Илья Озерянский – История Федосова (страница 2)

— Ты же против того, чтоб я пил…

— Когда один пьёшь — да, против. Но у моего брата день рождения недавно был. Ты же знаешь, что, кроме нас, у него никого нет. Я хочу, чтоб он наконец отдохнул. Ты сам говорил, что на стройке творится какой-то ужас. Хоть отвлечётесь на выходных.

— Но…

— Никаких «но». Нельзя всю жизнь проводить на работе. Посмотри на себя и на него: вам по тридцать пять, вы уже руководители, у каждого по машине, по квартире, а у Саши вообще две. Отдохните как следует.

— А Алёна приедет? — спросил Влад. — Она же вам как мать…

— Я ей позвонила. Алёна сказала, что, если получится, приедет.

Влад покосился на пакет: оттуда на него смотрел семилетний коньяк.

— А закуска? — грустно спросил он.

— Хишнев, не наглей! Сами купите. Прогулка тоже полезна, да и идти тут недалеко.

— Теть Нина, я готов. Пошли? — из комнаты выбежал Никита и бросился к тёте.

— Всё, дорогие. Люблю вас. Мы убежали, вечером вернёмся с Алёной. Хорошего дня. И сильно не напивайтесь — вечером будет праздничный ужин. Если, конечно, вы его приготовите, — с ухмылкой добавила Нина.

— Да идите уже! Постараемся быть не полностью пьяными к вашему приходу, — Александр обнял сестру и сына.

— Саш, я надеюсь, что, когда мы вернёмся, Никите не придётся голодать…

Дверь захлопнулась, оставив двух мужчин в квартире.

***

Дверь захлопнулась, и в квартире повисла такая тишина, будто весь город на секунду перестал дышать. Саша налил коньяк в рюмку и выпил залпом. На секунду стало теплее, но потом холод вернулся — и будто стал ещё глубже.

— Влад, как дела? Не станем же мы безработными? — голос у Александра дрожал, и он сам это ненавидел.

— Друг, тут не наша вина, — Влад говорил ровно, будто специально подбирал слова, чтобы они звучали как броня. — Генеральных согнали, теперь мы под прицелом. Но наша главная задача — не усугубить. Пока никому ничего не говорим. Пропало несколько рабочих? Да кто их знает… Может, просто уехали, не предупредив.

— Я знаю, куда они делись, — тихо сказал Александр, не поднимая глаз. Он смотрел в пустой стакан, и на стенках темнели потёки, похожие на трещины. — Я видел.

Влад помолчал.

— Ты опять про это… — он не сказал «ты бредишь», не сказал «тебе показалось». Он вообще не стал спорить. Просто сел напротив и сложил руки на столе. — Расскажи. Если тебе надо рассказать — расскажи.

Александр сглотнул. Ему вдруг стало стыдно за собственные слова, но и остановиться он уже не мог.

— Это было на площадке, в дальнем секторе. Там, где забор уже месяц не могут починить. Я шёл мимо, хотел просто проверить крепления… А там… — он запнулся, подбирая слово, которое не звучало бы как сцена из фильма ужасов. — Там было… неестественно. Будто кто-то специально всё так разложил. Слишком ровно. Слишком чисто. И при этом… слишком страшно.

— Слишком ровно? — переспросил Влад.

— Да. Как будто это не случайность. Как будто кто-то хотел, чтобы я это увидел. И теперь мне кажется, что они следят. Не просто пропали — их забрали. И я следующий.

Влад не рассмеялся. Он не стал говорить «тебе приснилось». Он просто наклонился чуть вперёд и спросил:

— Ты кому-нибудь ещё об этом говорил?

— Нет. Кому я скажу? Скажут, что я с катушек съехал.

— Правильно, не говори, — спокойно сказал Влад. — Пока не надо. Но и одному с этим не оставайся. На следующей неделе едем в дом. Все вместе. Пусть будет ремонт, пусть будет что угодно, лишь бы ты отошёл от этой стройки.

— Ага, чтобы я тебе помогал гвозди забивать, — попытался усмехнуться Александр, но усмешка вышла кривой.

