Илья Модус – Катарсис Империи (страница 120)
- Боевая тревога, - распорядился он. - Дайте ракету в сторону Саншандао и Дальнего - пусть просыпаются - японцы в заливе, как у себя дома ходят. Это ж куда 'Сердитый' рванул? - Воскликнул Евгений Янович, наблюдая, как крошечный 'сокол', набирая ход, опережал ведущего, явно намереваясь резать курс японскому отряду.
- Черт бы побрал этого Колчака, - без особой злобы ругнулся лейтенант. - Машинное! Полный вперед! Не хватало еще, чтобы 'Сердитого' японцы на заклепки разделали.
Последнюю фразу он добавил спустя несколько секунд после того, как несколько снарядов легли вблизи 'Сердитого', корма которого маячила уже в добрых нескольких сотнях метров от носа 'Сильного'.
Японский отряд, позабыв уже о скрытности, расцвел флагами страны Восходящего солнца, намереваясь проучить два наглых русских миноносца во славу Микадо.
Колчак же, теперь окончательно уверенный в том, что четверка кораблей даже в самом страшном сне не может принадлежать русским, скомандовал открыть огонь. Одновременно с этим, оба русских миноносца, последовательно, легли правый галс, все больше забирая в сторону острова Саншандао. Японцы, постепенно разводя пары в машинах, после нескольких минут погони поспешили отвернуть от погони, держа курс на середину пролива между берегом и островом Сяошандао.
Пятый отряд истребителей, под командованием капитана второго ранга Хиросе, имел перед собой одну единственную задачу - пользуясь тем, что все внимание русских будет сосредоточено на крупном сражение на внешнем рейде Артура, скрытно проникнуть в акваторию Талиенваньского залива. Обычная разведка, которая должна была дать японцам неплохие дивиденды... если бы все было так, как это запланировал Хиросе.
Нет, отряд с великой предосторожностью проник внутрь заминированного периметра, и даже сумел приблизиться к порту, чтобы сосчитать и опознать стоящие там корабли, а так же обследовать с моря восстанавливаемые китайские укрепления, прежде чем русские сторожа заметили их.
Отряд Хиросе двигался малым ходом, стараясь не выдать свое положение, однако, через чур долго находился в акватории Талиенваня. В то время, когда он по плану уже должен был проходить навигационную опасность, известную русским как риф Опасный, его отряд лишь приближался к проливу.
Однако, Хиросе не учел сразу нескольких вещей.
Зная изменчивую натуру течений в заливе, Второй миноносный отряд безостановочно, едва ли не ежедневно, вылавливал и расстреливал в акватории сорвавшиеся с якоря мины. Сильнее всего страдало заграждение, находящееся между полуостровом Дагушань и островком Сяошаньдао, в котором сходились два течения - сильное, океаническое, приливом заполняющее залив. И его полная противоположность, немного уступающая ему по силе.
В силу противоречивого течения, поставить вплотную к берегу мины не представлялось возможным, кроме как в первые две минные постановки. Теперь, учитывая течение, не было понятно, есть там мины, или же образовался незапланированный фарватер, которым, что не исключено, для проникновения в залив воспользовались японцы.
Итак, первой ошибкой, допущенной 5-ым отрядом миноносцев микадо явилось использование для отступления пролива со смешанным течением, в котором возможно нахождение плавающих мин.
Вторая же ошибка японцев была ими допущена скорее всего не по своей вине, а отчасти (добавим немного лести) по причине хорошей маскировки стоянки патрульных кораблей у острова Сяошаньдао.
Его большой брат - остров Саншандао, имел целых три удобные для базирования бухточки, не видимые со стороны океана, обращенные вглубь залива. Сяошаньдао имел лишь небольшую якорную стоянку, в которой несла свое дежурство канонерская лодка 'Гремящий'.
В истории российского кораблестроения было немало примеров нелегкой судьбы военных кораблей. К своему сожалению, мореходная канонерская лодка 'Гремящий' находилась в их числе.
Как и у всех, проблемы у канонерки начались с момента ее корабельного рождения. Такая уж в России сложилась практика, что корабли, задумывавшиеся для службы на Балтике, находили свой приют в водах Тихого океана. 'Гремящий', строительство которого заняло у отечественных корабелов четыре года (чтобы понять эпичность сего фейспалма, стоит только сказать, что канонерку 'Кореец', к примеру, построили за год в Швеции, клипер 'Забияка' - тоже год, броненосный крейсер 'Громобой' - за два года), для своего времени - 1878 года был весьма неплохим кораблем, развивавшим в лучшие годы существования скорость свыше 14 узлов. Но, годы шли, а время, как известно, безжалостно к славным делам, памяти благодарных потомков и военной машине России.
