Илья Озерянский – История Федосова (страница 3)
В квартире тихо играла домашняя аудиосистема. В зале уже стоял накрытый стол, и праздничный ужин выглядел так, будто его расставляли для красивой открытки. Девушки пили вино, парни бегали из кухни в зал и обратно, не забывая между делом опрокинуть по рюмочке.
Никита сидел у себя в комнате, уткнувшись в монитор, и то и дело тихо ругался на кого-то по ту сторону экрана.
— Никитка, давай выходи! Ужин готов! — донеслись из коридора слова тёти.
— Да, сейчас! — отозвался он, вставая из-за стола.
Он начал натягивать праздничную рубашку, когда в окно вдруг кто-то постучал. Не громко, а так, будто провёл ногтями по стеклу. Потом послышался шёпот:
— Это последние спокойные дни в твоей жизни…
Никита замер, прислушиваясь.
— Кто тут? Папа? — тихо спросил он, всматриваясь в отражение стекла, где плясали отсветы ламп.
Ответа не последовало. Только тишина, в которой теперь слышалось что-то чужое. Мальчик тряхнул головой, будто сбрасывая наваждение, и пошёл на кухню, откуда тянулся приятный запах жареного мяса, смешанный с лёгкой ноткой алкоголя.
За столом уже сидели родные и обсуждали взрослые проблемы — те самые, смысл которых Никита пока не мог ухватить, как ни старался.
— Сынок, садись. Что будешь кушать? — спросил Александр, едва Никита вошёл на кухню.
— То же, что и вы, — буркнул мальчик, присаживаясь рядом с тётей и беря вилку. Он старался выглядеть взрослым, но пальцы чуть подрагивали, будто после резкого испуга.
Празднование дня рождения Александра затянулось. Взрослые разговоры быстро заставили Никиту заскучать, а когда они начали петь песни, которые ему казались бесконечно длинными и неинтересными, он тихо выскользнул из-за стола и ушёл к себе.
Вскоре в дверь позвонили. Никита, воображая себя настоящим хозяином квартиры, пошёл открывать. На пороге стояла Диана с родителями. Он впустил их, молча провёл на кухню и, пока взрослые обнимались и обменивались приветствиями, наклонился к Диане:
— Как покушаешь, заходи ко мне в комнату. Тут с ними скучно.
Девочка кивнула, а Никита снова ушёл к себе, будто прячась от этого большого, шумного праздника, в котором ему пока отводилась роль зрителя
***
— Мы тут. Никуда ты от нас не денешься, — снова прозвучал шёпот, едва Никита переступил порог комнаты.
Он замер. Голос шёл откуда-то со стороны окна, но на этот раз ближе, будто из угла, где стоял шкаф.
— Покажитесь, трусы! — Никита схватил биту, которая стояла у межкомнатной двери, и выставил её перед собой, как настоящую защиту. Сердце колотилось, но он стиснул зубы, не давая голосу дрожать. — Поговорим, и я вам объясню, как плохо врываться в чужой дом.
Тишина. Только где-то за стеной глухо басила музыка из зала. Голоса замолчали и больше не тревожили.
Никита постоял ещё секунд десять, прислушиваясь, потом медленно опустил биту. Пальцы побелели на рукоятке. Он осторожно поставил её обратно к двери, будто не хотел признавать, что испугался, и сел за компьютер.
Игра ждала его. На экране четыре человека с пистолетами пробирались от разбитой машины, навстречу им выбегали зомби. Никита надел наушники и сразу ушёл в этот мир, где всё было понятно: враги видимые, оружие в руках, и всегда можно начать заново.
— Танк! — рявкнуло из наушников.
Никита тихо выругался, стал искать огромного бледного монстра по всему монитору. Прицел остановился на туше, которая бежала прямо на его персонажа, — и он открыл огонь. Через пару секунд к нему присоединились два автомата и дробовик. Пять минут стрельбы — и Танк рухнул у ног его героя.
На секунду Никите показалось, что кто-то снова прошептал что-то совсем рядом, за спиной. Он снял наушники и обернулся. Тишина. Комната пустая. Только занавеска чуть колыхнулась, будто от сквозняка, которого здесь быть не могло.
Он натянул наушники обратно и сделал звук погромче.