— Дом наш, а не мой. Мы семья. А сейчас давай просто приготовим ужин. Что хочешь?

Александр медленно выдохнул, будто сбрасывал с плеч что-то тяжёлое.

— Давай просто что-нибудь обычное. Картошку с грибами. Как в детстве.

— Договорились, — кивнул Влад. — Пошли за продуктами. В магазине решим.

***

Последние дни лета ласково гладили прохожих солнечными лучиками. Парк рядом с домом Федосовых пропускал через себя сотни людей, будто каждый спешил впитать витамин D, пока солнце не скрылось в тучах на долгое, долгое время.

Никита носился от одних качелей к другим, а Нина всё высматривала тётю, которая когда-то заменила им мать. И вот на горизонте появилась женщина, которой на вид не дашь и тридцати. Вся в белом, с прямыми распущенными волосами до лопаток. Тёмный макияж подчёркивал её голубые глаза, а улыбка словно освещала улицу.

— Ален, это противозаконно… — выдохнула Нина, когда запах духов женщины окутал её.

— Что я сделала? — испуганно спросила Алёна.

— Нельзя знать рецепт вечной молодости и не делиться им с любимой племянницей, — Нина нежно обняла тётю.

— С таким мужем, как у тебя, ты тоже его узнаешь. Главное — забота, любовь, отдых, чуть-чуть косметики — и результат неизбежен, — улыбнулась Алёна, оглядывая ближайшие качели. — Где наш малыш?

Никиту не было видно. Вдруг со спины раздался радостный детский крик:

— Теть Нина, а если смотреть на бабушку Алёну, можно сказать, что ты бабушка, а она тётя!

За Никитой показалась девочка с чёрными волосами.

— Здравствуй, бабушка Нина, — со смехом произнесла она.

Нина засмеялась:

— Спасибо тебе, Алёна… Теперь и Диана считает меня бабушкой. Ну, вот поедем делать ремонт — посмотрим, кто из нас бабушка.

— Теть Нин, извини. Ты не бабушка, которая старенькая. А та бабушка, которая всегда очень вкусно меня кормит, — Никита обнял тётю за талию.

— Кстати, а почему не ты готовишь? Не боишься, что, когда Никита нагуляется, он вернётся домой голодный, и мы в спешке будем готовить не только праздничный ужин, но и обед для него? — Алёна удивлённо посмотрела на племянницу.

— Сегодня повара — Влад и Саша. Ты же знаешь: когда им никто не мешает, они прекрасно справляются. Тем более это не сложнее, чем управлять несколькими десятками людей, — пожала плечами Нина.

— Да, кстати… В новостях видела, что на их стройке якобы пропали несколько рабочих. Что там у них?

Нина чуть помедлила.

— Я пыталась узнать. Но они оба попросили не напоминать им об этом. Так что будем узнавать всё из новостей, — она медленно пошла в сторону ресторана, на секунду задержавшись у скамейки, будто что-то её зацепило.

Алёна проследила за её взглядом.

— Ты что-то увидела?

— Да нет… Просто… показалось, что на спинке скамейки кто-то что-то нацарапал. А теперь гляжу — просто трещина от времени. Или тень легла странно.

— От солнца всё кажется другим, — спокойно сказала Алёна, но всё равно покосилась на скамейку, будто хотела убедиться.

— Точно, — кивнула Нина, будто уговаривая саму себя. — Пошли покормим Никиту?

— Диан, а ты с нами пойдёшь? — спросил Никита у подруги.

— Не, надо с родителями в магазин сходить.

— Солнышко, а вечером вас ждать? — спросила Алёна.

— Да, конечно. Мы же обещали, — с улыбкой произнесла подошедшая женщина — мать девочки.

— Хорошо, тогда ждём вас ближе к восьми. Хороших покупок, — Нина обняла сначала Диану, а потом и её маму.

Они двинулись дальше, и Нина ещё раз оглянулась на скамейку. Трещина и правда была похожа на случайные сколы, но отчего-то казалось, будто в ней прячется какой-то знак. Или просто парк слишком быстро становился чужим, пока лето догорало на солнце.

***