Именно 'Гремящий' был одним из тех, кто бросил якорь у берегов Талиенваньского залива, дав начало Дальнему. Канонерка отличилась в подавлении китайского восстания, доставив десант.
Нет для военного корабля судьбы печальнее, чем прозябать на задворках, в то время как идет вокруг война. Но, именно это было отведено 'Гремящему'. В сентябре 1903 года командиром канонерки был назначен кавторанг Николаев, одного взгляда на которого было достаточно, чтобы понять - отнюдь не бравый офицер. И героизма от него ждать не придется. Благо, на момент начала войны, канонерка находилась в ремонте, ожидая перевооружения. Петр Егорович, как не подобает морскому офицеру, которому еще нет и пятидесяти, проводил все это время не на своем корабле, а прикинувшись больным, что, впрочем, не мешало ему крутить шашни с порт-артурскими барышнями.
Но, самый большой свой 'подвиг' в каноничной истории кавторанг Николаев совершил, отказавшись в мае 1904 года выйти на своей канонерке для поддержания огнем своих сухопутных товарищей...
Посему, немудрено, что при появлении нового командующего, Николаев поехал выслуживать свой ценз в Николаевск, а его место на мостике занял кавторанг Цвингман, под командованием которого ранее находился миноносец 'Сильный'.
Во многом, благодаря именно Альфонсу Карловичу, 'Гремящий' смог совершить переход 26 февраля из Артура в Дальний. Безусловно, это был риск - на канонерке еще не была проведена в полном объеме замена артиллерии и в случае морского сражения, лодка неминуемо превратилась бы в мишень. Но, командующий свое слово сдержал - канонерка благополучно достигла Дальнего. Где за нее принялись всерьез, меньше чем за неделю приведя артиллерийский парк канонерки в порядок.
И, начиная с 5 марта, канонерка принимала участие в дежурстве на входах на рейд.
И, утром 9 марта, приведенный в состояние суетливой тревоги, канонерка спешно покидала место своей стоянки, оказавшись на правом траверзе у отряда японцев, прорывающихся через крошечный и неспокойный пролив...
С момента обнаружения отряда японцев прошло не более паря десятков минут. За это время русские и японские истребители успели обменяться несколькими серьезными попаданиями. 'Сильный' получил крупный снаряд в надводную часть борта, что отразилось на скорости корабля - захлестываемая волнами вода делала невозможным сопровождение противника на скоростях более 17-18 узлов, поэтому, скрипя зубами, Криницкий отдал приказ следовать за 'Сердитым', который, несмотря на обильное поливание его японскими снарядами, умудрился отделаться только срезанной на уровне первой трубы мачты.
Что 'Сердитый', что 'Сильный' особыми заслугами похвастаться не могли. 'Сильный', схлопотав пробоину почти в самом начале, вынужден был довольствоваться ролью догоняющего, а стрельба из единственного носового 75-мм орудия по удаляющимся на большой скорости японцам, не могла быть результативной априори. Никто не знал на истребителе, что им удалось довольно долго держать в напряжении экипаж японского 'Миракумо', когда один из крупных осколков русского бронебойного 75-мм снаряда, образовавшийся при попадании оного в 57-мм орудие по правому борту, срикошетил в заряженный торпедный аппарат. К счастью для сынов Аматерасу, их боги были на их стороне, поэтому, по прибытии на базу, они лишь изумленно могли наблюдать десятисантиметровый кусок русского боеприпаса, наполовину застрявшего в теле сигарообразной смерти.
'Сердитый', с самого начала боя задавший высокий темп, вел огонь по держащемуся за головным 'Сирануи' истребителю 'Югири'. Несмотря на то, что до разрыва дистанции, 'Сердитый' сумел положить в противника не менее трех снарядов, потопить, или хотя бы замедлить противника у Колчака не получалось. Возможно виной тому, что на японском истребителе, торникрофтовского производства было всего две дымовые трубы, расположенные ближе к носу, или потому, что использовавшиеся на 'Югири', как и на всех его систершипах котлы имели меньшую высоту, русские бронебойные снаряды не смогли выполнить своего предназначения, несмотря на то, что вся троица нашла свой свет в конце тоннеля именно в центральной части японца. Что именно повредили русские снаряды никто так и не выяснил, ибо, когда 'Сердитый' разорвал дистанцию, чтобы обойти мористее возникший перед ним Сяошаньдао, после чего обойдя остров против часовой стрелки, по возможности вцепиться в хвост колонны японцев, но уже рассчитывая на помощь двух минных крейсеров, которые времени не теряя, уже покинули свою якорную стоянку у Саншандао и брали курс на риф Опасности.