Илья Модус – Катарсис Империи (страница 94)

'Действительно похож на Вилли', - подумал я, глядя на закипающего князя. Обожаю поджигать стулья под задницами своих недругов - когда противник злится, он плохо себя контролирует.

- Может перейдем сразу к делу? - Невинно предложил я. - Вот, - в руках оказалось несколько листов бумаги, - рапорт начальника контрразведки флота, в котором упоминается, как 'Великий князь Кирилл Владимирович, в ходе чрезмерного распития спиртного по случаю своего прибытия в обществе Наместника Его Величества адмирала Алексеева, генерала Стесселя, капитана первого ранга Чернышова, генерал-майора Фока, а так же ряда иных морских и сухопутных офицеров эскадры и крепости, а так же - Великого князя Андрея Владимировича, вел себя вызывающе, выкрикивая личные оскорбления в адрес командующего морскими и сухопутными силами, действующими против Японии - вице-адмирала Модуса, Корпуса особых советников, критикуя действия Государя Всероссийского по созданию последнего. В момент, когда его призвали к порядку, князь проявил несдержанность, лично оскорбив капитана первого ранга Грамматчикова, капитана первого ранга Эссена, капитана первого ранга Григоровича, капитана первого ранга князя Ливена, требуя немедленной сатисфакции с оными по надуманному им самим поводу. Свое вопиющее и беспринципное поведение Великий князь аргументировал своей принадлежностью к императорской фамилии и своей неприкасаемости. После чего, при попытке увести его в покои, укусил контр-адмирала Лощинского за руку, назвав последнего 'занюханым гардемарином', после чего под руку с госпожой Ашанской отбыл в свои покои', - я отложил рапорт на край стола, после чего посмотрел на князя, глаза которого превратились в огромные блюдца, бегающие из стороны в сторону. - Ваше Императорское Высочество, я, конечно, понимаю, что вы ортодоксальный и непримиримый алкоголик, но вас разве не учили, что чужую религию нельзя подвергать сомнению? Если вы сами не чувствуете рамок дозволенного, то почему окружающие вас люди, офицеры, должны уважать вас и вашего Синего бога?

- Я..я..меня разморило с дороги, я бы никогда...

- Да хватит мне тут мямлить! - Ударил я рукой по столу. Признаюсь - в кино этот жест выглядит красиво На самом деле - и шума мало и руке больно. - Вы офицер или за лаптями в лавку пришли? Вы Великий князь Российской Империи! Вы что себе позволяете? Вы оскорбили половину старших офицеров флота - а Лощинскому, так вообще чуть кусок предплечья не откусили! Вы, бл.ть простите, какие спайсы курите!? Хамло! Немедленно лично извинитесь перед каждым из оскорбленных офицеров, - я подвинул в сторону вскочившего и расположившегося напротив меня кавторанга голубых кровей.

На мгновение Кирилл растерялся. Его взгляд потух, тело само приняло стойку 'смирно', но буквально в следующую же минуту он перешел в контрнаступление.

- Вы, выскочка, каких только можно поискать! Какое право вы имеете говорить со мной в таком тоне и вести себя так с Великим князем? Да стоит мне только сказать государю о вашем неподобающем и варварском поведении, вас ничто не спасет. Эти погоня, - он кивнул в сторону моих орлов, - легли на ваши плечи в нарушение всех морских и человеческих законов и традиций, а значит - вы их недостойны, что еще раз подтвердили своей выходкой. Ваше невежество, которым разило ее на вокзале этого богом забытого городишки, сейчас просто лезет наружу, поскольку его подталкивает ваше напщенное эго! Быть внебрачным сыном императора - еще не достаточно, чтобы вести себя подобным тоном! Император тоже не вечен и не сможет постоянно вас покрывать, свой позор покрывать! Ваши дни здесь сочтены! - Он вскочил с дивана и в два шага оказался у выхода из каюты. Растворив ее настежь, он бросил мне на прощание. - Пакуйте чемоданы, адмирал-мальчишка! Вашему адмиральству пришел конец!

После чего, подобно одной известной нелетающей гордой птице - пошел 'летящей походкой' прочь.

- Вот же..! - Я в бешенстве вскочил из-за стола, махнув появившемуся в проеме Азарьеву, чтобы он оставил меня, ибо я в печали. - Каков наглец!

- Далжен заметить, что во времена моей юности, Великие князья себя так не вели.

Обернувшись на говорившего, я в который раз за сегодня выругался.

***

Василий Васильевич Верещагин - русский художник, баталист. Воевал в войне с Турцией, вместе с адмиралом Макаровым. Георгиевский кавалер. Внешне он немного напоминал покойного Макарова - чуть выше среднего роста, с большой седеющей бородой. И неимоверно добрыми глазами.

В нашей истории художник погиб сместе с легендарным адмиралом при подрыве флагманского броненосца.

'Даже не знал, что он уже приехал в Артур', - мелькнула мысль.

