Илья Озерянский – История Федосова (страница 4)

Спина Никиты покрылась липким потом, простыня быстро намокла. Он сбросил одеяло, и холод тут же пробрался к коже. Завернувшись в лёгкий плед, мальчик на цыпочках вышел из комнаты. В кабинете отца горел свет. Никита осторожно приоткрыл дверь.

Александр сидел за столом, обхватив голову руками. Рядом стояла полупустая бутылка с коричневой жидкостью. На голове у него были наушники. Никита на секунду замер, а потом почувствовал, как внутри медленно распускается облегчение: отец просто говорил по гарнитуре. Может, с кем-то из рабочих, может, ругался с заказчиком. Обычная ночная разборка, какие у него бывали и раньше.

Но что-то всё равно царапало. Слова про «долг» и «жертв» не вязались ни с одной стройкой.

— Пап, у тебя всё хорошо? — тихо спросил Никита.

— Малыш, ты чего не спишь? Нам скоро выезжать. — Александр поднял голову. Глаза у него были красные, а в уголках прятались слезинки, которые он тут же смахнул, будто стыдясь их.

— Не могу уснуть. Как закрываю глаза, сразу эти сны…

— Ложись тут. Вот, попей. — Александр протянул ему стакан с соком.

Никита сделал пару глотков и вдруг снова зацепился взглядом за наушники.

— А с кем ты там ругался?

Отец на секунду замер. Пальцы нервно дёрнулись, будто хотели сорвать гарнитуру, но он сдержался.

— Да так… Один упрямый подрядчик. Ничего серьёзного. Ты не слушай.

Мальчик кивнул, хотя объяснение не до конца уложилось в голове. Но он очень хотел, чтобы это было правдой.

— Хорошо. А почему ты пьёшь? Разве не ты будешь за рулём?

— Нет, Алёна сказала, что будет за рулём.

Никита улёгся на кровать, чувствуя, как усталость наконец берёт верх. Он ещё раз покосился на отца: тот снова обхватил голову руками, будто пытался удержать её, чтобы не развалилась. Но Никита уже не мог бороться со сном. Веки налились свинцом, и он провалился в темноту — на этот раз без образов, без криков, просто в пустоту.

***

— Влад, ложись. А то будешь завтра как переспелый помидор, — сказала Нина и тут же улеглась в кровать. Выпитый алкоголь давал о себе знать: голова раскалывалась, будто кто-то стучал изнутри по вискам.

— Да, сейчас выйду покурить и тоже лягу… — Влад взял ноутбук и направился на кухню.

— Хорошо, только ноутбук тут оставь. А то я тебя знаю: сейчас опять начнёшь работать и про сон забудешь.

— Но…

— Никаких «но», — Нина отобрала ноутбук у мужа и снова легла. Она мельком глянула на экран монитора и тихо выругалась. — И он не спит… Работяги, блин.

— Ладно, тогда просто покурю и вернусь.

Когда за Владом закрылась дверь, Нина быстро написала сообщение брату:

«Саш, блин, хватит работать… Иначе загрузим вас работой в доме по полной, чтоб вы даже думать перестали о своих стройках».

Отправив сообщение, она закрыла крышку ноутбука, перевернулась на другой бок и почти сразу провалилась в сон.

Влад вышел на улицу. Холодный ветер хлестнул по хмельному лицу, выдувая из головы остатки расслабленности. Двор был заставлен машинами, тусклые фонари освещали только часть пространства, а остальное тонуло в густой темноте. На качелях сидел парень — и выпускал в воздух густые клубы дыма, а потом делал глоток из коричневой бутылки.

— Молодой человек, можете не пить на детской площадке? — выкрикнул Влад.

Парень обернулся и долго, слишком долго разглядывал его, будто пытался вспомнить, где видел. Потом заговорил пьяным, развязным тоном:

— Дядь, ну никого же тут нет… Девушка выгнала из дома после ссоры. Около подъезда боюсь пить, а больше сидеть и негде. Лучше поделись сигаретками и иди домой по-добру.

Такая наглость Влада не устраивала. Он держал в ежовых рукавицах несколько десятков мужиков, некоторые из которых были старше него вдвое, а тут какой-то мальчишка строит из себя важного. Ярость начала подниматься, горячая и привычная.

— Слышь, парень… А не слишком ли ты наглый? — Влад пошёл в сторону качелей.

— Дядь, не подходи. Только хуже будет.

Но Влада уже несло.

— Ну уж нет, надо таких, как ты, учить хорошим манерам, — кулаки сжались, лицо исказилось в злой ухмылке.

Парень поднялся. Когда он шагнул на свет фонаря, Влад резко остановился.

Лицо парня было покрыто глубокими порезами, нос сломан, кожа — в запёкшейся крови. Но страшнее всего была рука: локтевой сустав выглядел вывернутым, кости торчали, а предплечье двигалось неестественно, будто не имело опоры. И при этом парень стоял ровно, спокойно, будто ничего не происходило.

Вся злость Влада мгновенно испарилась, сменившись чем-то похожим на ледяной ужас.

— Парень, тебе срочно нужно в больницу. Давай вызову скорую?

