стула и оказался с Коршуном лицом к лицу.

Тот невольно отступил. Шрам спохватился и шагнул в мою сторону, с мимолётным сомнением занося руку со скальпелем.

Слишком неуклюже и широко для того, кто привык резать неугодных в подворотнях.

В груди вдруг вспыхнул гнев.

— Отстань! — рыкнул я и врезал ему кулаком прямо по шнобелю.

Шрам от неожиданности плюхнулся на задницу, выронив скальпель. Филя удивлённо посмотрел на него и повернулся ко мне.

Я хотел сейчас накинуться на всех троих негодяев и расколошматить руками и ногами.

— Ты чё, падла⁈ — взревел Филя. — Да я тебя!..

Но тут дверь распахнулась. В коридоре загорелся свет, заливший комнату. Я сощурился, прикрылся ладонью и взглянул на силуэт вошедшего.

— Хватит! — произнёс знакомый голос. — Закончили, господа.

Силуэт шагнул поближе.

Коршун мигом сбросил маску уголовника: морщины разгладились, а хромота чудесным образом пропала, когда он отпрянул в сторону, пропуская вошедшего.

Из тени показалось знакомое лицо.

— Браво, господин Вересаев, — ровным голосом произнёс майор Строганов. — А вы справились куда быстрее, чем мы ожидали.

━─━────༺༻─────━─

Филя, а если быть точным, Филатов Потап Анатольевич — жандарм в чине рядового — поставил передо мной чашку на блюдечке. Аромат чёрного чая приятно коснулся носа.

— Сахарку? Может, лимончику? — подобострастно поинтересовался он.

Затем шмыгнул распухшим носом и замер, ожидая ответа.

— Благодарю, не нужно, — ответил я слегка высокомерным тоном, как и подобает дворянину, которого решили так жестоко разыграть.

Мы сейчас находились в том самом особняке, в подвале которого меня проверяли. Но даже жилая гостиная здесь выглядела холодно и неуютно.

Моя сумка, в которую очень аккуратно собрали почти все вывернутые вещи, лежала на стуле справа. А слева сидел Игорь Борисович Строганов, майор жандармерии.

— Костюм отыщут, — обещал он. — Думаю, пахарь в таком диковинном наряде бросится в глаза.

— И мне донашивать за пахарем? — холодно заметил я.

— Мы закажем новый, — кивнул майор и строго глянул на второго актёра.