Илья Куликов – Десант князя Рюрика (страница 29)

Родовой вождь смотрел на Олега и не понимал, что это значит. Олег между тем руки не убирал.

– Как твоё имя, варяг? – спросил славянин.

– Меня звать Олег, и я не варяг. Я русич!

Вождь засмеялся и показал на щит Олега.

– Этот сокол – знак варяга Рюрика и его людей. Боги благоволят вам, и ваше оружие удачно. Но если вы хотите победить нас, то прольётся кровь! Много крови!

– Этот сокол – знак Руси, а мы не варяги, а русичи, и мы не хотим сражаться с вами. Я назвал тебе своё имя, но ты не сказал мне своё. Как тебя зовут?

– Родислав!

– Родислав, ты знаешь, что если начнётся бой, то твоё воинство, даже если нанесёт мне урон, будет разбито, а если ты не начнёшь битву, то сохранишь не только их жизни, но и жизни моих воинов! Впереди много битв, и мне нужны их жизни. И твоих людей, и моих! Я предлагаю тебе перейти под власть Руси без боя. Я предлагаю тебе стать русичем! Выбор за тобой, Родислав. Или стать русичем, или погибнуть кривичем.

– В чём будет заключаться ваша власть?

– Мы станем защищать вас и судить в землях кривичей, и все мы станем одним родом. Те, кто силён, если захотят, смогут служить в дружине и защищать род. А все остальные будут кормить и снаряжать их.

– В чём будет различие между варягом и кривичем?

– Различий не будет, Родислав! Не будет ни кривичей, ни варягов – все мы русичи!

– Олег, ты красиво говоришь, но я должен обдумать всё с другими родовыми вождями. Я дам тебе ответ завтра.

– Хорошо, Родислав, я жду твоего ответа до завтра, пока не сядет солнце!

Родовой вождь кривичей вернулся к своим людям, а Олег к своим. Родислав понимал, что кровопролитие невыгодно не только Олегу, но и ему, поэтому он подозвал к себе других родовых вождей и Мечемира, ближайшего сподвижника Вадима, и стал с ними советоваться.

– Мечемир, как ты считаешь, если мы вступим в бой с варягами, то у нас есть шанс на победу? – спросил Родислав.

Мечемир задумчиво посмотрел в сторону, где расположились варяги и славяне Олега.

– Не знаю. Варягов мы разобьём, а вот славян – не знаю, – задумчиво ответил Мечемир и указал на кривичей: – Те, кто бился ещё с Вадимом, смогут биться достойно, а остальные падут в бою без всякой пользы. Бои меняются, бой Родислав, и теперь, чтобы быть воином, надо безостановочно совершенствовать свои умения.

– Гордые потомки Крива в бою стоят один троих.

Мечемир рассмеялся, глядя в глаза Родиславу, а затем с горечью проговорил:

– С Вадимом мы бы стоили один десятерых, а без него мы проиграем. В него вселялся Перун и его рукой разил врагов. Без него мы не выдержим!

Остальные родовые вожди внимательно слушали разговор Мечемира и Родислава, и с каждой минутой им всё меньше хотелось сражаться. Первым заговорил Смелобой, уже седой, но сохранивший силу муж.

– Если можно избежать боя, то нам лучше так и сделать, ведь каждый павший в бою отзовётся плачем в своём роду. Что предлагают варяги?

Родислав сильно волновался и боялся сказать родовым вождям о предложении Олега, так как видел, что они и так-то не сильно хотят сражаться. С другой стороны, Родислав и сам подумывал пойти под руку варягов, желая, чтобы и в землях кривичей воцарился мир и покой, который был у ладожан до начала войны с Вадимом.

– Олег предлагает нам пойти под их руку и стать с ними одним народом – русичами, – после долгого молчания сказал Родислав, – мы все должны будем жить по одним правилам.

– Тогда зачем нам лить кровь, Родислав? – спросил Смелобой. – Если варяги и сами не хотят крови? Я был в Ладоге ещё до того, как Вадим поднял в руки оружие, и мне там понравилось!

– А что, если варяги обманут и, придя в наш город, устроят произвол? – вмешался родовой вождь Изяслав. – Надо бы с ними кровный союз заключить.

– Да, кровный союз мог бы гарантировать нам мир! – согласился с Изяславом Смелобой.

– В своё время то же сделал и вождь варягов Трувор, взяв себе в жёны дочь Вадима из Бора. Как вы знаете, это ни к чему не привело! – проговорил Мечемир. – Вадим убил эту девушку, и после того, как варяги были изгнаны из Бора, многие дочери были побиты своими же родичами!

– Есть ли у нас выбор, бой Мечемир, если даже ты не знаешь, победим ли мы? Сколько здесь воинов Рюрика? Треть, может, пятая часть! Мы собрали всех, кто может носить оружие! Надо заключать мир, – сказал Смелобой.

Все долго молчали, словно слова Смелобоя погрузили всех в сон. Все родовые вожди сидели неподвижно, словно прощаясь со свободой. Наконец тягостное молчание прервал Родислав:

– Ну, коли мы решили, что без боя сдадимся, то давайте определяться с кровным союзом. У меня есть дочь Миловзора, и ей самое время выходить замуж. Я предложу Олегу взять её в жены, и этим союзом мы скрепим наше родство.