— Тук-тук, можно к тебе? — дверь скрипнула, и с порога на мальчика смотрели голубые глаза Дианы.
Никита вздрогнул, но тут же взял себя в руки.
— Да, конечно, заходи, — он поставил игру на паузу и свернул окно. — Чем займёмся?
— Не знаю. Ты же сам сказал: как поем, зайду к тебе.
— Придумал, — парень пододвинул к компьютеру второй стул. — Садись, сейчас будем смотреть фильм.
Диана улыбнулась, поблагодарила и села рядом. Никита зашёл на какой-то сайт и включил первое попавшееся кино, даже не глянув на название. Главное — чтобы в комнате звучал чей-то чужой голос, а не тот, который шептал из угла.
***
— Нин, мы не сможем. Нам надо уехать в Ставрополь. Так что в следующий раз, — хмельным голосом проговорила Надя.
— Надя, смотри, ты мне пообещала. Будем вас ждать, — ответила Нина и допила вино из бокала. — Мальчики, налейте ещё.
— Хорошо, — Влад вылил остатки из бутылки и потянулся за новой.
— Так что? В конце недели едем на природу отдыхать? — пробубнил Александр.
— Да, тебе с Никиткой нужно проветриться, да и Владу не помешает. А Алёна вообще настояла, чтобы мы купили тот дом.
— Я не думала, что мне придётся делать там ремонт, — с улыбкой отозвалась Алёна.
— Алёна, дорогая, мы будем там уют наводить, а мальчики — делать ремонт.
— Ну спасибо вам, ни дня без стройки, — произнёс Александр и залпом допил содержимое бокала.
Разговор на кухне тянулся часами, растворяясь в вине, смехе и старых спорах. Когда Надя наконец посмотрела на часы, она вздрогнула и резко встала. На дисплее горело: 02:45.
Она нашла Игоря на задымлённом балконе. Он стоял с сигаретой, а Саша что-то увлечённо рассказывал про машины. Влад и Игорь кивали, будто это были самые важные слова в мире.
— Игорь, нам пора. В двенадцать нужно уже выйти из дома.
— Хорошо. Иди за Дианой, я докурю — и выйду.
Надя бесшумно скользнула в комнату. Свет из прихожей лёг узкой полосой на кровать. Дети сидели, прижавшись друг к другу. Диана прильнула головой к плечу Никиты, а он неловко, но крепко обнимал её, укрыв обоих одеялом — будто так можно было спрятать их от любой беды.
— Мама, что, уже пора уходить? — тихо спросила Диана, когда свет коснулся её лица.
— Да, милая. Нам через девять часов выезжать.
— Хорошо, — Диана крепче обняла Никиту. — Спасибо тебе. До скорых встреч.
Глава 2
Ночь окутала комнату, и тени от деревьев, словно призраки, скользили по полу. Сухие ветки стучали в окно — будто кто-то тихо пытался проникнуть внутрь, стараясь не разбудить никого, кроме Никиты. Мальчик ворочался, пытаясь уснуть, но сон ускользал. Что-то тревожило его, будто воздух в комнате стал гуще и тяжелее.
Каждый раз, когда Никита почти проваливался в забытье, перед глазами вспыхивали страшные образы, связанные с отцом. Он резко просыпался, стряхивая их, но стоило глазам закрыться, как кошмары возвращались, принося с собой новые детали, от которых стыла кровь.
Так прошло несколько часов. Когда Никита наконец почти сдался усталости и начал проваливаться в сон, из соседней комнаты донеслись странные звуки. Сначала он подумал, что отец разговаривает сам с собой. Но потом понял: это не монолог. Александр будто спорил.
— Не трогайте его, он тут ни при чём.
— ...
— Мы не договаривались о нём.
— ...
— Влад тут тоже ни при чём. Если вам так нужно, заберите меня!
— …
— Какая судьба? О чём вы говорите? Он бы и без вас выжил, только на это понадобилось бы побольше времени. Я испугался.
— …
— Вам и так мало жертв?
— …
— Что значит, вы проголодались? Прошло больше восемнадцати лет. К вам больше никто не обращался, и вы решили прийти к тем, кто уже выплатил долг? Вы не представляете, чего мне стоило замять смерти ни в чём не повинных людей. Пошли прочь! — Последние слова Александр уже кричал на всю квартиру.