Практически сразу по прибытию в крепость, среди прочего, мне была передана телеграмма от художника, который сообщал, что намерен прибыть в крепость, для написания ряда картин и просит разрешения на встречу. На встречу я конечно-же согласился - уж очень хотелось посмотреть на живописца.

- Прошу прощения за увиденную вами сцену, - извинился я за князя, чтоб ему, суке, багор в спину вошел. - Очевидно князя действительно растрясло в поездке.

- Полноте вам, Илья Сергеевич, - я сразу же предложил перейти на свойскую беседу, указав баталисту на мместо напротив себя. - Я от самого Петербурга ехал с Великими князьями в одном поезде. Его не смущало ни наличие младшего брата, ни цесеревича - Великого князя Михаила, ни офицеры гвардии. Кирилл Владимирович всю дорогу кутил так, как ему заблагорассудится.

- Василий Васильевич, позвольте перевести тему разговора, - я деликатно улыбнулся, стараясь дать понять, что скандалы с учатием членов императорской фамилии мне совершенно не нужны, а уж разговоры о них - тем более. - Как продвигаются ваши творческие начинания в Артуре?

- Плодотворно, - усмехнулся Верещагин. - Сделал несколько набросков кораблей на рейде. Хотелось бы еще зарисовки с батарей сделать, но вот тут казус вышел. Не пустили меня на батареи ваши молодцы. Сказали, что не положено, без разрешения командующего. Вот, собственно говоря, за этим и пришел.

- Эвоно как...

Как завещали полководцы древности - 'воин должен служить своей Родине'. А тот воин, который не занят службой - занимается весьма печальными делами. Например, якшается с революционерами. Вспомнить только, чем в дальней перспективе вылилось для власти держание балтийских линкоров в портах во время Первой Мировой войны. Не вдаваясь в подробности скажу - в участие в революциях.

Экипажи с кораблей эскадры, ровно как и части Квантунского экипажа, расквартированные в Артуре, были в добровольно-принудительном порядке привлечены к работам по ремонту, модернизациям и перевооружению своих кораблей. Причем, даже малой мотивации в виде увеличения пайка (либо замена его денежным довольствием) за работу сверхурочно давала невиданные результаты. Чего стоит только то, что миноносцы 2-ого отряда, вслед за 1-ым заканчивали модернизацию, а 'Паллада' вот-вот выскользнет из дока. Отремонтированная, модернизированная, перевооруженная и свежеокрашенная.

Части сухопутных войск, составляющих гарнизон Квантуна, нещадно привлекались для производства земляных ии строительных работ по всему полуострову. Требовалось в кратчайшие сроки не только построить укрепления на перешейке, но и в значительной мере модернизировать уже имеющиеся. Весьма много строительных мощностей отводилось на создание обороны Дальнего. А поскольку в мои планы не входило позволить нежелательным элементам раньше времени узнать, к примеру, о строительстве Электрического Утеса-2 на мысе Входной южный, или о реконструкции старых китайских фортов в Талиенваньском заиве, то приходилось отправлять солдатиков в охранение ремонтых работ. Что стало настоящим шоком для японских шпионов, привыкших гулять по местным сопкам и бухточкам как у себя дома. Вон, Галицкий уже 'жалуется', что японцев, пойманых при попытках проникнуть на прибрежные батареи и на территорию порта, уже негде держать.

- Петр Инокентрьевич, - я посмотрел на контразведчика. - А вы уверены, что их обязательно держать? Почему не в расход?

- Простите Ваше Превосходительство, - офицер явно не ожидал такого предложения. - Но, что вы предлагаете?

- Знаете ли вы, как относятся японцы к населению на покоренных территориях? Вижу по взгляду - не знаете. Позвольте - расскажу вам одну занятную историю. Заняли японцы один город. Небольшой такой - провинциальный. Таких городов - сотни, даже на картах не всегда увидешь. И чтобы сломить дух сопротивления у жителей этого города, а так же, чтобы узнать у взятых в плен местных ителей и солдат, военные тайны, они их пытали. Срезали с них кожу, разрезали им подошву ног. В общем, пытали так, что те мертвым завидовали. А когда получили желаемое, то японцы сбросили их, полуживых, измученных, до смерти запытанных самыми изуверскими пытками в подвал длиной в 5 метров и глубиной 3 метра, после чего залили их известью. Сейчас практически невозможно узнать, сколько именно так они погубили людей, но местные жители говорили, что более 400. А тех, кто боролся с ними, хотел восстановить сове...свою власть в этом городе, они вывезли и зверски казнили, сбросив их тела в овраг, который предварительно заставили вырыть самих пленных, - Галицкий молча слушал мой вольный пересказ об образовании таких памятников как 'Памятник 400-мстам замученным' и 'Овраг смерти' в период японской интервенции в ходе Гражданской войны 1917-1921 годов. Молча слушал и мрачнел. - Как вы думаете, уважаемый начальник контрразведки флота, волнует ли меня судьба японских шпионов? Заранее отвечу - нет. Поэтому, потрудитесь выжать из них всю необходимую для нас информацию, а после этого - избавьтесь от тел. Лишние свидетели - лишние проблемы. Я доступно выражаюсь?