Илья Озерянский – Между строк (страница 1)
Илья Озерянский
Между строк
От автора!!!
Фанфик — это способ побыть чуть дольше с героями, которых уже любишь. Эта история не раскрывает главные повороты моих книг, но шепчет о них между строк. Она про Костю и Таню: как всё начиналось, про ту самую неловкость, когда каждое слово звучит слишком громко, и про то, как одно чужое «нет» может отозваться в сердце на годы вперёд.
И здесь есть немного про Свету — про её первое, совсем короткое знакомство со Стасом. Стас выходит и забывает. А Света не может. В этой несправедливости столько жизни, что она становится отдельной правдой её характера: тихой, упрямой, настоящей. Уже в этой сцене видно, как сильно она умеет чувствовать: для неё даже крошечный момент становится важным, потому что она смотрит на мир чуть внимательнее, чем все остальные.
Контраст здесь не про драму, а про разницу в восприятии: для одного это просто эпизод, для другой — начало целой истории. И пусть я не показываю, куда эта история приведёт, но уже сейчас можно почувствовать, как в Свете рождается эта особая верность: она помнит то, что другим не запомнилось.
Он прошёл мимо и не оглянулся. А она запомнила каждую деталь этого мига — и с этого началось её долгое, тихое ожидание.
Спасибо, что читаете. Пусть эти страницы станут для вас отдельной дорогой, которая где-то пересекается с большой дорогой основного сюжета. Пусть контраст между «забыл» и «не может забыть» прозвучит тихо, но точно — как та самая пауза между словами, которая иногда говорит больше, чем любые признания.
В книге присутствуют сцены употребления алкоголя. Злоупотребление алкоголем вредно для здоровья.
Все персонажи и события в книге являются плодом воображения автора, все совпадения с реальной жизнью случайны.
Начало.
Осень началась очень быстро. Все лето Таня пыталась не думать о новом учебном годе, но экзамены которые ее ждали иногда не давали спокойно отдохнуть, вызывая тревожность. Она не была отличницей, но поставила себе цель сдать экзамены как можно лучше.
Первое сентября началось с тяжелого подъема в шесть утра, 9-ый класс как никак. Таня не любила ранние подъемы, но еще больше она не любила выглядит «обычно» в те дни когда на нее обращенно очень много внимания. Искупалась она быстро, быстрее даже чем обычно. Ну вот красилась дольше. Когда Таня закончила макияж в ее дверь тихонько постучались.
На пороге стоял высокий мужчина со спортивным телосложением, но одетый в обычную рубашку из под которой можно разглядеть его рельеф только долго всматриваясь на мужчину.
— Таня, доброе утро. Пора завтракать и выезжать. - сказал мужчина заботливым голосом. И вышел в коридор
Девушка убрала свои средства ухода в ящик, оделась и не спеша пошла на первый этаж где ее уже заботливо ждал завтрак.
Таня спустилась по лестнице, цепляясь взглядом за привычные детали: старую фотографию в рамке на стене, где она ещё с косичками, чуть скрипучую третью ступеньку, на которую все давно привыкли не наступать, и кружку с надписью «Лучший кофе в мире», которую папа каждый сентябрь ставил на стол специально для неё.
— Садись, — папа подвинул ей тарелку и сел напротив, привычно проверяя что-то в телефоне, но тут же откладывая его в сторону, как только Таня села. — Ты опять не спала полночи? Глаза красные.
Таня пожала плечами, стараясь выглядеть спокойнее, чем чувствовала себя:
— Просто не хотела, чтоб лето заканчивалось.
Папа помолчал, потом тихо сказал:
— Ты же понимаешь, что время никак не остановить? А чтоб осень прошла быстрее и легче нужно высыпаться, так и новая информация запоминается лучше.
Таня улыбнулась краешком губ — не потому что тревога вдруг исчезла, а потому что от этих слов становилось чуть легче.
— Спасибо, пап.
Он кивнул, будто принимая эту благодарность как что-то очень важное, и подвинул к ней кружку.
Таня допила чай и поставила кружку на стол.— Готова? — папа поднялся первым, привычно накинул куртку и подождал, пока она соберёт рюкзак.
Таня кивнула, хотя внутри всё поджималось. Не от экзаменов — они были где-то там, в будущем, как тёмная туча на горизонте. А от сегодняшнего: от новых списков, от классного часа, от того, что надо улыбаться и делать вид, что ты точно знаешь, куда идёшь.
На улице пахло осенью по-настоящему: мокрыми листьями, дождём, который закончился ещё ночью, и чем-то школьным, почти забытым за лето — будто даже воздух здесь был другим, строгим и собранным.
Школа встретила их шумом и суетой. У входа вился хоровод из девятиклассников: кто-то громко смеялся, кто-то пытался выглядеть взрослым и спокойным, а кто-то, как Таня, старался просто не споткнуться на ступеньках.
Она остановилась на ступеньках и тут заметила его. Новенького, который стоял у дверей, теребил лямку рюкзака и смотрел куда-то в сторону, будто хотел исчезнуть.