— Дядь, я что-то не так сказал? Если не хочешь оставлять сигареты — иди домой по-добру и по-здорову. Нужна была бы скорая, сам бы вызвал. Благо телефоны сейчас у каждого. Был я в больнице. Мне помогли тем, что перевязали руку и отправили домой. Эти торчащие кости меня ни капельки не тревожат. Вот, смотри, — парень с пугающей лёгкостью покрутил локтем, будто это была не кость, а шарнир.

Он развернулся и снова сел на качели, открыл ещё одну коричневую бутылку и сделал глоток.

— Подожди, возьми сигареты. Тут почти полная пачка, — голос Влада звучал непривычно мягко, почти умоляюще.

— Положи, как зайдёшь, я их возьму. Поверь, ты не хочешь видеть, что у меня с ладонями. Возвращайся к жене, она уже заждалась, наверное, — парень уставился в темноту, будто разговор был окончен.

С ошарашенным лицом Влад поднялся к себе в квартиру. Внутри пахло духами Нины и свежевыстиранным постельным бельём — привычные, домашние запахи, которые должны были вернуть его в реальность. Но они не помогали.

Он потянулся к ноутбуку, который Нина отодвинула на свою сторону кровати. Едва его пальцы коснулись крышки, Нина пробормотала сквозь сон:

— Я сказала — нет. Спи.

Влад замер. Он и сам не знал, хочет ли он работать. Просто хотел чем-то занять руки, чтобы не думать. Но перед глазами снова и снова прокручивалась одна и та же картина: парень, который спокойно крутит сломанным локтем, как будто это ничего не значит.

Каждый раз, когда Влад закрывал глаза, он видел этот вывернутый сустав, эти неестественно ровные движения. Сон не шёл.

Глава 3

Молодая девушка сидела, уткнувшись в экран ноутбука, будто весь остальной мир мог подождать. Рядом её старшая сестра примеряла одно платье за другим, крутилась перед зеркалом и каждый раз недовольно морщилась. В комнате пахло духами и лёгкой нервозностью.

— Света, а ты что, вообще никуда не поедешь? — в голосе Тани звякнула та самая нотка, которая появляется, когда человек старается звучать спокойно, а внутри всё кипит. — Я уже почти готова. Скажу родителям — и они не дадут тебе времени переодеться. Поедешь в том, в чём сидишь.

Света медленно повернула голову. Рыжий локон скользнул по щеке и прикрыл один глаз, а лёгкая улыбка получилась такой непринуждённой, что Таня едва не скрипнула зубами.

— Таня, мы не на вечеринку едем, а отдыхать у леса. Зачем мне лучшая одежда? Красоваться перед деревьями?

— Ты меня бесишь, — фыркнула Таня и резко сдёрнула с себя очередное платье. — Почему я должна тратить кучу денег на красоту, если не могу переплюнуть тебя даже тогда, когда ты без косметики? Как у тебя это получается — быть такой… обычной и при этом красивой? Даже после бессонной ночи.

Света поднялась, подошла и обняла сестру, не сильно, но так, чтобы это чувствовалось как «я тут, я тебя слышу».

— Не говори ерунды. Ты тоже очень красивая. И не надо позволять словам какого-то парня портить тебе настроение.

Таня на секунду замерла, и в её глазах мелькнуло то, что она так старалась спрятать: не злость, а обида, старая и въевшаяся, как царапина, которая ноет при каждом движении. Перед глазами снова вспыхнул тот вечер: парк, уличные певцы, гитара, и Андрей, который отдёрнул руку и тихо, будто извиняясь, произнёс: «Ты не в моём вкусе, да и девушка у меня есть». Земля тогда ушла изпод ног, и Таня шла одна по знакомому парку, закрывая лицо руками, чтобы никто не видел, как она плачет.

Она моргнула, прогоняя воспоминание, и ответила сестре взаимностью.

— Спасибо, родная. Я обещаю забыть о том случае. И через несколько лет я буду красивее тебя, — Таня улыбнулась, но улыбка вышла чуть кривой, как будто ей было непривычно её держать. — Но ты бы всё равно чтонибудь красивое надела. Я слышала, Логиновы тоже поедут.

Света сначала опешила, но тут же взяла себя в руки. В груди что-то дёрнулось, как будто кто-то потянул за невидимую нитку. Стас Логинов. Тот самый, которого она видела один раз краем глаза, а потом он не выходил у неё из головы. Она даже следила за его страницей в соцсетях, хотя там почти ничего не было. И она точно знала: в эти выходные его не будет.

— Ну и что? Мне-то какое дело, кто там будет? — голос прозвучал чуть громче, чем нужно.

Таня ухмыльнулась, метнулась к ноутбуку и открыла браузер быстрее, чем Света успела среагировать. На закреплённой вкладке был профиль Стаса Логинова. Последняя запись: «Еду с друзьями к морю» — как раз на те дни, когда его родители едут к горам.

— Так вот почему ты надела обычный спортивный костюм. Ты уже знаешь, что он не приедет, — Таня покачала головой. — Света, ты повторяешь мои ошибки. Я хоть и была зациклена на одном парне, но с ним я виделась каждый день. А какой шанс, что ты ещё хоть раз увидишь этого Стаса?