Илья Саган – Мне написал покойник (страница 35)
— Класс!
— Я ещё в детстве её сочинил, — Махавир расплылся в счастливой улыбке. — Вся деревня пела. Правда, пришлось завязать с этим увлечением. У нас в семье двенадцать детей, а я самый старший. Вот меня и забросили сначала на рынок торговать, а потом пошло–поехало, и уже не до музыки стало.
— Ты молодец! У меня таких талантов нет.
— Ага. И тест подтвердил мои способности. После адаптации пойду в консерваторию. Здесь немерено всяких учебных заведений.
— Правильно. С твоими способностями точно великим музыкантом станешь.
— И стану. Так что наслаждайся моим обществом, пока я не загордился, — Махавир демонстративно задрал нос и рассмеялся. — Шучу. Если б ты только знал, какой кайф заниматься любимым делом! А здесь, похоже, для меня всё складывается как нельзя лучше. От физического труда рано или поздно любой человек начинает деградировать. А тут — искусство, музыка!
— Почему это деградировать?
— Чтобы не сдохнуть с голоду, мы каждый день вскакиваем по сигналу будильника и несёмся на ненавистную работу, как подопытные крысы, исполняющие за кусочек сыра команды лаборанта. Ненавистный начальник ставит ненавистные задачи, которые мы беспрекословно делаем и мечтаем лишь о том, чтобы вечером, уткнувшись в телевизор, развалиться на диване с бутылкой пива. А с утра всё по новой. И так день за днём. Чем не дрессированные грызуны? Нет, человек по своей сути творец! У него должна быть возможность сочинять музыку, писать картины или делать научные открытия, иначе мы опускаемся до уровня безмозглого животного, и жизнь теряет всякий смысл.
— Не ожидал, что ко всему прочему ты ещё и философ, дружище, — рассмеялся Трекер.
— Проскакивает иногда. Ну, а ты чем займёшься?
— Да ничем! Деньги тут не нужны, здоровья полным–полно. Где ещё можно позволить себе ничего не делать? Синкером стать мне всё равно не светит, так что буду отрываться, пока есть возможность.
— Ну–ну. Меня тоже такие мысли посещали, но потом я узнал о Храме Света… Слышал о таком?
Алан с удивлением посмотрел на друга. При чём тут какой–то храм? Здесь что, теократическое общество?
— Не–ет. А это так важно?
— Да я и сам пока толком не понял. Вот, смотри, — Махавир поднёс свой браслет к браслету Алана. — Видишь разницу?
Алан заметил, что гаджет приятеля гораздо тусклее, чем у него. Казалось, к запястью Махавира присосался невидимый паразит, вытянувший яркость из светящейся татуировки.
— Аккумулятор сдыхает?
— Если бы. Раз в неделю нужно обязательно появляться в одном из местных Храмов, иначе браслет перестанет работать, и тогда беды не оберёшься — цербы загрызут.
— Ты там был уже?
— Пока нет. Сегодня первое посещение. Хочешь компанию составить? Заодно узнаешь, что к чему, — Махавир хитро подмигнул. — Если честно, я специально завел этот разговор. Одному как–то страшновато. Пойдёшь?
— Хитрец, — усмехнулся Алан. — Ладно, будет тебе компания.
— Вот спасибо, друг! И всё же, насчёт твоего будущего… Если ты сюда попал, у тебя не может не быть способностей. Что показали результаты теста в институте?
— Да ерунду какую–то: математика, инженерия…
— Жаль, что не химия или биология, а то я с одним парнем познакомился. Прикинь, что он придумал: добавил в ДНК деревьев гены каких–то светляков. И представляешь, листья теперь по ночам светятся! Когда открытие внедрят, наверняка такие деревца будут вдоль всех автотрасс высаживать.
— Ничего себе! Думаешь, получится?
— А мне почём знать? Я что, на ботаника похож? О! — Махавир поднял указательный палец. — Есть идея! Мне недавно показали военный полигон — их тут море. Чего там только нет… Техника — супер, любая фантастика детским лепетом покажется. Если у тебя есть к этому способности, иди к ним, точно не пожалеешь. Такие исследования здесь в большом фаворе.
— Как же тебя пустили? Военные секреты за семью замками обычно прячут.
— Очнись, Джимми, какие секреты? Кому они нужны, раз отсюда выбраться невозможно? В общем, моё дело предложить, а ты сам думай… Ну а сейчас, как ты там говорил? Оторвёмся, пока есть возможность?
Весь день приятели наслаждались дарами города, а к вечеру транспортная капсула доставила их в Норд–Энд — один из окраинных районов Шайнинга. Махавир почему–то решил, что в Храмах большая толчея. Надеясь, что на отшибе народа будет поменьше, он и предложил это место.
Алан сначала засомневался в таком умозаключении. Конечно, Норд–Энда находился далековато от Улья и центральных районов Шайнинга, но в городе с молниеносным транспортом, разве это кого–то удержит? А потом согласился. Какая разница куда идти?
Нордэндский Храм Света чем–то напоминал константинопольский собор святой Софии. Величественный, с огромным куполом. Казалось, здание источало могучую силу, заставляющую трепетать от необъяснимого мистического страха.
Внутри Храма действительно собралось немало людей, но зал был настолько огромным, что мог без труда вместить и в десять раз больше. Алан обратил внимание, что среди прихожан нет ни одного мабота. Кроме того, все посетители были молоды. Только сейчас он сообразил, что за всё время в Шайнинге ему не встретилось ни одного старика или ребёнка — любому на вид можно было дать не меньше восемнадцати, но и не больше двадцати пяти. Странно, очень странно. Алан отмахнулся от пришедшей в голову мысли и продолжил осматривать Храм.
Гладкие стены украшала лишь бледно–алая подсветка невидимых ламп. На том месте, где в церквях обычно оборудован алтарь, размещалась огромная сцена. Она возвышалась над толпой и тоже не была ничем украшена. Никаких икон, скульптур, надписей…
Чему же здесь поклоняются?
Трекер попытался расспросить приятеля, но тот куда–то запропастился. Алан огляделся. Оказалось, толпа оттёрла Нанду к самому выходу. Орудуя локтями, Трекер пробрался к другу. Махавир тут же схватил его за рукав, не желая больше расставаться. В его взгляде Трекер прочитал растерянность, любопытство и страх. Страх неизведанного. Да, сейчас Нанда вряд ли что сможет рассказать. Ну, ничего, скоро и так всё станет понятно. Алан вздохнул и в ожидании ответов привалился спиной к массивной колонне.
Свет неожиданно погас. Полумрак превратил людей в серые размазанные тени. Голоса стихли. На возвышающийся над всеми подиум выплыла странная особь. Она действительно выплыла — перемещаясь в пространстве, это необычное существо не касалось пола. На нём болтался длинный мерцающий балахон, полностью скрывающий ноги, если они, конечно, были. По перетянутому сияющим шнуром одеянию пробегали энергетические разряды, словно где–то у него под полой спрятана миниэлектростанция.
— Что это? — кивнул другу Трекер.
— Жрец Света, — прошептал Махавир. — Жуткое создание. У меня мурашки по коже бегали, даже когда про них просто рассказывали.
— Восславим Великого Создателя! — прозвучал голос.
Что–то в нём было гипнотическое, заставляло подчиняться.
— Хвала Создателю! — глухо откликнулись голоса прихожан, словно все они находились под властью исторгающего молнии жреца.
— Возблагодарим Его за новое рождение, за вновь дарованную нам жизнь! — вскинул вверх костлявые руки служитель странного культа.
— Хвала Создателю! — прокатилось по залу.
— Возблагодарим за бесценный Ресурс и заботу!
— Хвала Создателю!
— Настал час Трепета, и мы с готовностью преподнесём Ему плоды трудов своих!
— Во благо Создателя!
— Явим Ему преданность свою!
— Во благо Создателя!
Вспышки на балахоне жреца замелькали быстрее и ярче. Его тело вздрогнуло, и Алан увидел вместо одного уже два существа. Те двое разделились ещё надвое. Они множились, словно клетки под микроскопом, и вскоре заполнили всю сцену. Необычные мерцающие твари, точно призраки, расплылись по залу. Трекер почувствовал, как струйка пота пробежала по щеке, когда понял, что одно из чудищ двигается прямо на него.
— Неофиты… — глядя пустым, мертвенным взглядом, произнёс подплывший жрец.
Голос звучал мрачно и бесстрастно, будто доносился из глубины могилы. Холод пробирал до самых костей. Алан вгляделся в лицо жреца. Черты были размытыми, но ему показалось, что где–то он их уже видел.
Не может быть! Копия доктор Фриз! Трекер вздрогнул от неожиданности.
Призрак протянул бледную, почти прозрачную руку и коснулся запястья. Алан зажмурился. Пронизывающий холод охватил его, почувствовалось лёгкое покалывание, и по телу пробежала еле ощутимая волна дрожи.
— Неофит Джеймс Оливер, ты должен найти свой путь, дабы отблагодарить Создателя! Ждём тебя через неделю, — сверля его немигающим взглядом, проговорил жрец и взял за кисть Махавира.
Алан увидел, как и без того смуглое лицо Нанды потемнело, а пухлые губы вытянулись в струнку. От прикосновения жреца браслет друга становился всё ярче и ярче.
— Неофит Махавир Нанда, и от тебя Создатель ждёт благодарности!
— Д-да, — с трепетом проблеял Нанда.
Жрец отплыл к следующему прихожанину, и Махавир облегчённо вздохнул.
Извергающие молнии существа плавали по залу, вгоняя в трепет присутствующих. Алан догадался, что сейчас они заряжают браслеты таким же, как они, ещё не завершившим адаптацию новичкам.
Ритуал с бывалыми прихожанами не шёл ни в какое сравнение с простым прикосновением к запястью неофитов.
— Яви благодарность Создателю! — прозвучал скрипучий голос.
В нескольких шагах от Алана жрец взял за руку одного из прихожан. Браслет на его запястье ярко вспыхнул, по телу пробежал сноп искр, и поток серебристого света, рождённого человеком, устремился к куполу. Трекер отшатнулся. Махавир, выпучив глаза, схватил его за локоть и больно впился ногтями в кожу.