– А с чего ты взял, Родислав, что твоя дочь должна выйти за предводителя варягов? – возмутился Смелобой. – Моя племянница Третьяна тоже вошла в возраст и также сможет составить неплохую пару для этого варяга!

– Если на то пошло, – вмешался в разговор Изяслав, – то и из моего рода есть девы, которые могут выйти замуж за варяга!

– Хорошо устроились, – вспылил Родислав, – как идти на переговоры с варягом – так я, а как союз заключать – так вы!

– А кто тебя выбирал вести войско? Сам ты себя выбрал, так как у тебя людей больше! – сказал Изяслав. – Давайте жребий бросим, или быть ссоре.

Родислав, увидев, что все согласны с предложением Изяслава, не спеша подошёл к деревцу и ножом срезал ветку, а затем сделал из неё две маленькие палочки и одну большую.

– Ростимир, – обратился он к родовому вождю, который не хотел выдавать никого из своего рода замуж за варяга, – тебе судить нас.

Ростимир взял в кулак три веточки, повернулся спиной к Изяславу, Смелобою и Родиславу, чтобы перемешать их, а после протянул им кулак.

Первым веточку вытянул Смелобой и рассмеялся.

– Моя короткая. Видно, не судьба Третьяне стать женой варяга.

Вторым тянул Родислав. Он показал всем длинную веточку. Изяслав развёл руками, давая понять, что раз такова воля богов, то он им противиться не станет.

– Осталось только, чтобы этот варяг согласился взять в жёны твою Миловзору, – сказал Смелобой, – а то ведь мы его пока не спросили. И, как вы понимаете, это не мы победу одержали, а он.

Солнце уже садилось, когда Родислав и все родовые вожди кривичей пошли на встречу с Олегом.

Олег внимательно всмотрелся в их лица и понял, что они сдаются. Вождь Родислав заговорил первым.

– Бой Олег, мы сдаёмся и согласны на твои условия, но у нас есть и свои. Поскольку мы должны стать одним народом – русичами, то необходимо скрепить этот союз кровным родством. Ты должен взять в жёны деву из нашего племени.

Олег посмотрел на Родислава и усмехнулся, давая понять, что это не очень сложно выполнить.

– А она хоть красивая? – смеясь, спросил Олег.

– Звать Миловзора.

– А имя давали ей потому, что у неё взор милый, или потому, что когда на неё бросишь взор, то мило становится?

Родислав ничего не ответил, давая понять, что когда обсуждаются такие вот дела, то не самое разумное смотреть на лицо. Как говорится, с лица воды не пить! Да к тому же Миловзора не была какой-то страшилой или кикиморой, а считалась вполне пригожей девицей.

– Олег, – торжественно провозгласил Родислав, – также ты должен поклясться при всех нас именем богов, в которых ты веришь, что сдержишь свои обещания.

– Óдин! Тор! Перун! – так же торжественно ответил Олег. – Я, Олег из рода Руса, клянусь, что никогда не буду делать различий между варягом, славянином или кривичем и всегда буду относиться ко всем как к русичам!

Родовые вожди переглянулись между собой, когда Олег призвал себе в свидетели ещё и Перуна.

– Ты призвал в свидетели Перуна, вождь Олег, – спросил Изяслав, – скажи, зачем ты это сделал?

– Я верю и в Перуна, и в Óдина, так как мой отец был варягом, а мать – славянка из тех, что живут по морю! Для меня, когда сверкает молния, виден перст и Перуна, и Óдина!

– Тогда мы, родовые вожди всех потомков Крива, что живут в городе Смоль, клянёмся подчиниться тебе и не сделать ничего дурного, – сказал Родислав, а затем, указав на небо, продолжил: – И пусть свидетелями нам будут Перун, Купала, Коляда, Ладо и иные боги.

Глава 3

Родислав подозвал к себе свою дочь Миловзору. Девушка подошла к отцу, понимая, что если родитель хочет с ней говорить, да ещё и наедине, то значить это может только одно. Ей подобрали супруга, и она вступит с ним в брак. Впрочем, Миловзора уже давно выбрала его себе сама. Избранником её был Володарь, человек, которого так назвали потому, что он владел даром. Даром сочинять чудесные песни, от которых сердце разрывалось. Володарь пел про Вадима. Слушая его пение, каждый хотел взять топор и пойти биться рядом с ним. Каждый раз хотелось, чтобы в том бою Вадима с Рюриком победил гордый потомок Крива.

– Миловзора, ты выйдешь замуж за Олега из рода Руса!

Эти слова были для девушки словно гром среди ясного неба. Как так могло случиться, ведь Родислав всегда тепло относился к Володарю и сам нередко, слушая его пение, говорил, что у него дар?

– Батюшка! – с отчаянием воскликнула Миловзора.

– И не думай спорить, дура! Володарь только на язык силен, а Олег – вождь и могучий воин. К тому же вижу, что ему предначертано большое будущее.

Миловзора сразу поняла, что с отцом спорить бесполезно, да и боялась она с ним спорить.