Он поднял глаза, будто почувствовал её взгляд, и неловко улыбнулся:
— Привет. Кажется, мы в одном классе. Я Костя.
Девушка посмотрела на него оценивающим взглядом, потом ответила.
— Таня. Да, в одном. Если хочешь, могу показать, где наш кабинет. Тут легко запутаться: коридоры как лабиринт.
Костя выдохнул, будто с плеч свалился тяжёлый рюкзак.
— Было бы здорово. Я уже три раза обошёл крыло и всё равно не понимаю, где что.
Они пошли по коридору, и Таня вдруг поймала себя на том, что говорит чуть быстрее обычного — рассказывает про расписание, про учительскую, про то, что в столовой лучше не брать котлеты по понедельникам. Костя кивал, слушал, иногда вставлял короткие «ага» или «понятно», и от этого становилось не так страшно.Они остановились у кабинета. Внутри уже шумели, стулья двигали, кто-то кричал: «Садись сюда!» Таня хотела просто кивнуть и уйти внутрь, раствориться в толпе. Но Костя вдруг тихо сказал:
— Спасибо. Без тебя я бы до обеда искал этот кабинет.
И Таня улыбнулась. По-настоящему, без усилия.
— Не за что. Тут все сначала теряются. Потом привыкаешь.
В этот момент из класса выглянула подруга Тани и махнула рукой:
— Цветкова, заходи, я уже парту нам выбрала! А это кто? - девушка внимательно посмотрела на того, кто шел следом за ее подругой. Стройный высокий брюнет с карими глазами, с доброй улыбкой. Взгляд взрослый, но все равно волнующийся, словно боялся, что его не примут в новой школе.
— Привет Лена. - Таня обняла подругу и почувствовала, как тепло разливается по ее телу. И впервые за это утро ей показалось, что этот год может быть не про страх, а про что-то другое. - это Константин, он новенький.
— Новенький значит... - Лена улыбнулась белоснежной улыбкой и протянула руку парню. - очень приятно, я Лена, староста в этом классе - девушка обвела руками весь класс. Ты что такой замкнутый? Мы все доброжелательные тут. Проходи, можешь сесть позади нас. Наша парта первая в среднем ряду.
Лена схватила Таню за руку и зашла с ней в класс. Костя последовал за ними.
Ссора заставшая Таню впервые за несколько лет, грустить.
Зима подкралась незаметно. За три месяца Таня так крепко сдружилась с Костей, а он — с её друзьями, что со стороны казалось, будто они знакомы не три месяца, а несколько лет.
Костя уже не раз становился свидетелем Таниных срывов, когда тревога накатывала волной и смывала всё спокойствие. Однажды он не выдержал: резко попрощался и пропал на несколько дней. Это в крайний день перед зимними каникулами.
День начинался как самый обычный. Таня влетела в класс с опозданием, на ходу поправляя рюкзак, и первым делом окинула взглядом парты. Костя не смотрел в её сторону — он уткнулся в конспект, будто весь мир сузился до одной страницы. Таня замерла на секунду, а потом, увидев свободное место позади него, молча прошла мимо его парты и села сзади.
— И как это понимать? — Костя оглянулся, в голосе скользнуло недоумение.
— Я пришла учиться, а не общаться с тобой, — выпалила Таня, грубо переиначив те самые слова, которые утром бросил ей Костя, когда устал ждать около школы.
— Вот это… ничего себе, — удивлённо протянул Костя и тут же, будто пытаясь удержать равновесие, начал оправдываться:
— Нам осталось пять месяцев до экзаменов, а я и текущие темы еле тяну, не говоря уже о том, чтобы старые повторять…
— Знаешь… — начала Таня громче, чем собиралась, голос дрожал от обиды.
— Так, Цветкова и Никифоров! Тишину поймали! — резко оборвала учительница, хлопнув ладонью по столу.
— Эта тема будет на экзамене. И если бы я была на вашем месте с такими оценками, я бы не отрывала глаз от учебника!
В классе повисла звенящая тишина. Таня вжала голову в плечи, уставившись в тетрадь, будто там был ответ на всё. Костя медленно отвернулся, снова уткнулся в конспект — но теперь в его позе не было спокойствия, только напряжённые плечи и пальцы, крепко сжимающие ручку.
Остаток урока тянулся, как резина. Таня пыталась читать строчку, но буквы сливались в серую кашу. Она искоса глянула на Костю: он делал вид, что пишет, но движения были резкими, будто он не выводил буквы, а царапал ими бумагу. Каждый его вздох, каждый скрип ручки отдавался внутри Тани колючим уколом. Хотелось крикнуть: «Прости, я не хотела», но гордость держала рот на замке, а обида шептала: «Пусть сам поймёт, как это больно — когда тебя будто стирают из списка важных».
Константин ни разу не обернулся. Ни когда учительница вызывала к доске, ни когда класс зашумел на перемене. Он собрал вещи так быстро, что Таня не успела даже открыть рот. Только когда он уже встал, она всё-таки выдавила: