Илья Мосенков (ИВМос) – Заблудившийся во времени 3 (страница 7)

Вот помню был такой случай, после развода к местам несения службы, какому-то офицеру строевой шаг не понравился. И давай он личный состав вокруг части строевой гонять, вместо отбытия к местам несения службы. Ну личный состав и ответил ему «паровозиком», а придурок загнал подразделение в лужу и взбеленился. Кричит: «Вспышка справа». Для тех, кто от службы откашивал поясню, падать надо, прямо где стоишь и головой от стороны вспышки, ну и медленно ползти на кладбище можно начинать. В лужу падать никто конечно не стал, зато весь строй дружно заржал. Вот офицерик и стоял как всем строем оплёванный. Видимо прямой просвет на погоне выпрямил у него и извилину. Звёздочки на погонах, может перед солдатами «звёздную болезнь» вызывают, но ума отменять не должны. Нельзя отдавать дурацкие команды, ибо их могут не исполнить, а авторитет такого горе командира, сразу падает ниже плинтуса.

Я над офицерами тоже покуражиться любил, например, как-то ещё в части нарыл где-то, наверное, в каких-то нычках в клубе похороненное полное собрание сочинений Ильича. Вот я взял и притащил их ротному замполиту. Говорю, мол предки мне специально для его Ленинской комнаты нашли и прислал. Как он на меня глядел.., «как Ленин на буржуазию», хлам этот ему сто лет не надо, а сделать с ним ничего не может, типа, «по назначению использовать». А он зараза, думал, думал и мне благодарность вынес, и к ефрейтору представил. Звание ефрейтор, а прозванье «рвач». Ну кто служил понимает, это звание для насмешек, даже больше, чем прапорщик с одним погоном.

Ну да ладно, не будем о смешном и грустном, здесь о другом речь.

Для начала я вышел из самого дворца-храма. Он был велик и красив. В камне я не понимаю, поэтому не знаю, из чего именно он был сложен. Следует правда отметить, что это были большие каменные блоки. При этом подход к строительству был совершенно иным. Храм строился с использованием особенностей местности. Есть скала, ей придают нужную форму обрезая лишнее и вырезая внутренние помещения, а эти же врезанные куски идут на кладку стен… Портики, резные колонны с искусно вырезанными капителями.

Вокруг поле для посадки виман, для воинских занятий, да и для сборищ – праздники там или молитвы, для тех, кому в храм места не хватило.

До города дорога проложена грунтовая. Сам город большой, но сколько тысяч население я оценить не смог. Само население – аборигены, имеют типично европейскую внешность, только отличались более смуглой кожей.

То тут, то там шлялись священные коровы, рыскали обезьяны, лениво шлялись собаки, козлы шарились в попытках слямзить что-нибудь съестное. Наверное, не менее священные ящерицы, мухи и тараканы… Особенно много всей этой живности было ближе к местному базару. Местный колорит производил впечатления не только священной скотиной, но и выступающими факирами и заклинателями змей. Эти шоумены тоже, наверное, священные, ибо они кучковались также у входов на местный базар. Полудикие и полу священные садху мычали «ОМ-м», как священные коровы. Особенно впечатлил один, который сидел и давил блох, после каждой экзекуции произнося заветный «ОМ-м». Позже, Кришна на мой вопрос о «священной говядине» пояснил мне, что вообще любая жизнь священна, ибо она связана с божественным Брахмой, существованием души и волею его реинкарнирует. Здесь правда есть ещё одна тонкость, по его словам, в низших «адских мирах», к которым относится и наш, нам сирым не дано помнить свои предыдущие рождения, в отличии от них, «богов», чьи души более совершенны. Вот поэтому, они и боги для нас, а нам всё сначала «в первый раз в первый класс». А что, вы скажете, что наш мир не «адский»? Здесь все только и живут тем, что кушают друг друга в прямом или в переносном смысле. Ну да не о том сейчас речь, кому интересны их взгляды читайте Веды.

Везде на улицах валялось много мусора, банановая кожура, полусгнившие манго, кокосовые и ананасовые ошмётки. Запошец от этих остатков даров природы перемежался с запахами специй и благовоний, а равно и продуктов жизнедеятельности священной скотины. Уникальная страна, застывшая во времени, пять тысячелетий туда, пять тысячелетий сюда ничего не меняется, пустяки – дело житейское. В этой мысли я укрепился, увидев кремацию трупа на берегу. Такова была острота от первых новых впечатлений, потом, попозже пообвыкнусь. Так что острота первых впечатлений уйдёт.

Сами дома в своей архитектуре и развитии технологий не уступают греческим полисам, улицы, кварталы – всё по плану. Но улочки узкие, из окна в окно можно плеваться и переплёвываться. Жилые кварталы правильной геометрической формы. Дома имеют каменные фундаменты, одним словом – неолит. Сами дома с плоскими крышами и от одного до трёх этажей из кирпича. Причём, кирпич везде практически стандартный. Дома брахманов красились в синие цвета. Стены многих домов были украшены рисунками.

Уровень технического развития очень высок для этого времени. В городе существуют оросительная система, система плотин, канализационная и водопроводная системы, видны следы искусственного изменения русла реки дающей воду городу. В европейских городах таких удобств не было до восемнадцатого века точно, а то и до девятнадцатого. Базар. Кварталы с какими-то ремёслами.

Отстроить здесь такой дом с подводкой всех коммуникаций, это вам не избушку «на курьих ножках» сладить при помощи пилы и топора, «и ещё какой-то матери».

Чтобы дикие в своей просвещённости аборигены не гадили по углам, то тут, то там встречались открытого типа «очко», построенные по модели «сортир», без обозначения буквами «эм» и «жо».

У местных интересная система. Каких-то денежно-финансовых эквивалентов труда я не обнаружил. Аборигены работали за «трудодни», которые учитывались от выработки специальными счетоводами, если это касалось производительного труда.

Так посмотрел я на работу кирпичного завода, где работник мог наработать выработки, к примеру, и 0,8, и 1,2 трудодня. Кшатрий служил – это было его трудоднём. Брамин выполнял ритуалы или писал тексты на пальмовых листьях – тоже трудодни.

Для привилегированных сословий – привилегии: кшатрию день за полтора, брамину – день за два.

Мне любопытен стал кирпичный заводик. Работяги работали на глиняных холмах. Если холм вырабатывался, то на его месте там уже можно было строить.

Аборигены работяги мешали с водой глину для заливки. Получившейся достаточно густой массой заполняли формы. Каждая форма на пять десятков кирпичей, сама форма из перпендикулярно расположенных досок.

Заполнили форму, идут заполнять другую, от другой к третьей и так дальше. А те по порядку лежат под солнышком и сохнут. Когда хорошо высохнут – влага уходит, кирпичи дают некоторую усадку, затем снимают саму форму и получают кирпичи. Другие работники их собирают и несут к печам на обжиг. В виду особенностей климата, кирпич сырец для местных не подходит. В сезон дождей, ливни всё могут растопить.

За те годы, что я прожил в Древнейшей Индии, точно такие же, как под копирку города я видел многократно. Так, например, мне доводилось бывать в Мохенджо Даро, в Хараппе, в Айодхье и в других.

Профессии с секретами и тонкостями передаются по наследству, вот вам и система каст в действии, типа «потомственный оленевод». Возможно на какой-то момент эта система и была нужна для достижения профессионализма в виде деятельности. Короче говоря, богу-богово, кесарю-кесарево, а слесарю-слесарево.

Всё население было в достаточной степени образованным. Аборигены умели не только считать, читать и даже писать. Но и имели познания о «Богах», и мире, и мироустройстве. Эти гуманитарные познания они получали в виде проповедей от жрецов брахманов.

Когда-то, мне доводилось читать где-то, не помню, но якобы, когда Александр Македонский, пришёл со своим завоеванием в Индию, он был очень сильно удивлён, что местные крестьяне свободно оперировали понятиями, которые были доступны в Греции, лишь самым именитым учёным и философам. Однако, каждый абориген здесь, прямо «дважды Будда Советского Союза».

Так мысль о бесконечности Вселенной и множественности обитаемых миров, подобных нашей Земле, излагали священные книги древней Индии. В древней санскритской книге «Вишну-Пуране» прямо говорится, что наша Земля лишь один из тысяч миллионов подобных ей обитаемых миров, находящихся во Вселенной. Согласно одному из тибетских текстов, «во Вселенной так много миров, что даже сам Будда не может сосчитать их». Как гласит буддийская традиция, «каждый из этих миров окружен оболочкой голубого воздуха или эфира».

Куда всё это ушло? Почему не дало прорывных всходов? Это вопрос, ответов не имею, быть может, это всё блокировалось системой каст? Возможно потому, что жрецы, а не пандиты стали самой высшей кастой?

Да, были ещё конечно учёные пандиты. По крайней мере в это время в них ещё могли пробиться представители разных каст за свой острый ум. Однако же, чем ниже каста, тем тяжелее из неё пробиться, тем меньше реальных знаний можно было получить.

Составив представление о том, куда я «попал», я решил, что моя «туристическая» экскурсия закончена, мне следует возвращаться во дворец и предаваться в шаловливые и загребущие руки Гиты и Зиты.